Цитаты из книги Прислуга

Міс Ліфолт, вона любить, щоб усе було вищого ґатунку, коли в неї гості. Може, вона намагається компенсувати те, що її будиночок маленький. Вони не багачі, я це знаю. Багачі аж так не пнуться.

Гляжу на газету и вдруг вижу, что под ней та самая открытка от мисс Хилли. Чуть сдвигаю газету, а там еще и чек на двести долларов. Присматриваюсь. Внизу, в строчке для пометок, мисс Селия написала очень аккуратным почерком:

Ну я и говорю, мол, мисс Уолтер, люди не хотят больше видеть вашу голую белую задницу, им больше нравится моя, черная. Так что ступайте-ка в дом и наденьте трусы. И вообще кой-какую одежку накиньте.

Жареный цыпленок всегда поднимает мне настроение, как-то легче жить становится.

Она огорченно вздыхает, и мне так нравится выражение разочарования на его лице. Теперь я понимаю, зачем девушки отказывают, - ради этого ласкающего взор сожаления.

Вам нужно понять, что продукты хороши в свой сезон. Не надо готовить тыквы летом, а персики — поздней осенью.

Нужно бы подыскать жилье в городе, в одном из домов, где живут одинокие простые девушки, старые девы, секретарши, учительницы.

Каждый день мы с Малышкой перед дневным сном усаживаемся в кресло-качалку. Каждый день я повторяю: «Ты добрая, ты умная, ты важный человек». Но девочка растет, и скоро этих слов будет недостаточно.

В силу неискренности, царящей в обществе, любые эмоции вызывают подозрения, и невозможно до конца понять – то, что происходит между двумя людьми, является искренним чувством, или просто жалостью, или проявлением прагматизма.

Я не допускаю и мысли, что точно знаю, каково быть чернокожей женщиной в Миссисипи, особенно в 1960-е. Не думаю, что белая женщина вообще в состоянии до конца это понять. Но стремление понять жизненно важно для нашей человеческой сущности.

“Расстояние позволяет взглянуть чуть более отстраненно.”

Уродство живёт внутри. Быть уродливым значит быть гадким, злым человеком.

Надо же, а ведь прошлой ночью я решила, что ничего нового в моей жизни уже не случится.

Кто бы мог подумать, что бумага настолько агрессивна.

- Эту дамочку интересует только всякая ерунда. Иду! - кричит она куда-то в сторону. - Вот дурочка, опять застряла в сушилке. Говорила же ей, чтобы не совала туда голову в больших бигудях.

— Что Малышка сегодня делала? И она гордо говорит: — Пи-пи. — Что напишут в исторических книгах про этот день? — Пи-пи, — отвечает она. Не могу удержаться: — Чем пахнет мисс Хилли? И она отвечает: — Пи-пи.

Нью-Йорк— вот город, где должен жить писатель.

Забавно это всё, однако. Не так, чтоб хохотать до упаду, но, знаете, когда думаешь: вот это да. В доме два туалета, ещё один строится, а всё равно нет места, где бы мужчина мог сделать свои дела.

Прости, тебя уронили в младенчестве или ты родился тупым?