Цитаты из книги Подвиг, №1, 1999

Это было его шестое ранение в жизни. И второй раз его оставили, сочтя мертвым.

Никогда нельзя недооценивать любителя с хорошо подвешенным языком.

Соединенные Штаты не отличались от Кластравы. Не отличались ни от какой другой страны в мире. Великие начинания пресекались мелкими, незначительными бюрократическими препятствиями.

Солнце и тепло! И красивая женщина! И сто тысяч долларов!

И тут впервые Менло увидел белого Плакальщика. С его перевозбужденными нервами он нашел в этой статуэтке глубоко символическое предзнаменование. Для него, в каком-то извращенном понимании, фигурка Плакальщика означала окончание траура.

Но чтобы добраться до денег Кейпора, он, не обольщаясь на свой счет, прекрасно понимал, что нужны опытные помощники-профессионалы. Как полицейские во всем мире, он часто развлекался чтением американских детективных романов. Поэтому имел довольно ясное представление об американском преступном мире, по крайней мере такое, каким его изображают в книгах.

Можно ли доверять человеку, если он слишком честен?

Он жил по определенным правилам. Сразу же после работы он обычно становился неистощимым сатиром, которого невозможно удовлетворить. Потом постепенно вся его страсть сходила на нет. И когда наступало время готовиться к новому делу, он полностью соблюдал обет целомудрия. Предложение Бет вошло ему в одно ухо и вылетело в другое, будто его и вовсе никогда не было. Оно его просто не интересовало.

— Вы не интересуетесь богатством своего родного языка? Очень жаль.

Человек со ста тысячами долларов может организовать свое исчезновение практически в любом месте.

Мир полон людей, которые, кроме разговоров, ничем иным не занимаются.

Возможно, если бы он еще несколько раз повторил одно и то же, то сам себе поверил. Для него так думать лучше, чем знать, что его запугали простыми угрозами.

Паркер решил взять с собой одного нетерпеливого с плоскогубцами, потому что по опыту знал, что люди, стремящиеся использовать пытки, оказываются самыми разговорчивыми, когда им самим угрожает насилие.

Подпольное движение неизбежно перерастает из разрушительной социальной силы в конструктивную политическую. И кто бы его ни возглавлял, именно он устанавливает в стране ведущую политическую идеологию.

— Теперь, мои дорогие профессионалы, — проговорил он, — я в высшей степени опасаюсь, что нам придется расстаться. Вы мне на самом деле замечательно помогли, и мне бы хотелось по крайней мере тем же отплатить вам, сохранив ваши жизни... Но однажды вы уже продемонстрировали свою способность находить жертвы. Потому мне придется предпочесть иной выход, чтобы не проводить остаток своей жизни, постоянно озираясь и оглядываясь через плечо. Надеюсь, вы понимаете?

Тут Генди рассмеялся, потому что за последний год Паркер не посчитался с Организацией дважды, и оба раза вышло у него это вполне неплохо. В принципе при определенном умении можно было годами действовать без разрешения Организации

Бет хотелось побаловаться с Паркером в постели, но тот был не в настроении. У него никогда не появлялось желания заниматься любовью перед делом, но зато после окончания работы было как раз наоборот.

— Вы абсолютно точно не можете ее купить, — холодно заметил Паркер, — ибо в противном случае уже бы это сделали.

Целых восемнадцать лет Паркер жил так, как хотел. Он входил в разряд “тяжелых пистолетов”, как на жаргоне назывались наемные боевики.