Цитаты из книги Собачье сердце

Истинно вам говорю: 4 мая 1925 года земля налетит на небесную ось!

Взять всё, да и поделить.

Этот мир чарует, но он полон загадок...

Все стало - все равно. Пэтурра... Пэтурра.. Осталось одно - чтобы прекратилась боль.

Еще в сентябре никто в Городе не представлял себе, что могут соорудить три человека, обладающие талантом появиться вовремя, даже и в таком ничтожном месте, как Белая Церковь.

Сады стояли безмолвные и спокойные, отягченные белым, нетронутым снегом. И было садов в Городе так много, как ни в одном городе мира. Они раскинулись повсюду огромными пятнами, с аллеями, каштанами, оврагами, кленами и липами. Сады красовались на прекрасных горах, нависших над Днепром, и, уступами поднимаясь, расширяясь, порою пестря миллионами солнечных пятен, порою в нежных сумерках царствовал вечный Царский сад.

- Господи, господи! Если бы немцы не сделали этой подлости, все было бы отлично. Двух их полков достаточно, чтобы раздавить этого вашего Петлюру, как муху. Нет, я вижу, немцы играют какую-то подлую двойную игру. И почему же нет хваленых союзников? У-у, негодяи. Обещали, обещали...

— Вздор! — строго сказал Юра.— Вздор! И все эти мингрельцы, имери… Как их? Черкесы. Просто дураки!

— Ка-кие?

— Просто бегают. Стреляют. В луну. Не будут грабить…

— Сегодня ночью ингуши будут грабить город…

Слезкин дернулся в кресле и поправил:

— Не ингуши, а осетины. Не ночью, а завтра с утра.

Нервно отозвались флаконы за стеной.

— Боже мой! Осетины?! Тогда это ужасно!

— Ка-кая разница?

— Как какая?! Впрочем, вы не знаете наших нравов. Ингуши, когда грабят, то… они грабят. А осетины — грабят и убивают…

-Лежите и не шевелитесь, а я буду гладить вам голову.

Кривая шашка Шервинского со сверкающей золотом рукоятью. Подарил персидский принц. Клинок дамасский. И принц не дарил, и клинок не дамасский, но верно - красивая и дорогая.

Спасибо морфию, он меня избавил от нее. Вместо нее — морфий.

[...] ежели вы проживаете в Москве и хоть какие-нибудь мозги у вас имеются, вы волей-неволей выучитесь грамоте, и притом безо всяких курсов.

Вредны ли эти сны? О нет. После них я встаю сильным и бодрым. И работаю хорошо. У меня даже появился интерес, а раньше его не было. Да и мудрено, все мои мысли были сосредоточены на бывшей жене моей.

А теперь я спокоен.

Я спокоен.

Все вы у меня одинаковые - в поле брани убиенные.

О, глаза значительная вещь. Вроде барометра. Все видно у кого большая сушь в душе, кто ни за что, ни про что может ткнуть носком сапога под ребра, а кто сам всякого боится.

... честного слова не должен нарушать ни один человек, потому что нельзя будет жить на свете. Так полагал Николка.