Цитаты из книги Тихий Дон. Том 1

Дорога-то у нас одна, да едут все по-разному...

Люди - что овцы: куда баран, туда и весь табун.

А было так: столкнулись на поле смерти люди, еще не успевшие наломать рук на уничтожение себе подобных, в объявшем их животном ужасе натыкались, сшибались, наносили слепые удары, уродовали себя и лошадей и разбежались; вспугнутые выстрелом, убившим человека, разъехались, нравственно искалеченные. Это называли подвигом.

Умная у тебя голова, да дураку досталась!

Побеждает только тот, кто твердо знает, за что он сражается, и верит в свое дело.

Слепой сказал: «Посмотрим».

Не лазоревым алым цветом, а собачьей бесилой, друнопьяном придорожным цветет поздняя бабья любовь.

Зачем металась душа, - как зафлаженный на облаве волк, - в поисках выхода, в разрешении противоречий? Жизнь оказалась усмешливой, мудро-простой. Теперь ему уже казалось, что извечно не было в ней такой правды, под крылом которой мог бы посогреться всякий, и, до края озлобленный, он думал: у каждого своя правда, своя борозда. За кусок хлеба, за делянку земли, за право на жизнь всегда боролись люди и будут бороться, пока светит им солнце, пока теплая сочится по жилам кровь.

Сучка не захочет — кобель не вскочит.

– Ты мне не жалься, не пойму. Сытый голодного не разумеет.

Хуже всего на свете — это дожидаться и догонять.

" - Каждый дурак по-своему с ума сходит."

Травой зарастают могилы, — давностью зарастает боль. Ветер зализал следы ушедших, — время залижет и кровяную боль, и память тех, кто не дождался родимых и не дождётся, потому что коротка человеческая жизнь и не много всем нам суждено истоптать травы…

Баба — кошка: кто погладил — к тому и ластится.

-Умный сам поймет, а дураку... дураку что? Ему силком не вдолбишь.

Народу правда нужна, а ее все хоронют, закапывают. Гутарют, что она давно уж покойница.

Земля - она как баба: сама не дается, ее отнять надо.

Григорий дернул вожжи, и бричка, оборвав железный рассказ на полуслове, стала у крашеных, в мелкой резьбе, ворот.

Дуняшка шустро оглядела Григория, где-то в тенистом холодке выгнутых ресниц припрятала девичий свой смешок-улыбку.

В сущности, человеку надо очень немного, чтобы он был счастлив.