Цитаты из книги The Graveyard Book

“What’s particle physics?” asked Bod. Scarlett shrugged. “Well,” she said. “There’s atoms, which is things that is too small to see, that’s what we’re all made of. And there’s things that’s smaller than atoms, and that’s particle physics.” Bod nodded and decided that Scarlett’s father was probably interested in imaginary things.”

- ЕСЛИ БЫ ТЫ СТАЛ НАШИМ ГОСПОДИНОМ, МЫ НАВЕЧНО ЗАКЛЮЧИЛИ БЫ ТЕБЯ В ОБЪЯТЬЯ. МЫ БЕРЕГЛИ БЫ ТЕБЯ И ХРАНИЛИ ДО КОНЦА ВРЕМЁН. МЫ НИКОГДА НЕ ОТПУСТИЛИ БЫ ТЕБЯ В ЭТОТ ОПАСНЫЙ МИР.

• Я не ваш господин.
• ЧТО Ж...

- Вот зажгу я пару свеч - ты в постельку можешь лечь...

• ... Вот возьму я острый меч - и головка твоя с плеч, - рассеяно продолжил Том Гастингс.

Я умею блекнуть и ходить по снам. Знаю, как открывается упырья дверь и как называются созвездия. Но там, снаружи, целый мир: море, острова, кораблекрушения и поросята. То есть всё, чего я не знаю. Здешние учителя многому меня научили, но этого мало, если я хочу выжить в большом мире.

Куда бы ты ни поехал, ты берешь с собой сею.

Никт скрылся в плюще и стал наблюдать. В Египетскую аллею вошли трое мужчин и одна женщина - все живые.

“куда бы ты ни поехал, ты берёшь с собой себя”

“— А что такое физика частиц? — спросил Никт. Скарлетт пожала плечами: — Ну, есть атомы — это такие маленькие штучки, которые нельзя увидеть. Мы из них состоим. И есть другие штучки, ещё меньше атомов. Это физика частиц.”

The advice of poets is the cordiality of kings!

"Everything in its season,” said Silas, and he said no more that night.

A graveyard is not normally a democracy, and yet death is the great democracy.

Nobody comes to school to learn. I mean, you come because you have to.

- Like I say. Time's a-ticking. ©

«All the people here have had their lives, Bod, even if they were short ones. Now it’s your turn. You need to live.»

«Well,” said Bod. “If I go outside in the world, the question isn’t ‘who will keep me safe from him?’” “No?” “No. It’s ‘who will keep him safe from me?»

At the best of times his face was unreadable. Now his face was a book written in a language long forgotten, in an alphabet unimagined.

“... It is going to take more than just a couple of good-hearted souls to raise this child. It will,” said Silas, “take a graveyard.”