Цитаты из книги Двенадцать стульев

Очень удобно для свиданий! – сказал Остап. – Всегда есть десять минут форы.

Молодая была уже не молода.

Клопы умирали, но не сдавались.

Кто в Советской России не подвергается опасности, тем более человек в таком положении, как Воробьянинов? Усы, Елена Станиславовна, даром не сбривают.

Наших невест, – возразил дворник, – давно на том свете с фонарями ищут. У нас тут государственная богадельня: старухи живут на полном пенсионе.

Почём опиум для народа?

У всех на глазах погибала весна. 

"Остапа понесло."

"Заседание продолжается!  Лед тронулся, господа присяжные заседатели!"

"...мы чужие на этом празднике жизни"

ед тронулся, господа присяжные заседатели, лед тронулся!

Три месяца я кормлю его, пою и воспитываю, и этот альфонс становится теперь в третью позицию и заявляет, что он…

Дышите глубже! Вы взволнованы!

А ваш дворник большой пошляк. Разве можно так напиваться на рубль?

Милиционеры заплатили, деликатно осведомившись, с какой целью взимаются пятаки.
— С целью капитального ремонта Провала, — дерзко ответил Остап, — чтоб не слишком провалился.

— Ну, хорошо. У вас талант к нищенству заложен с детства.

— Никогда, — принялся вдруг чревовещать Ипполит Матвеевич, — никогда Воробьянинов не протягивал руки.
— Так протянете ноги, старый дуралей! — закричал Остап.

— А сколько вам лет, простите за нескромность?
— К науке, которую я в настоящий момент представляю, это не имеет отношения.
Этим быстрым и метким ответом Лиза была покорена.
— Но все-таки? Тридцать? Сорок? Пятьдесят?
— Почти. Тридцать восемь.
— Ого! Вы выглядите значительно моложе.

— Что вы на меня смотрите такими злыми глазами, как солдат на вошь?