Отзывы о книге Невидимки

Странное дело: читаешь "Невидимок" и просто оторваться не можешь, интересно-интересно. Закрываешь последнюю страницу, задумываешься о прочитанном и понимаешь, что сюжет с точки зрения логики не выдерживает никакой критики. Проходит еще немного времени, вспоминаешь и думаешь: "Ну и ереси нагородил Паланик". Есть все-таки что-то завораживающее, заставляющее вчитываться а каждое слово в его стиле, манере писать. Быть может, дело в бесконечных повторах, которые нисколько не раздражают, вот этих:

Покажи мне сопереживание! Вспышка. Покажи мне сочувствие! Вспышка. Покажи мне горькую правду! Вспышка.

Быть может, в несколько отстраненной манере повествования, абсурдных диалогах и парадоксальных выводах (не таких, конечно, как у Уальда, но тоже кое-что))). Есть что-то притягательное в персонажах "Невидимок", совершенно нереальные, они все равно получились живые и какие-то настоящие. Даже радикальный способ главной героини избавиться от комплекса красотки здесь кажется вполне уместным и оправданным и прекрасно вписывается во всю эту странную книгу. В конце концов, есть что-то завораживающее в самой истории странствий главных героев, в их попытках убежать от самих себя и своих проблем. Однако же, несовместимые с логикой сюжетные ходы во многом перечеркивают достоинства "Невидимок2. НИЖЕ СПОЙЛЕРЫ 1. Эви, которая, как мы узнаем впоследствии, раньше была Эваном, и сделала операцию по смене пола, емним, в 16 лет. Ага, сейчас, кто бы стал делать такую операцию по сути подростку? 2. Как Шэннон, тесно общаясь в Эви, умудрилась не заметить, что это трансексуал? 3. Шэннон ненавидела Эви и Бренди, столкнула их, заставив Эми принять Бренди за себя и выстрелить. Однако же, вскоре выясняется, что и Эви и Бренди хорошо знали друг друга, вместе посещали курсы реабилитации, более того, именно Эви рассказала Бренди о несчастье с Шэннон. То есть Эви никак не могла ошибиться и спутать их, а смысла палить в Бренди ей не было никакого. То есть вся кульминация романа псу под хвост?

Даже жаль, что Паланик не продумал как следует сюжет, не будь этих (и других, более мелких) несостыковок, могло бы получиться намного лучше. А так 6 из 10

Рецензия написана в рамках игры "Несказанные речи..."

Ну... Паланик... С Палаником у меня сложные отношения. Он мрачен, нуден, прямолинеен, местами страшен, но правдив. Читала я его не так много, буквально пару-тройку книг, но планирую прочесть куда больше. Он у меня почему-то ассоциируется с Пелевиным - тоже какие-то псевдофилософские наслоения, за которыми ничего такого и нет в общем-то, пусто. Но если Пелевин меня этим раздражает, то Паланик - нет. Эта книга - страшная. Страшная и напряжённая. Наверное, у него все такие. Интересная, конечно. Характеры, люди, ситуации - всё это вскрывает обратную сторону нашего мира, его грязь, его жестокость и беспощадность. Вероятно, за это его не любят. Конечно, Паланик всё утрирует, но это очень действенный приём - сгущать краски, тем более, сейчас, когда обывателя уже практически невозможно удивить - он пресыщен информацией и ощущениями. Эта книга - интересная. Сюжет закручен в такой гордиев узел, что кажется даже сам автор, создавший его, разрубить не сможет. Однако, разрубает, ещё как. Только вот в конце просто обалдеваешь. И надолго. Читать ли? Не знаю. Не могу рекомендовать.

ВНИМАНИЕ! Присутствуют спойлеры!

" -Мы знаем, кто ты такая, Дэйзи Сент-Пейшнс,-говорит одна из них " Более безумного и придумать нельзя. Мысли, чувства, желания, сумасшествие. Невообразимая и неповторимая история захватившая разум и тело. И вновь хочется нырнуть вглубь и не вынырнуть. Здесь нет солнечного лета, нет безоблачного счастья. Здесь есть непостижимый мир, мир который создала невидимка, сама для себя, но оказалось для него.

Бренди говорит: -Ударь меня.

Жизнь которую мы проживаем она бы не за что не согласилась прожить за нас. В ее мире нет скуки, нет смысла, а поэтому она права.

Таков весь ее мир. Она перенесена в другое место. И живет по программе " Перемещения сосков Бренди Александр"

Может вы не поймете ее , она этого и не просит, но вы точно позавидуете ее отваги быть не такой как все, быть самой собой. Без лица. Не смотря на безумство и тягу к самоуничтожению она открыла свое сердце и поделилась им с нами. Она не просит прощения за свои ошибки, она не исправляет их, даже когда появляется второй шанс. Ей не интересны такие перспективы, нет. Но отчего же тогда она устала и почему просит прощения?

Прости меня, мама. Прости меня, Господи.

И все же это так смешно. Смотреть на этот мир через вуаль и видеть все, что она не видела раньше. У нее было все. И ей это было не нужно. А теперь...

Сначала моего жениха похищает у меня лучшая подруга. А теперь и брат.

Наверно настолько откровенный книги я еще не читала. Я согласна с каждой ее безумной мыслю , с каждым неверным шагом, с каждым ударом, который она же себе и наносит.

Зашей себя

Остается лишь закрыть книгу и вернуться в мир, но почему то она меня не отпускает. Хочется вернуться и найти, что то ускользнувшее, но что? Что скрылось от меня? Что еще не рассказала невидимка? В груди что то сжалось, наверно я полюбила ее. За ее глупость, ее безумство, ее решимость, силу и в тоже время слабость, за ее любовь, да, за ее любовь к нему. К себе. Теперь к себе.

Я пишу кровью правду, и спустя считанные мгновения ее поглощают пламя.

Пламя догорело и уже никто не сможет узнать правды. А я знаю. Я успела прочитать. П.С. Возможно рецензия вам будет непонятна. Видимо Чак Паланик на меня так действует. Но мне это даже нравиться.

Это моя первая книга Чака Паланика, и я была в курсе что он пишет довольно "естественные" истории о жизни маргиналов, собенно с каким-то определенным набором свойств, собирательных офк (хотяяя...), но была удивлена тому, что прочитала.  Мне не хочется вдаваться в подробности сюжетной истории, потому что мне она кажется очень спойлерной (я не читала спойлеры, и вам не советую), но описать эмоции могу. Мне кажется история очень закольцованной и структурно напоминает какой-то детектив, в котором в конце обязательно расскажут и главных лиц, и мотивы их "преступлений", и то, что повлияло на происходящие события.  Главный конфликт рассказчицы и Бренди мне показался даже каким-то нежным, приятным и наполненный любовью. Другие сюжетные ветки, связанные с рассказчицей и ее подругой, парнем и другими людьми - тоже в целом линейными и пояснимыми. Конфликт самой Шаннон внутри себя - тоже понятен. Да и в целом, не смотря на "мерзости" (они выкрученные на 8ку) книжка вышла душевной что ли, какой то освобождающей. Не знаю, не ощутила разочарования  при прочтении за судьбы героев. Сделано что сделано, разное.

Эй, люди-невидимки, Я вас вижу теперь, А может, это горькое похмелье, А может, долгая смерть. Эй, люди-невидимки, Я вас вижу теперь. Ах, какая жуткая картина, Будто в каждом проснулся зверь. А. Григорян

Фотограф в моей голове кричит: Покажи мне гнев. Вспышка. Покажи мне месть. Вспышка. Покажи мне полностью оправданное возмездие. Вспышка. Шаннон Макфарленд

Итак, «Невидимки». Извините, но я опять об издержках перевода. В оригинале книга называется «Invisible Monsters» - «Невидимые монстры», что, на мой взгляд принципиально важно для понимания книги, ведь она – о монстрах, которыми мы являемся снаружи и тех монстрах, которые у нас внутри.

У книги особая судьба. «Невидимки» были написаны еще до «Бойцовского клуба», но были отвергнуты издателем из-за обилия шокирующих сцен. Но после глобального триумфа фильма «Бойцовский клуб» (в котором, строго говоря, шокирующих сцен больше) издатель согласился опубликовать «Невидимок». И, перефразируя Отца Народов, могу сказать: эта штука посильнее «Бойцовского клуба».

В книге абсолютно рваная хронология, вот что об этом говорит сам автор: «Только не подумайте, что эта история будет поведана вам привычным образом: сначала случилось то-то, потом то-то, то-то и то-то. Не трудитесь искать «содержание». Оно не прячется, подобно тому, как это бывает в журналах, где-нибудь на двадцатой странице. И не надейтесь, что сразу что-нибудь отыщете. В этой книге все не по правилам, все необычно.» Каждый абзац выхватывает разные моменты из жизни Шаннон, но к этому быстро привыкаешь, это не мешает, всего лишь создает дополнительную интригу.

Итак, вкратце фабула, без спойлеров. Главная героиня книги – модель Шаннон Макфарленд. Модель успешная, снимающаяся в рекламных роликах и экстремальных фотосессиях в моргах, на скотобойнях и автомобильных свалках. Снимается она вместе со своей лучшей подругой, Эви Коттелл, которая не блещет изысканной красотой, но которую усиленно пропихивают её родители, техасские нефтяные магнаты.

Но случается катастрофа – в Шаннон стреляют, когда она едет на машине. Пулей ей сносит нижнюю челюсть, и это уродство уже не исправишь. И Шаннон решает стать невидимкой, нося органзовые вуали и платки: «Меня невозможно разглядеть, поэтому чаще всего люди просто не смотрят в мою сторону. По их лицам легко угадать, о чем они думают: «Спасибо, что не пытаешься открыть нам душу.» На все вопросы она отвечает: «Моё лицо склевали птицы.»

Мы застаем Шаннон в компании её подруги Берти Александр и друга Мануса. Они колесят по стране, под вымышленными именами прикидываясь богатыми покупателями недвижимости и воруя из богатых домов, которые они якобы присматривают для покупки, разные таблетки – эстрогены (они очень нужны Берти), психостимуляторы и транквилизаторы. Практически вся книга – просто справочник по названиям таких препаратов.

Устраивает ли такая жизнь Шаннон? «Будущего, каким я о нем мечтала, нет. Будущее, каким мне его обещали. На какое я надеялась. Нет ничего, что я ждала: ни умиротворения, ни любви, ни уюта.» Нет их, потому что в ней слишком живы воспоминания о том, когда она была любима и востребована, а сейчас её уродство не даёт ей ни малейшего шанса.

Шаннон теряет связь с родителями. Раньше она их навещала, хотя эти визиты не приносили ей ничего хорошего. Родители полностью погружены в память о её брате Шейне, гее, который заразился СПИДом, ушел из дома и, как им сообщили, умер. Даже на Рождество Шаннон получает полную коробку презервативов – родители опасаются, не повторит ли она судьбу брата.

Вообще семейные отношения и, в частности, отношения с родителями – одна из ключевых тем книги. «В момент рождения родители становятся для тебя Богом. Ты обязан им жизнью, и у них есть право тобой управлять. Каждый видит в родителях Бога. Ты любишь их и пытаешься им угодить, но живешь по своим правилам. А, достигая половой зрелости, ты превращаешься в сатану. Потому что в тебе появляется желание познать нечто лучшее.»

Но иного пути нет. И к своим компаньонам Шаннон не питает особо теплых чувств: Берти её раздражает своей властностью и нравоучительными сентенциями. Кроме того, Берти красива, что не может не напоминать Шаннон о её недавнем модельном прошлом. А вообще Берти можно воспринимать как некий прообраз Тайлера Дёрдена из «Бойцовского клуба». Такой же цинизм и такие же монологи на любые жизненные темы: «Ты такой же продукт. Продукт продукта продукта. Люди, создающие машины – тоже продукты. И твои родители – продукты. Продуктами были их родители. Продуктами являются твои учителя. И священник в церкви, которую ты посещаешь.» Ну чем не предтеча знаменитого монолога Тайлера Дёрдена «Это твоя жизнь»? С тем только исключением, что в отличие от выдуманного Тайлера Берти реальна и, более того, она совсем не Берти (тсс, спойлеров не будет).

Все персонажи, даже второстепенные, выписаны тщательно и весьма колоритно. Чего стоят хотя бы лучшие друзья Берти – трансвеститы Китти Литтер, Софонда Питерс, Вивьен ВаВейн, они же сестры Рей. И если брать каждого из главных героев, у каждого из них своя драма, свой надлом, своя ненависть и жажда мщения. А, как известно, если эти ружья висят на сцене, они рано или поздно выстрелят. Но Шаннон относится к этому спокойно – она ведь привыкла, что к ней относились как к товару: «Выстрел в кого бы то ни было в этом доме – моральный эквивалент убийства автомобиля. Или пылесоса. Или куклы Барби. Все мы почти не отличаемся от продуктов, порожденных цивилизацией.»

А есть ли в этой продуктово-ненавистнической картине мира место Богу? Есть, но исключительно в качестве наблюдателя, об этом постоянно рассуждает Берти: «Где-то на небесах мы живем на видеосайтах Интернета, а Всевышний заходит то на одну, то на другую страничку. Телевидение делает нас Богом. А все мы, возможно, не что иное, как телевидение Бога.» Соответственно, как говорил классик, все дозволено.

В книге очень много моментов связанных с сексуальностью и переменой пола, но они почему-то не напрягают и абсолютно гармонично вписываются в общую канву сюжета.

Так или иначе, Шаннон после драматического, кровавого и весьма неожиданного финала приходит к выводу, что «лучший способ существования – не сражение, а спокойное движение по течению. Не надо все время пытаться что-то регулировать и улаживать. То, от чего ты бежишь, лишь дольше остается с тобой. Когда борешься с чем-то неприятным, то только укрепляешь это неприятное.»

Поэтому, если вас не смущает, как говорил Бёрджесс, good old ultra-violence**, если вы спокойно относитесь к весьма натуралистичным анатомическим подробностям и рассуждениям об убийствах, если вам интересна суть, как говорится, страха и ненависти, а также мести – добро пожаловать в мир моделей и уродов «Невидимок» Чака Паланика.

P.S. Кстати, почему Паланик? Он же Palahniuk, то есть практически Палахнюк.

* Трансгрессия — термин неклассической философии, фиксирующий феномен перехода непроходимой границы, прежде всего — границы между возможным и невозможным. Паланик определяет жанр своих книг как «трансгрессивная фантастика» ** good old ultra-violence (англ.) – старое доброе сверхнасилие (Энтони Бёрджесс, «Заводной апельсин»)

Читала вечером под блюз в наушниках. Странные сцены словно из кинофильма проносились перед глазами. Много непонятных названий, которые цепляют и отталкивают одновременно.

Ассоциации? Розовый кожаный диван, мягкий приглушённый свет, тягучие ноты саксофона и чьи-то руки, массирующие твои стопы. Абсурдно? Как и сама книга. Сладко-терпкая, как темный шоколад.

Читать? Думаю, да — удивитесь количеству абсурдных поворотов в конце. Странная, непонятная, но затягивает.

«Во мне нет ничего первоначального. Я – совместное усилие всех тех, кого я когда-то знал»

Не слишком ли много трансгендеров на квадратный метр? Всё здесь странно до абсурда, гротескно. И в этой причудливой атмосфере таится особый, завораживающий шарм.

О героях: