Цитаты из книги The Thirteenth Tale

Я человек незаурядный, но все же не до такой степени, чтобы помнить момент и обстоятельства своего рождения.

В волшебных сказках третье желание зачастую приводит к потере всего, что было обретено при исполнении двух предыдущих.

- Тут надобен особый склад ума, мисс, чтобы видеть то, чего на самом деле нет. Я человек простой и трезвый, и я не пытаюсь разглядеть что-нибудь там, где ничего быть не может.

 Фантазии, порожденные буйным воображением в безнадежной попытке объяснить необъяснимое.

Кто сказал, что сугубо научная близость не может быть источником наслаждения.

Мне не нравятся вещи, которые я не могу понять.

Обычно ее пальцы полусогнуты и напряжены, в позе демонстративного неприятия.

Разум  окутан мглой, которая отделяет ее не только от остальных людей, но и от самой себя.

Берясь за произведение нового для тебя автора, всегда ожидаешь чего-то особенного...

Супруга доктора вовсе не была плохой женщиной. Но, глубоко убежденная в собствнном священном предназначении, она верила, что Господь неусыпно следит за каждым ее шагом и слышит каждое сказанное ею слово, и была настолько поглощена корчеванием ростков гордыни, порождаемой ощущением своей праведности, что просто не замечала иных совершаемых ею ошибок.

There is something about words. In expert hands, manipulated deftly, they take you prisoner. Wind themselves around your limbs like spider silk, and when you are so enthralled you cannot move, they pierce your skin, enter your blood, numb your thoughts. Inside you they work their magic.

Наша жизнь представляется нам настолько важной вещью, что мы полагаем свою историю начинающейся с момента рождения. Сначала не было ничего, а петом появился Я… Однако это не так.

Если ты собралась помирать, это еще не причина для того, чтобы отказывать Божьей твари в тепле и пище.

Не покидает ощущение присутствия невидимого читателя, который заглядывает через плечо, следит за движением пера, коверкает написанные слова и извращает их смысл, беззастенчиво копаясь в сокровенных тайниках души.

Мои секунды измерялись словами, а минуты – строчками написанного текста.

Моя собственная история должна быть другой, по крайней мере в самом ее начале. Потому что до того, как она открыла дверь… До того, как она услышала звук снаружи… До того…

Лабиринт ее мыслей был слишком запутан, а тонкая логическая нить, ведущая от одного слова к другому, то и дело обрывалась, исчезая во мраке беспамятства.

Безусловно, с миром творилось что-то неладное.

Все глубокие раны, она оставила после себя шрам.