Цитаты из книги Анастасия

Подумай - человека создал Бог по образу и подобию своему. Человеку дана самая великая свобода свобода выбора между тёмным и светлым. Человеку дана душа. Всё видимое подвластно человеку, и он, человек, «волен, даже по отношению к Богу, любить его или нет. Никто и ничто не может управлять человеком помимо его воли. Бог хочет любви человека в ответ на свою любовь, но Бог хочет любви свободного человека, совершенного и подобного ему.»

«Бог создал всё видимое, и планеты в том числе. Они служат для обеспечения порядка и гармонии всего живого - растений, животного мира, помогают человеческой плоти, но они абсолютно не властны над душой и разумом человека. Не они направляют человека, а человек через своё подсознание движет всеми планетами.»

Анастасия взяла палочку и начертила на земле весь русский алфавит со знаками препинания, спросила сколько здесь букв.
— Тридцать три, — ответил я.
— Вот видишь, букв совсем немного. Можешь ты назвать то, что я начертила, книгой?
— Нет, — ответил я, — это обычный алфавит и всё. Обычные буквы.
— Но, ведь, и все русскоязычные книги состоят из этих обычных букв, заметила Анастасия, — ты согласен с этим? Понимаешь, как просто всё.
— Да, но в книгах они расставлены по-другому.
— Правильно, все книги состоят из множества комбинаций этих букв, расставляет их человек автоматически, руководствуясь при этом чувствами. Из этого и следует, что сначала рождается не комбинация из букв и звуков, а чувства, нарисованные его воображением. У того, кто будет читать, возникают примерно такие же чувства, и они запоминаются надолго. Ты можешь вспомнить какие-нибудь образы, ситуации из прочитанных тобой книг?
— Могу, — подумав, ответил я. Вспомнился почему-то «Герой нашего времени» Лермонтова, и я стал рассказывать Анастасии. Она прервала меня:
— Вот видишь, ты можешь обрисовать героев этой книги, рассказать, что чувствовали они, а с того момента, как ты прочитал её, времени прошло немало. А вот если бы я попросила рассказать, в какой последовательности расставлены в ней тридцать три буквы, какие выстроены из них комбинации, ты смог бы это воспроизвести?
— Нет. Это невозможно.
— Это действительно очень трудно. Значит, чувства одного человека передались другому человеку с помощью всевозможных комбинаций из тридцати трёх букв. Ты смотрел на эти комбинации и тут же забыл, а чувства, образы остались и запомнились надолго… Вот и получается. Если душевные чувствования напрямую связать с этими значками, не думать о всяких условностях, душа заставит эти значки стать в такой последовательности, чередуя комбинации из них, что читающий, впоследствии, почувствует душу писавшего. И если в душе писавшего…

Что видит младенец первым своим осмысленным взглядом: потолок, край кроватки, какие-то тряпочки, стены — атрибуты и ценности искусственного, созданного технократическим обществом, мира. И в этом мире его мать, её грудь. «Наверное, так значит, и надо», — думает он. Его улыбающиеся родители, словно драгоценность, преподносят ему брякающие и пищащие предметы, игрушки. Зачем? Он долго будет осознавать: зачем они бряцают и пищат. Он будет пытаться осмыслить это своим сознанием и подсознанием. Потом эти же улыбающиеся родители, будут связывать его какими-то тряпками — ему неудобно. Он будет пытаться высвободиться, но тщетно! И единственный способ протеста — это крик! Крик протеста, просьба о помощи, крик возмущения. С этого момента ангел и властелин становится нищим, рабом, просящим подаяние.
Ребёнку один за другим преподносят атрибуты искусственного мира. Как благо — новая игрушка, новая одежда, внушая тем самым, будто бы эти предметы являются главными в том мире, куда он пришёл. С ним, пусть ещё маленьким, но уже самым совершенным существом во Вселенной сюсюкают, тем самым невольно относясь к нему, как к несовершенному существу, и даже в тех заведениях, где, как вы думаете, происходит обучение, ему говорят о достоинствах опять же искусственного мира. Лишь к девяти годам вскользь упоминают о существовании природы, как приложения к чему-то другому, главному, подразумевая при этом рукотворное. И большинство людей до конца дней своих не в состоянии осознать истины. Казалось бы, простой вопрос: «в чём смысл жизни?» — так и остаётся неразрешённым.
А он — смысл жизни — в Истине, Радости и Любви. Девятилетний ребёнок, воспитанный естественным миром, имеет больше точности в осознании мироздания, чем научные учреждения вашего мира.

— Понимаешь, — начала свой рассказ Анастасия, — очень важно, когда два человека объединяют свою жизнь, имеют друг к другу духовное влечение. К сожалению, в основном, всё начинается с плотского. Ну, например, ты увидел красивую девушку, захотел близости с ней. Человека, его души ты ещё не увидел. Часто люди соединяют свою судьбу друг с другом лишь на основе плотского влечения. Оно быстро проходит или переключается на другого. Что тогда связывает людей?..
Найти близкого по духу, с которым можно обрести истинное счастье, не так уж и сложно, однако в вашем технократическом мире существует масса препятствий. Та женщина, с которой я пытаюсь найти контакт, живёт в большом городе, регулярно ездит в одно и то же место, наверное, на работу. Там, или на пути, постоянно находится или встречается человек, очень близкий ей по духу, с которым она была бы действительно счастлива, а главное, у них родился бы ребёнок, сумевший бы принести миру много добра. Потому что они сотворили бы его в таком же порыве, как и мы. Но этот мужчина никак не сделает попытку объясниться, что ли, с этой женщиной, и она сама в этом отчасти виновата. Представляешь, он смотрит на её лицо и видит в ней как бы избранницу своей души, а она, как только чувствует чей-то взгляд, так сразу вся подтягивается, юбчонку свою повыше старается «нечаянно» поднять. Ну, и так далее. У этого мужчины тут же возникают плотские чувства, а с нею он или мало знаком, или вообще незнаком, вот и идёт он тогда к той, с которой ближе знаком, которая ему доступнее, влекомый этими самыми плотскими чувствами.
Я хочу этой женщине подсказать, что ей сделать, но не могу пробиться к ней, её мозг ни на мгновение не открывается для осознания информации. Он полностью работает только над бытовыми проблемами. Представляешь, я один раз целые сутки за ней следила. Это такой ужас! Дедушка потом на меня строжился, что я мало с дачниками работаю и вообще распыляюсь, лезу не в свою область. Просыпается она утром, и сразу первая мысль — не обрадоваться наступающему дню, а как бы поесть. Расстраивается, что чего-то там нет из пищи, потом расстраивается, что не хватает чего-то там, чем вы мажетесь по утрам: может, крема, может, красок. Она всё время думает, как ей это достать. Она вечно опаздывает и постоянно бежит, думая, как бы не ушёл без неё то один, то другой транспорт.
В том месте, куда она постоянно приходит, её мозг вообще перегружен, как бы тебе пояснить, ну, всякой, на мой взгляд, ерундой. С одной стороны, он внешне должен делать её выражение лица деловым и выполнять какую-то порученную работу. При этом она одновременно думает о какой-то своей, вероятно, подружке или знакомой и злится на неё. Одновременно она слушает, что говорят вокруг. И представляешь, так изо дня в день, изо дня в день, как заводная.
Возвращаясь домой, когда её видят, делает вид почти счастливой женщины, а сама опять же думает о красках, рассматривает одежду в магазинах и, в первую очередь, такую, чтобы открыть свои соблазнительные прелести, предполагая, что от этого произойдёт какое-то чудо, хотя в её случае происходит всё наоборот. Она возвращается домой, начинает заниматься уборкой. Думает, что отдыхает, когда смотрит свой телевизор, возится с пищей и, главное, думает о хорошем только одно мгновение. Спать ложится, и в постели опять со своими заботами.