Горе от ума. Недоросль

Не так давно - 15 января - у нашего выдающегося драматурга был юбилей, не очень круглый, но все же - 225 лет. Я еще тогда собирался написать рецензию на самое главное произведение его жизни, но как-то не сложилось, а вот сегодня понимание того, что я хотел бы сказать пришло.

Есть в нашей литературе произведения, которые мы можем принять и усвоить самостоятельно, например, тех же "Братьев Карамазовых" Достоевского или "Обыкновенную историю" Гончарова, а есть такие, которые в большинстве случаев нам приходится вымучивать под чутким руководством учителей литературы. Грибоедовская пьеса - один из таких примеров.

Нам в свое время подали её с ложечки, объяснив, что Чацкий - представитель передовых взглядов, что фамусовское общество - прогнившее рутинное старье, насквозь пропитанное ложью и условностями, что большинство его представителей пусты и глупы, а кто не глуп - тот подл. Мы всё это приняли как незыблемую истину и уверовали в неё.

Но сегодня, задумываясь над пьесой Грибоедова, я допускаю мысль, что в ней далеко не всё так просто и, возможно, традиционная трактовка не самая верная. По крайней мере, у меня сформировалось несколько иное видение и именно им я бы хотел поделиться.

Рискну утверждать, что в пьесе нет ни одного положительного героя. Здесь я вступаю в противоречие с традицией только по одной фигуре - Чацкому. Но чем же хорош этот герой? Своей честностью, прямотой и открытостью? Согласен, эти качества в нем присутствуют, но какие-либо положительные качества можно найти у любого героя пьесы, почему же мы должны выпячивать положительность Чацкого, закрывая глаза на его отрицательную сущность. Он нетерпелив, горд и высокомерен, он явно о себе гораздо более высокого мнения, чем об остальных. Он язвителен, он непочтителен, он надменен. И только в пьесе, наблюдая со стороны, вы можете восхищаться им, не дай бог в жизни с таким столкнуться, чужая надменность бесит гораздо сильнее многих иных, не так выпячивающихся, качеств.

А теперь я хочу сказать, что в пьесе нет и отрицательных героев, опять же, кроме одного. Догадались, кого я имею в виду? Правильно, Чацкого. Непомерная гордыня и самомнение, которые просто распирают его, которые он не в силах утаить, выставляют его на посмешище, так презираемой им, публики. Его выставляют сумасшедшим, а как же иначе, разве в своем стремлении "рубить правду-матку" он не Дон-Кихот? Разве критика устоев общества перед носителями этих устоев не есть борьба с ветряными мельницами? Только Дон-Кихот был добр и великодушен, а Чацкий зол и горд. И эти качества резко отличают его от идальго, и делают отрицательным героем. Опять же, давайте вспомним священное писание, какой из грехов объявляется самым тяжким, что призывается смирять снова и снова? Гордыню! А кто ею заражен в пьесе Грибоедова в большей степени, нежели Чацкий? Нет таких, вот и получается, что Чацкий самый отрицательный из всех там присутствующих.

Я не защищаю других персонажей пьесы, но все они дети своего времени и своего социума, они не то, что плохи, просто они вписываются в существующую общественную схему и находятся на своих местах. Это дворянское московское общество далеко не идеально, но оно самодостаточно, и то, что кому-то кажется пороками, на самом деле всего лишь путь наименьшего сопротивления. А природа такова, она всегда выбирает этот путь, и общество может меняться внешне, но глубинные механизмы остаются в нем теми же самыми. Меняются экономические и политические формации, но остаются Молчалины, Фамусовы, Скалозубы, Репетиловы...

Даже Чацкие остаются, надменных и самовлюбленных критиканов "системы", их ведь хватает и сегодня. А что они могут предложить, да по большому счету ничего, кроме протеста. Еще они способны выкрикнуть: "Карету мне, карету!" и укатить куда подальше, где можно безбоязненно клясть отечественных фамусовых и молчалиных, не обращая внимания на местных.

Общество может меняться двумя способами: долгим и неторопливым - естественным, почти незаметным, как любая эволюция, и быстрым и решительным - революционным, когда принудительно рушатся старые порядки и устанавливаются новые, но тогда обязательно льётся кровь. Вот то же общество фамусовых и молчалиных эволюционировало до 1917 года и прошло очень большой путь, но две революции семнадцатого воспламенили процесс изменений, и какой кровью обошлась русскому народу гордыня и надменность их вождей.

Но что это изменило в глубинных механизмах общественного устройства? Только персоналии - на место одних фамусовых пришли другие, бывших молчалиных заменили новые, а Софьи остались Софьями, они так и продолжили влюбляться в молодых людей не за их прогрессивные идеи и передовые взгляды, а за то, что Вася - это Вася, а Петя - это Петя, потому что настоящая любовь это не поиск безупречного, а принятие и прощение, и часто именно несовершенство объекта любви делает его более притягательным.

И княгиня Марья Алексеевна оказалась живучее любого Чацкого, а сегодня, с развитием социальных сетей, вообще настал её звездный час - общественное мнение приобрело еще больший вес, чем во времена Грибоедова, и если те, кто "против всего плохого и за всё хорошее" тебя чем-то заклеймят, то хрен потом отмоешься. Так что свою рецензию на одну гениальную пьесу хочу закончить цитатой из другой, не менее гениальной: "Чему смеетесь? Над собою смеетесь!.. Эх, вы.."

При перечитывании классика словно приобретает для меня новые краски и грани)

В школе отмечала лишь обличение А.С. Грибоедовым нравов того общества, косность взглядов, прислужничество. А сейчас обратила внимание на драму одинокого человека. Резкий, порывистый Чацкий ведь сам бежит от сближения с людьми, может сгоряча обвинить кого-нибудь, слишком категоричен, часто несдержан, нетактичен к чувствам другим, судит других за глаза - стоит ли удивляться тому, что люди отвечают ему тем же? Обращайся с людьми так, как бы ты хотел, чтобы обращались с тобой, - простая ведь истина и всем известная, но вот все ей следуют...За что и расплачиваются...

Никогда не понимала раньше и не понимаю теперь, что такого нашел в Софье умный. образованный, независимо мыслящий Чацкий. Не такой он мужчина, чтобы клюнуть только на женскую красоту (его диалоги о других всегда так хлестки, он подмечает буквально малейшую деталь характера и поведения людей, как он мог так ошибиться в Софье, этой бесхитростной девушке, чьи думы можно прочесть по ее лицу...) А если такой, то все его утверждения и громкие фразы лживы изначально (это ведь значило бы в таком случае, что и он способен предпочесть внешнее внутреннему, повестись на красивую обертку - ведь в этом он всех по сути и обвиняет...)

Молчалин, конечно, подлый и низкий человек, обманывающий сразу двоих девушек: Лизу и Софью, но Лиза хотя бы не витает в облаках и не строит романтических бредней о недостижимом (и поэтому. на мой взгляд, гораздо благоразумнее своей хозяйки)

Фамусов - простой и честный человек, он любит свою дочь и, как всякий любящий отец, желает ей только добра. Поэтому так понятны его оглядки на общественное мнение: он лишь хочет защитить Софью от слухов и сплетен.

Это больше, наверное, все-таки трагикомедия, потому и печального хватает (особенно последний диалог Чацкого, полный разочарования и разбитых надежд, но к чему стоило надеяться? К чему были эти бесплодные фантазии - вот он опять совершает то, за что ругает других...)

"В чужом глазу и соринку замечаем..." - несколько померк для меня с годами образ Чацкого, этого бунтаря-одиночки (как его все величают, хотя какой он бунтарь. Он обвиняет других в праздности, а сам ведь тоже отказался от службы, по несколько другим причинам, не от лени, но все же...).

История несчастной любви и разбитых надежд, история одиночества, история о том, как мы ошибаемся в людях, принимая желаемое за действительное, "я сам обманываться рад" - да. это как про это...

Горький финал пьесы не дает читателю ложных надежд, автор показывает нам правду без утайки, а выводы мы делаем сами, невеселые, надо признать, выводы...5/5

Спасибо, уберег меня Боженька от того, чтобы я читала Фонвизина в 14-15 лет. Тут и взрослый человек растеряется, если не смутится, а что уж говорить о человеке юном? Понятно, что пьеса – наша классика, не знать ее неловко, а все же зачем ее читать в школе (впрочем, есть в нашей школе и посложнее, и поскучнее тексты – тот же «Шемякин суд», например)?

Мне лично сложно оценить «Недоросля». Умом понимаю, что важно, но не лежит душа, как к какой-то «Чайке» или «Бегу».

Во-первых, конечно же, язык – заметно устаревший. Это не вина Фонвизина. Но язык – живой организм, он меняется. Конечно, ты понимаешь, что говорят герои пьесы, но чуждая речь держит их от тебя на расстоянии. Мозг аки «собака Павлова» реагирует лишь на афоризмы, остальное же сливается в единый текст, из которого сложно вычленить персонажей – поскольку не улавливаешь тон языка, кажется, что все герои говорят одинаково и с единственной интонацией.

Во-вторых, сюжет, по нынешним-то временам, смотрится примитивно. Не стоит, опять же, винить Фонвизина, писал он в 18 веке, когда ни Пушкина не было с его очаровательной простотой, ни Толстых с Достоевским – с их психологизмом. Знатоки великой русской литературы ценят в ней именно глубину, неоднозначность, смелость сюжетов. «Недоросль» противоположен всему этому (и не нужно говорить, что это комедия, «Женитьба» тоже комедия!).

Фонвизин делит персонажей на полностью положительных и полностью отрицательных. Положительные уникально хороши: честны, умны, справедливы, добры и проч. Отрицательные все поголовно бесчестны, глупы, необразованны, злы и жестоки. Стоит персонажу открыть рот – и понимаешь, из какого он лагеря. Хорошие герои обязательно будут счастливы, плохие получат по заслугам – никаких отступлений, как и никаких оттенков. Это вам не Чехов, создавший во многом современный театр. Зритель Фонвизина не должен размышлять, почему персонажи так или иначе поступают.

На самом же деле за высмеиванием необразованных мажоров и их родителей должна скрываться большая драма. Жестокая мамаша и тюфяк-папаша – убойная парочка. Мать семейства понять можно: муж явно ничего делать не хочет, вот она и взяла хозяйство в свои руки, а авторитет зарабатывает жестокостью – бей первой, чтобы все тебя боялись. В такой несчастливой семейке нельзя было вырасти нормальным. Митрофан, сын, – возможно, единственное утешение матери. Она с ним и сюсюкается, все он у нее ребенок (в 15 лет, в те-то времена!). А он иной жизни не видел, живет в поместье вдали от большого мира, понятия о нем не имеет, поэтому не понимает, на кой ему образование и хорошие манеры (ну реально, а нафига?). Нет бы его заинтересовать! Хоть кого-то вдохновляло обучение во имя обучения, чтобы тупо было? Вот и Митрофан не хочет учиться – потому что смысла нет, максимум, который ему прочат, – это брак с богатой девушкой. Объективно говоря, Митрофан такой же заложник, как и крепостные его матери. А так он не плохой. К слову, человек, образом которого вдохновлялся Фонвизин, потом выучился и стал одним из выдающихся людей своего поколения. Просто дайте человеку мотивацию – и он захочет и учиться, и что-то свое делать, а не пихайте в него бесполезную информацию. У нас до сих пор некоторые получают корочки, «чтобы были», а потом эти корочки пылятся в шкафах, никому не нужные. А ума не прибавилось. Как выучили, так и забыли, сдав последний экзамен. На фоне этих, таких плохих, героев протагонисты (Соня, ее дядя, ее жених) так блестят, что аж глаза слепит. Нет в них ни единого порока, ни одного сомнения. Понятно, что они должны торжествовать в пьесе, но из-за предрешенности их безоблачного счастья им не хочется сопереживать. Честно, я больше в финале сочувствовала антагонистам, они хотя бы живые, а не вырезанные из красивого картона куклы.

Фонвизина нельзя винить в том, что его пьеса во многом устарела. Современный театр – сложный, с внеморальными сюжетами, амбивалентностью трактовок – бесконечно далек от наивного «Недоросля». Что, конечно, не отнимает у того классический статус. Просто не стоит многого ждать от этой классики, она давно уже памятник самой себе и живет вне времени и пространства.