Отзывы о книге Пути-перепутья

О том, как одни командуют, другие работают, третьи бездельничают, хитрят, воруют, посмеиваются, страдают, прощают, бьют в морду, пьют, безумствуют, любят, жертвуют собой…

Начало пятидесятых, прошло шесть лет после войны, давление на деревню не уменьшается. Продолжаем убивать колхозы. Власть утяжеляет жизнь людей, те в свою очередь ходят недовольные и злые, портится характер, изменяется отношение к труду, все это сказывается на отношениях между людьми и в семье. У меня когда-то в прошлом образ послевоенного советского человека сложился в виде улыбающегося рабочего в гимнастерке, вернувшегося с фронта, народа-победителя, отстраивающего разрушенные города, плакатный такой образ. О жизни на деревне, в то время, почти никаких сведений не было. Хоть как-то заполнить этот пробел поможет эта книга. Только она больше не о достижениях, а о людях, живущих в сельской местности.

Чрезмерные государственные поборы приучали приворовывать колхозное. Если во время войны паредседательша Анфиса Минина укоряла тех кто нес с поля зерно и колосья, стыдила, то в послевоенное время уже выгораживала их перед новым председателем. Психология отношения к колхозному стало меняться. Ушлые председатели хитрили, чтобы и налог колхоз платил и своим доставалось, например засеивали «тайные» поля, о которых в районе не знали. Происходило ещё большее разделение власти и народа, каждый своей жизнью жил, своими задачами, а общее порастало обманом, лицемерием, превращаясь в картинку для статей в газетах. Власть, как привыкла эксплуатировать совесть, энтузиазм народа, «завинчивать гайки», так и продолжало в том же духе. За цифрами, показателями, планами не замечался конкретный человек. Да, были героические поступки, были герои, были важные для народа достижения, но принцип «лес рубят, щепки летят» превращал добротные бревна, могущие быть твердым основанием в разрозненную щепу, где каждый сам по себе, а вместе, в деле строительства страны, потенциал стал падать. Партия оставалась механизмом силового давления на людей.

Ой как не любит начальство прямых высказываний о том, что в действительности происходит:

«– Разве сам-то не помнишь? «Бабы, потерпите! Бабы, после войны будем досыта исть…» Говорил? А сколько годов после войны-то прошло? Шесть! А бабы все еще терпят, бабы все досыта куска не видели.»

Это еще хорошо, когда есть кому сказать, не все слушать будут, в антисоветской агитации упрекнут, а то и постращают судом. Производительность падала, планы не выполнялись, число обрабатываемых полей уменьшалось.

«Председателей мылили, песочили, отдавали под суд — ничего не помогало: пустошей становилось больше год от году.»

Но книга не только про это, это фон, атмосфера в которой жил сельский житель. Который хуже жил и хуже питался, чем люди в городе. Корова не у всех была, хлеб на столе был роскошью.

«Посмотри ведь, что у нас делается. Подрезов начал загибать пальцы. — Сорок первый, сорок второй, сорок третий, сорок четвертый, сорок пятый… Четыре года войны… да шесть после войны… Итого десять лет. Десять лет у людей на уме один кусок хлеба…»

На этом фоне оставались, люди верящие идеям коммунизма, правды, справедливости, которые не только с людей требовали, но и сами работали на износ.

«Тем более что Подрезов все умел сам делать: пахать, сеять, косить, молотить, рубить лес, орудовать багром, строить дома, ходить на медведя, закидывать невод. И надо сказать, людей это завораживало. Лучше всякой агитации действовало.»

Достоинство книги в том, что она не политическая, нет в ней знакомого сегодня, антисоветского или антикоммунистического, да и партийная линия фоном идет, не навязывается, народная книга, о людях. Несмотря на все передряги у героев, книги Абрамова пронизывает настоящим и правильным. Стремится к идеальному, к образцу, но через человеческое, через то какой есть человек сегодня, со своей внешней простотой и глубокой сложностью.

В своей третьей книге Абрамов вновь рассказывает нам о деревне Пекашино и ее жителях. На дворе 1951 год, война позади, в деревне жизнь продолжается. И вновь - о тяжёлом сельском труде, и вновь о колхозной жизни, и вновь об отношениях между людьми. О любви и порядочности и, соответственно, о нелюбви и непорядочности. И вроде закончилась война 6 лет назад, должно быть полегче, но то посевная, то сенокос, то лесозаготовки, а жизнь не намного сытнее...

В этом романе писатель показал противоречия между общественными интересами и личными, между жизнью рядового колхозника и районной партийной номенклатурой, между директивным стилем управления и "с человеческим лицом". И можно увидеть в этой книге вечные проблемы взаимоотношений в семье и в коллективе.

В самом конце книги описан эпизод, когда в защиту бывшего председателя колхоза арестованного Ивана Лукашина Михаил Пряслин собирает подписи. И вроде хорошо колхозники относились к Ивану Дмитриевичу, хоть и нездешний он, но совсем немного людей, которые поставили свою подпись. И почти каждый нашел причину, чтоб не подписывать. Жизненно! Или вот образ Егорши - приспособленца, порхающего по жизни. И таких знаю. Как и карьеристов, подсиживающих своих начальников.

Книгу снова слушала в исполнении Вячеслава Герасимова на скорости +10 процентов. Неплохо. Впереди 4-я, заключительная книга.

Третья книга цикла "Пряслины" по содержанию очень близка ко второй, их можно было бы объединить в одну. Федор Абрамов продолжит рассказ о судьбах уже известных героев села Пекашино, что в верховьях реки Пинеги.

Начало 50-х годов, шесть лет прошло после войны. Мужики , кто погиб на войне, кто вернулся, но основной работник на селе по-прежнему бабы. На "бабсиле" держится колхоз. Страна ускоренными темпами "пятилетку в четыре года" выходит из кризиса, строятся города, снижаются цены на питание, а в деревне ничего не меняется. Как жили впроголодь люди, работающие на земле, так и живут. А на экранах идет фильм "Кубанские казаки" и завидуют бабы, что есть уже где-то настоящая, вот такая, как "в кине" жизнь.

Призывы к колхозникам работать-работать и... потерпеть уже не помогают. К каждому надо подход найти, кого-то по добру попросить, а к кому пугу применить. Кто-то норовит увильнуть (Егорша Ставров) , кто-то уезжает в город и там строит свою жизнь (Варвара, Петр и Григорий Пряслины), а те кто остался (Михаил, Лиза Пряслины, Анфиса, Лукашин) пашут с утра до ночи за трудодни, все силы отдавая.

Вот только как это часто бывает, самые честные и неравнодушные, радеющие за общее дело (Лукашин, Подрезов) попадают в жернова государственной машины, еще не наступил 1953-й. Не спешат сельчане заступиться за своего председателя, страх, опыт прошлых лет сидит в людях.

Великолепно Абрамову удается передать дух того времени. Герои все, как с натуры писаны, со своими страстями, пороками и добродетелями. Третья книга заканчивается на оптимистичной ноте, так хочется, чтобы у этих людей все получилось, но наблюдая сегодняшнее состояние на селе не очень в это верится.

Прошло еще три года, шесть лет как закончилась война, но для жителей деревни Пекашино, мало что изменилось. Из людей по-прежнему тянут последние жилы и их терпению постепенно приходит конец. Раньше плохо жили все, но теперь жизнь в городе потихоньку налаживается, улучшается ситуация с продовольствием, в домах появился хлеб и только крестьяне, те самые, что этот хлеб выращивают, по прежнему его не видят. Ту странную и цветом, и консистенцией субстанцию, что им приходится употреблять в пищу, сложно назвать хлебом.

В этой, третьей книге цикла повествование выходит за рамки одной деревни. Автор все больше акцентирует внимание на том, что с деревней надо что-то делать. То, что через шесть лет после окончания войны население деревень находится на грани выживания, это ненормально и это надо исправлять на государственном уровне. Любая форма хозяйства имеет свой предел и похоже, он уже достигнут, человеческие ресурсы используются на 200% и большего из людей уже не выжать.

Голоса, раздающиеся в защиту крестьян, очень робкие, их почти не слышно. Большинство районных и областных руководителей продолжают жить по законам военного времени, когда человек должен умереть на трудовом посту, а любое уклонение воспринимается как дезертирство. Надо ли говорить, что сами они умирать на этом посту не собираются и их важные организмы исправно снабжаются продовольствием.

Выполнение плана по сдаче зерна государству крестьяне называют «первой заповедью», сначала надо выполнить ее, а потом уже заниматься нуждами родного колхоза. Некоторым колхозам повезло с председателями, они пытаются накормить своих людей всеми законными и незаконными способами.

В этой книге автор уже обозначил конфликт между государственной властью и теми немногими руководителями, кому небезразлична человеческая судьба, кто не смотрит на людей как на безликую массу, кто стремится облегчить жизнь своих крестьян, рискуя не только карьерой, но и свободой.

Многие герои романа, среди них и Михаил Пряслин, оказались на перепутье – жить по совести или плыть по течению. В одну сторону пойдешь – голову потеряешь, в другую пойдешь … но вот то-то подсказывает, что не пойдут эти люди в другую сторону. Хочется быстрее дочитать последнюю книгу тетралогии и узнать, как же сложатся их судьбы.

Ф. Абрамов "Пути-перепутья". Третья книга тетралогии рисует главных героев и жизнь в Пекашине уже в 50-е годы. Война прошла, но тяжёлая жизнь остаётся. Чувствуют это и городские, и деревенские жители. "А теперь карточки уж который год отменили, а деревенскому человеку всё в лавке хлеба нету, только одним служащим по спискам дают",- говорит один из героев. Михаил так и не покинул деревню. Варвара, став городской жительницей, помнит деревню, людей. С какой любовью она ухаживает за Анфисой, приехавшей в город за арестованным Лукашиным. Варвара делится с Анфисой, что не понимает, почему в городе люди могут есть вволю, а деревенские жители, работая на полях, со скотиной, отдавая продукцию в город, видят пустые прилавки: "Я не сею, не жну, а каждый день с буханкой, а в том же Пекашине люди на поле не разгибаются- и на-ко...". За судьбой Подрезова Евдокима Поликарповича, первого секретаря района, мы наблюдаем с начала тетралогии. С его образом Фёдор Абрамов раскрывает "пути-перепутья" руководителя в те военные и послевоенные годы. Это не холёный начальник, который раздаёт приказы, "блаженствует" в кабинете. Подрезов проходит непростые дороги с народом. Он на фронте побывал, выполняет распоряжения правительства, постоянно бывает в колхозах. Знает всех руководителей подчинённых ему организаций. Подрезов жёсток, не бежит от трудностей и бед. Идёт на уступки, прикрыв глаза, если это не повредит общему делу. На первом месте для него, коммуниста, дело Родины. Чаще забывает о семье, себе, но работу знает досконально. "Все надо протолкнуть и выбить секретарю: и грузовики, и тракторы для колхозов, и технику для леспромхозов, и хлебные лимиты, которые каждый месяц урезывают, отстоять. А пенсии? А учителя, которых из года в год не хватает в школах?.." Его личная судьба известна немногим. Пятеро детей, второй брак на женщине старше себя на семь лет. Живя с ней, когда за ворохом дел руководителя успевал приласкать её, деток, когда дарил что-то, когда собирались за общим столом?.. Обо всём этом он задумался лишь в тот момент, когда ему ставят в вину заведённое дело на Лукашина и лесозаготовки. Абрамов на протяжении нескольких глав раскрывает душевное состояние героя в этот момент. Лишь тогда Подрезов задумывается о прожитом. Каков он, как руководитель, какую репутацию имеет и почему, хорошо ли с ним жене и детям? Нерадостные выводы он делает в итоге: "Э, да что там говорить! Жену свою, с которой прожил чуть ли не двадцать лет, не знал...". Подрезов-истинный "человек дела" советского государства, не казнокрад, не "лакировщик действительности". Он трудится во имя всех. Такого нельзя не уважать. Несмотря на то, что Лиза замужем, работает, на ней ещё семья-сынишка, любимый Степан Андреянович, муж. Любит ли Егорша её искренно, по-настоящему? "... но сам-то он знал, ради чего женился Егорша. Ради того, чтобы взвалить на неё, дурёху, старика. Чтобы самому быть вольным казаком...",- так считал Михаил, вслух не произнося. Девчонкой, пока мать Анна в поле, Лиза стала хозяйкой в доме Пряслиных. Она была ответственна за трёх братьев, сестрёнку. Воспитала в себе умение вести дом, воспитывать. Её доброта, ласка к близким-в крови, как и у Михаила. Степану Андреяновичу она стала настолько дорога, что именно ей, "чужой крови", он отписывает свой дом! Невиданное это дело на Руси, невиданное. Лиза криком кричит, умоляет его не делать этого. Но: " ...весь дом и все постройки при доме-Лизавете. Одной Лизавете...". Нет ни грамма притворства в пряслинской породе: любит-так любит, ненавидит-так всей душой, сочувствует-тоже плачет. Лиза и радоваться одна отказывается. В лес за грибами с Егоршей и Михаилом тянет с собой Раечку: "Нет, ей мало быть счастливой самой. Она хотела, чтобы и брат был счастлив". Лиза может многое не говорить брату, но потом, как взрыв, совершает поступок, который мгновенно показывает, как она любит Мишу, как уважает его в качестве товарища, героя в её глазах. Сразу, без заминки, узнав о письме Михаила в поддержку Лукашина, подписывает его. "Лучше уж совсем на свете не жить, чем без совести",- говорит при этом. Миша ответственен за братьев, сестру, мать. На его плечах и бригадирство, и дом. Михаил всей душой любит близнецов, Петьку и Гришку. Когда ему удалось устроить их в училище, в горле у него перехватило, слёзы хлынули из глаз. Также плачет и Лиза, рассказывая эту историю. Душа Михаила разрывается между "надо" и "хочу". Он, как многие мужики, покинул бы деревню, устроившись на работу в городе, но мысль о ещё неокрепших братьях, сестре Татьянке, матери держат его со времени смерти отца. Как они одни смогут вести хозяйство, жить? Он- человек долга, но главное-любит семью. В душе молодого парня жива огромная страсть к Варваре, которая давно в городе. Нет-нет, он вспомянет её, отчаянно хочет уйти к ней, пусть лишь позовёт, но мысль о доме не отпускает. Это "разрывает" его изнутри. Письмо Михаила в защиту Лукашину, "второго отца", как сам его называет,-поступок истинного Человека, верного правде, верного совести. Егорша-противоположность Пряслиным, Михаилу, Анне, Лизе. Степан Андреянович,его дед, понимал это. Не видел во внуке тех нравственных качеств, которые оправдывали бы его разболтанность, желание лёгкой жизни. Егорша стремится к тому, где "теплее", вольготнее живётся, где авторитеты, от которых можно "откусить кусок". Работать, горбясь, в колхозе не согласен: "Он любил дисциплинку, любил, чтобы было кому доложить и отрапортовать. И чтобы тебе сказали: правильно, Суханов! Молодец, Суханов! В разрезе линии шагаешь! А то бы и рыкнули при случае, ежели ногу сбил". Любит ли таких жизнь, время покажет. В тетралогии Абрамов- художник. Через Великое-Слово-он живописует не только человеческие судьбы, деревню, но и природу. Красота Пекашинского края "разлита" на страницах романа: "Туман, туман над Пекашином...Как будто белые облака спустились на землю, как будто реки молочные разлились под окошками...". На мой взгляд, в отличие от двух предыдущих книг тетралогии, в этой намного меньше места уделено историческим фактам, связанным с постановлениями правительства во время Великой Отечественной войны, временем позже. Эти события здесь нужны с целью показать, что и в 50-е годы жизнь в Пекашине не легче. Все жители не видят обилия продуктов, не все могут купить корову, порадовать малых и старых сластями, трудятся много в колхозах. Главное для Абрамова- через жизнь персонажей раскрыть судьбы людей деревни тех лет. От страницы к странице писатель показывает, что Россия во многом держится благодаря Деревни. Напомню, что он сам, пройдя Великую Отечественную, твёрдо знал: благодаря бабам и старикам, малым детям в деревнях выстояло государство в те суровые годы. Об этом в большинстве его произведения. Читать и читать книги Абрамова, учиться мастерству слова и узнавать о стойкости русского духа везде и всегда. Спасибо, что читаете. #мысли #пишу #мюсли #литература #слово