Цитаты из книги Виктор Астафьев. Повести

Доски в штабеля складывать и человеческие жизни пестовать – не одно и то же.

Многие борются за счастье всех людей, но у них есть противники, которые хотят счастья только для себя.

Жизнь наступает с той поры, когда человек начинает задумываться над поступками и отвечать за них.

Мудрости, изрекаемые людьми, вроде еды – на время утоляют голод, а потом опять есть хочется.

Прежде чем пообещать – подумай, а пообещав – сделай обязательно.

Только детям спасительно дано всё запоминать и всё забывать.

Но ведь тому, кто любил и был любим, счастьем, есть и сама память о любви, тоска по ней и раздумья о том, что где-то есть человек, тоже об тебе думающий, и, может, в жизни этой суетной, трудной и ему становится легче средь серых будней, когда он вспомнит молодость свою — ведь в памяти друг дружки мы так навсегда и останемся молодыми и счастливыми.

Только детям спасительно дано все запоминать и все забывать.

сладкая грусть воспоминаний очищает человека и счастлив тот, кому есть что вспомнить хорошее

Я вот пить бросил уже, скоро курить, поди-ка, брошу и вообще бог знает до чего могу докатиться по причине влюбленности.

Валериан Иванович слышал как-то на войне притчу об одном тихопомешанном. Дом сумасшедших попал под артиллерийский обстрел, и больные разбежались кто куда. Неподалеку от одного больного разорвался снаряд, он внезапно очнулся и сказал, оглядевшись вокруг: «Ой, как неинтересно!» Оказывается, внутри повернутой души больного существовал совсем иной мир, сдвинутый в тишину, добрый, с райскими лесами, птицами, музыкой, красивыми женщинами.

«Хорошо», — говорили врачи и уходили. Но я уже знал, что, если врачи говорят «хорошо», это значит плохо.

«Вот это девка! — восхитился я. — Вот что значит культурное воспитание! Хочет есть и ест, а коснись деревенщины — изжеманится вся: „Да что вы! Да я не хочу! Да я вообще винегрет не употребляю…“»

— Мама, а Мишка обманывает меня и балуется, — капризно пожаловалась Лида и надула губы.
— Это ж основная обязанность мужчин, доченька, — обманывать и баловаться.

Ну вот и точка. Больше я никогда не видел Лиду наяву, и больше мне нечего рассказать о своей любви. В книгах часто случаются нечаянные встречи, а у меня и этого не было.

Дурной совет давала мне Ирочка: петь громче, чем, мол, громче, тем шибчей проймет. И что она понимает в искусстве! Ей только бы с офицерами в уголочке шушукаться. И как она в культурницы попала?

Она была обыкновенная, эта любовь, и в то же время самая необыкновенная, такой, какой ни у кого и никогда не было, да и не будет, пожалуй. Один поэт сказал: «Любовь — старая штука, но каждое сердце обновляет её по-своему»

многие борются за счастье всех людей, но у них есть противники, которые хотят счастья только для себя.

мудрости, изрекаемые людьми, вроде еды — на время утоляют голод, а потом опять есть хочется.