Дэвид Геммел безусловно баталист. Притом довольно своеобразный. Для него нет ничего привлекательного в масштабной битве двух несметных армий, что несутся друг на друга посреди ратного, безграничного, чистого поля. Нет. У Геммела был свой свой стиль, совоя страсть — блокада, оборона, хитроумная облава, стычка на узком пространстве. И всегда, по крайней мере на моём опыте прочтения книг данного автора, число людей в противостоящих друг другу войсках суммарно не превышало какие 20-30 тысяч (разве что в «Легенде» из цикла про Друсса представала иная кратина, хотя стратегия сражения и специфика блокады были неизменны). То, что можно выделить в плане битв Геммела — это красочный, запоминающиеся осады, хитрые переломы истории, героические противостояния горстки людей против куда большего войска на манер Фермопильского сражения. И обычно в образе тех, кто слабее, тех, кто под гнётом, тех, кому суждено умереть — протагонист книги и его близкие. То есть: Геммел любит ставить своего героя в самые несладкие условия, расписывать, как он к ним пришёл, выстраивая долгий последовательный путь, полный политических междоусобиц и межличностных стычек, а после кратко но красочно отображать сражения, в которых весь клубок перепетий непривычно и странно резко, как обоюдоострый кинжал вытаскиваемый из раны, распутывается, открывая пред читателем все карты, обозначая финал истории.
Почти всегда финал лирический, приправленный грустью, обещающий что-то впереди. И этого начинаешь неустанно ждать, видя те самые горные заснеженные хребты и вдыхая вечно морозный свежий воздух. По крайней мере, такая эмоциональная картина выстраивается в воображении после прочтения именно «Вечного ястреба». Классического романа Геммела (мне всерьез начинает казаться, что иных быть у него не может) в котором в рамках жёстокого, жесткого фэнтези добро побеждает зло, а автор всё больше и больше намекает на свою мультитвселенную, состоящую из всех своих книг. Связь немного портит атмосферу, нарушая самостоятельность и прививая темы не совсем уместных технических изысков, однако Дэвида никто и не считает однозначно гениальным творцом. Каждая его книга — это процесс, сочитающий личные порывы идеи и куцее умение описывать, повествовать, разворачивать глобальную, масштабную картину. Видно старание, виден полёт фантазии, окованный в отработанную схему подачи этой самой фанатзии, и потому воспринимается каждая книга, после прочтения хотя бы одной, привычно, легко.
И данный роман, повторюсь, — не исключение. Живые, объемные герои, интересный, пусть и примитвный, конфликт. Довольно консервативные взгляды в политических прениях, но не вычурно смотрящиеся в рамках мира, описываемого автором — так, как нужно для особенностей развития этого самого мира, для особенности его проработки, которой одарил его, собственно, автор.
Автор, которого я вновь хочу поблагодарить за крепкую, хорошую историю о добре и зле, о героях и злодеях, о поступках, на которые не хочется смотреть из-за их омерзительного посыла и вида, и поступках, которые повторил бы сам, будь ты более смел и силён... Хотя, ведь именно такие книги убеждают нас, что мы именно настолько сильны, смелы, и выносливы. Спасибо, Дэвид Геммел.
2 понравилось
