Цитаты из книги Накануне

Инсаров: «Но вы спрашивали меня, люблю ли я свою родину? Что же другое можно любить на земле? Что одно неизменно, что выше всех сомнений, чему нельзя не верить после бога?..»

«Звёзды только и делают что смотрят на влюблённых людей, - оттого они так прелестны».

Кто подходит ко мне, того не надобно; а кого бы хотела... тот идет мимо.

"Как жить без любви? А любить некого!" - думала она, и страшно становилось ей от этих дум..."

Шубин отправился за ним, развалисто-грациозно переступая своими маленькими ножками. Берменьев двигался неуклюже, высоко поднимал по ходу плечи, вытягивал шею; а все-так он казался более джентльменом, сказали бы мы, если б это слово не было у нас так опошлено.

А я тебе, за твою доброту, вот что скажу: попался тебе человек хороший, не ветреник, ты уже держись одного; крепче смерти держись. Уж быть, так быть, а не быть, видно, богу так угодно.

…Я не знаю, что со мною сегодня; голова моя путается, я готова упасть на колени и просить и умолять пощады. Не знаю, кто и как, но меня как будто убивают, и внутренно я кричу и возмущаюсь; я плачу и не могу молчать… Боже мой! боже мой! укроти во мне эти порывы! Ты один это можешь, все другое бессильно: ни мои ничтожные милостыни, ни занятия, ничего, ничего мне помочь не может.

Как жить без любви? а любить некого!

Этот немой укор глубже всякого другого проникал в сердце

потом... так ты у меня сердце обеими руками и взял!

- Что вы делаете? - повторил он.

• Я остаюсь здесь.
• Как... надолго?
• Не знаю, может быть, на весь день, на ночь, навсегда... не знаю.

- Елена Николаевна, - шепнул он ей на пороге, - вы топчете мсье Поля, вы безжалостно ходите по нем, а мсье Поль благословляет вас, и ваши ножки, и башмаки на ваших ножках, и подошвы ваших башмаков.

Заря уже занималась в небе, когда оба приятеля возвратились на свою квартиру. Солнце еще не вставало, но уже заиграл холодок, седая роса покрыла травы, и первые жаворонки звенели высоко-высоко в полусумрачной воздушной бездне, откуда, как одинокий глаз, смотрела крупная последняя звезда.

— [...] Мы целый день с ним вместе гуляли, и он, я уверяю вас, отличный человек. — Я об этом вас не спрашивала, — промолвила Елена и встала.

Я знаю трактирчик прескверненький, где нам дадут обедишко препакостный; а нам будет очень весело. Пойдемте.

Ступайте, друг мой Андрей Петрович, прикройте шляпой вашу мудрую голову, и пойдемте куда глаза глядят. Наши глаза молодые — глядят далеко.

Это железный человек. И в то же время, вы увидите, в нем есть что-то детское, искреннее, при всей его сосредоточенности и даже скрытности. Правда, его искренность — не наша дрянная искренность, искренность людей, которым скрывать решительно нечего...

Он ничего не делал и навряд ли думал, а если и думал, так берег свои думы про себя.

«Леночка, — кричал он ей, бывало, — иди скорей, паук муху сосет, освобождай несчастную!» И Леночка, вся встревоженная, прибегала, освобождала муху, расклеивала ей лапки. «Ну, теперь дай себя покусать, коли ты такая добрая», — иронически замечал отец