Женщина на войне и потерянное поколение отечественного разлива
Скажите, почему при словах «потерянное поколение» мы вспоминаем исключительно Ремарка, Хемингуэя и других зарубежных писателей, как правило, мужского пола? Скажите, почему в нашей литературе очень мало действительно хороших книг о женщинах на войне? Почему когда-то считалось ненормальным и даже каким-то стыдным затрагивать эту тему? И почему мы не можем назвать потерянным поколением тех молодых парней и девушек, которые после десятого класса в сорок первом году ушли на фронт? Нет, конечно, мы можем это сделать, но фраза «потерянное поколение» всё равно будет ассоциироваться с Ремарком. Абсолютно случайно найденная на полке шкафа книга, абсолютно не примечательное ничем издание семьдесят третьего года: зелёная обложка, а на ней четыре слова написанные белым и красная вспышка. Вспышка от зенитки, от танкового снаряда, не важно. Ольга Кожухова «Ранний снег». Очень многие книги в нашей жизни появляются абсолютно случайно. Ты на них не был настроен, а они появляются, и «настраиваться» приходится. Настраиваешься, а потом, впрочем, как и всегда, долго не можешь отойти, думаешь об этом романе. Он задевает какие-то ноты в твоей душе, и даёт толчок определённым мыслям. Женщина на войне… Это противоестественно, и даже в какой-то степени не очень нормально. «У войны не женское лицо» - это правда. Но как быть, когда ты не можешь поступить по-другому, когда ты понимаешь, что ты просто обязана там оказаться? Одна из героинь романа, авторское «я», Шура Углянцева (именно Шура, не Саша и не Александра) себя на фронт призвала сама.
«Сидя за столом в военкомате, я сама написала себе повестку. Измочаленные суетой всеобщей мобилизации, с онемевшими от беспрерывной писарской работы руками, они просто не управлялись. Они дали мне бланк, перо и чернильницу, и я торжественно сама себе предписала: «Гражданке такой-то… явиться туда-то… В случае неявки… суду военного трибунала».
А она ведь бывшая десятиклассница, недоучившаяся медсестра, даже не военнообязанная… Советские люди, это какой-то определённый тип людей. Если человек всю жизнь воспитывался и жил, зная, что «Если завтра война, если завтра в поход, если грозная сила нагрянет» то «как один человек весь советский народ за свободную Родину встанет», он по -другому поступить и не мог. Это не хорошо и не плохо. Это просто так было. Когда мне было четырнадцать лет, в мае 2013 года, я ехала в метро, читала Светлану Алексиевич и ревела как ненормальная. Потому что это очень страшно. Страшно читать про исковерканные женские судьбы и понимать, что такое было на самом деле. Что это не какая-то режиссерская или авторская фантазия, а что такое было. Война никогда не отпустит человека её прошедшего. Нет, не так.
« − Меня всегда очень коробит, когда я слышу фразу «прошел войну». – Почему? – Потому что войну нельзя пройти! Она – или милостиво отпускает, выплевывает тебя, оставляя в живых. Или забирает навсегда. Третьего не дано».
Героинь «Раннего снега» война именно «выплюнула». Выплюнула и оставила. А они жили. И в судьбе каждой остались отголоски этой войны. Марьяна, которая так и не вышла замуж, Шура, которая уже по прошествии двадцати лет всё равно очень много меряет военными категориями, думает о том, смогли бы вот эти случайные прохожие, молодые парень с девушкой воевать, так же как и её поколение, и Женька. Женька, которую больше всех жалко и какие-то моменты судьбы которой остались для меня не очень понятными. Периодически у меня возникали ассоциации с «Весталкой» Николая Никонова. Там тоже в центре сюжета девушка, девушка моя землячка Свердловчанка, Лидия Одинцова. Но всё-таки если пишет женщина и пишет о женщинах, это получается более правдиво и более «цеплюче». Есть такое слово в русском языке? Очень тяжелый роман, с огромным количеством интересных и непонятных мне мыслей. А ещё и главная героиня тёзка. Это судьба, не иначе.
20 понравилось
