Это новая версия страницы книги. Часть функций ещё в работе — мы добавляем их постепенно.

18+

Ваша оценка

4,7

(5)

Трагедии

Name: Трагедии
Rating: 4.7 (5 reviews)
ISBN: 5-7905-0283-0

Эсхил , Софокл

В данной книге собраны бессмертные творения древнегреческих поэтов Эсхила (ок. 525 г. до н.э. - 1ф г. до н.э.) и Софокла (ок. 496-406 гг. до н. э.), живших и творивших в значительную для его родины эпоху становления афинской демократии и греко-персидских войн, в которых он принимал непосредственное участие. Это наложило отпечаток на все их творчество, которое живо откликалось на современную им действительность. Их герои полны монументального величия, изображены с огромной художественной силой, а...

Жанры

Издательство:

Рипол Классик

Серия:

Бессмертная библиотека

ISBN:

5-7905-0283-0

Год издания:

2001

Язык:

Русский

Твердый переплет, 752 стр.

Тираж: 7000 экз.

Формат: 84x108/32 (130х200 мм)

Возрастные ограничения:

18+

Содержание

Эсхил
Автор: Эсхил, Софокл
стр. 19-304
Персы, пьеса
Автор: Эсхил
стр. 19-64...

Рейтинг LiveLib

4,7

5 оценок

5
80%
4
20%
3
0%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 5Хотят прочитать 5

Рецензии

boservas
31 марта 2020
И царь богам не смеет прекословить
Это третья драма великого Софокла из его фиванского цикла, рассказывающего о злополучном Эдипе и его потомстве. В первых двух живописалась трагедия самого Эдипа, которому открылась вся глубина его падения, предписанная ему неумолимым роком. И хотя он не ведал, что творил, он принимает на себя всю ответственность за содеянное, продолжая между тем крушить всё вокруг себя. Так он проклинает своего дядю и шурина в одном лице - Креонта, и сыновей, которые параллельно приходятся ему еще и братьями - Полиника и Этеокла. Этого ему показалось мало, и он предсказывает, что сыновья погибнут от рук друг друга - мало в их семье инцеста и отцеубийства, пусть еще и братоубийство тоже будет.
И ведь приговорил, или, может быть, он в воду смотрел, но так и случилось - братья поссорились, устроили междуусобную войнушку, и перебили друг друга. Престол же Фив достался многотерпеливому дяде Креонту, который решил начать царствование с жестких мер. Ничего лучше он не придумал, как объявить виновником отгремевшего конфликта одного из его участников - Полиника, пытавшегося свергнуть с престола Этеокла. Хотя легитимность Этеокла была неочевидна, поскольку он сам нарушил договоренность с братом, проигнорировав его права.
Так или иначе, Креонт решил показать, что он крутой перец, и что теперь в Фивах будут суровые порядки. Интересно, что до сих пор именно Креонт был самым рассудительным и спокойным среди всего взбалмошного семейства, но, видимо, настал его черед - он запретил хоронить Полиника, желая, чтобы его тело досталось на корм диким зверям и птицам.
Что же такого крамольного в его приказе? Понятно, что он в какой-то степени бесчеловечен, но и только? Нет, тут дело не в этической составляющей, тут закачался краеугольный камень фундамента античного общества. Ведь кроме царских законов существовали традиционные родовые законы, которые были даны и освящены волею богов, и приказ Креонта вошел в конфликт с этой мощной силой.
Выразителем протеста выступила дочь Эдипа, сестра Полиника и племянница самого Креонта - Антигона, которая предпочла исполнить требования традиции, и осмелилась ослушаться царя-самодура. И тут Креонт оказывается загнанным в угол - он поклялся (слово царское!) казнить любого, кто нарушит его приказ, и теперь он должен или отступить и начать своё правление с проявления слабости, или исполнить обещанное и не пожалеть родной племянницы, которая в самом ближайшем будущем должна была стать еще и невесткой, поскольку была сосватана за сына Креонта - Гемона.
Креонту не позавидуешь, однако он решил проявлять принципиальность, и жестоко за это поплатился. Видимо, за что-то это семейство не нравилось олимпийским небожителям, и рок продолжил сбор своего скорбного урожая. Антигона была замурована живьем в склепе.
Гамон - её жених - выступает против отца, обозначив еще одну значимую тему античного общества - почтение детей по отношению к родителям, сын не смеет ослушаться отца и обязан исполнить любую его волю. Вот и перед Гомоном выбор - или принять решение отца, или воспротивиться ему; Софокл показывает какая борьба происходит в душе сына, но Креонт сам виноват - он восстал против богов, поставив выше свою волю, теперь сын восстает против отца, поставив выше свою любовь - свои чувства.
И все же, в какой-то момент, Креонту возвращается его способность рассуждать здраво, взвесив всё, что оказалось на весах, устрашась потерять сына и радость жизни, он готов отступиться от своих принципов, готов пересмотреть свою позицию, но... но поздно...
Антигона успела повеситься, у древних греков самоубийство не относилось к страшным грехам, как это будет у христиан, поэтому и Гемон идет вслед за любимой в Аид, заколов себя кинжалом. Эвридика (не путать с возлюбленной Орфея) - мать Гемона и жена Креонта, узнав о смерти сына, пронзает свое сердце мечом. Креонт наказан и посрамлен, боги доказывают ему его ничтожество и зависимость от их воли.
Расщелина между царями и их подданными куда меньше той пропасти, что пролегает между людьми и богами - вот главный вывод древней драмы.
И еще пара слов об аналогии, которая явно напрашивается, с шекспировскими "Ромео и Джульеттой". Великий драматург не мог быть незнаком с пьесой Софокла, поэтому он отдавал себе отчет, что сцена в склепе, когда молодые влюбленные лишают себя жизни, очень явно перекликается с подобной же сценой в "Антигоне", есть некоторые отличия, но схема общая. Но, безусловно, это, ни в коем случае, не плагиат, а то, что можно назвать преемственностью.

Читать далее
164 понравилось
0
2,8K
boservas
24 февраля 2020
Это он - Эдичка
Тема рока и судьбы, наверное, главная во всей греческой драматургии. И Софоклу удалось создать самое мощное произведение, раскрывающее эту тему невероятно глубоко, которое стало признанной классикой не только античной, но и мировой литературы. Еще Аристотель в своей "Поэтике" предложил считать пьесу Софокла идеальным трагическим произведением.
Принцип гуманистического искусства, основанного на иудо-христианской традиции, провозглашает ответственность человека за всё, что с ним происходит в этой жизни, четко разделяются понятие добра и зла, фиксируется их присутствие в жизни человека, в зависимости от его выбора, другим словами - благость и греховность.
Софокл воспитан на другой традиции, поэтому он может поставить вопрос о предопределенности человеческой судьбы. Что предопределено богами, то неминуемо свершится и не в силах человека противостоять высшей воле. Но человек - заложник воли богов, и заданная ими предопределенность не освобождает его от ответственности за те поступки, которые он не желал совершать, но все же совершил. Не напоминает ли это вам пресловутый первородный грех христианства, когда приходящий в этот мир ребенок уже греховен, так сказать, карма предков.
Видимо, какая-то причина была и у греческого божественного пантеона, приговорившего Эдипа к такой судьбе. Если вдуматься, то наказан не один Эдип, наказана вся его семья: отец Лай, приговоренный пасть от руки сына, мать Иокаста, приговоренная стать женой сына, дочери, которые будут нести всю жизнь позорную отметину своего происхождения. Возможно, дело в предках Эдипа - Агеноре и Кадме, отце и брате похищенной Зевсом Европы, они же пытались противостоять всесильному божеству, отчего же не ответить за них правнукам?
Эдип не возмущается волею богов, он безропотно принимает свою долю, определяя её: "Судьба решила", и берет на себя вынесение приговора и исполнения наказания: "Я сам себе судья!", заявляет он потрясенному Креонту. Приговор его суров: за отцеубийство - изгнание, за кровосмешение - ослепление, эти наказания в Древней Греции считались более суровыми, чем смертная казнь, ведь смерть кладет конец земным мукам, а эти их продлевают и усугубляют.
Надо сказать, что представитель древнего социума был намного справедливее и честнее многих нынешних современников. Сейчас просто поветрие какое-то наделать подлостей, а потом оправдывать это господствовавшим над ними депрессивным состоянием. Эдип волю богов на себя взял, а сегодняшние сапиенсы даже ответственности за собственную неврастению редко признают.
Предопределенность выбора человека, когда он зависит от неконтролируемых им сил, стала лакомым кусочком для психологов ХХ века, а, если точнее, для Фрейда и его последователей. Два самых страшных преступления, совершенных Эдипом, - отцеубийство и инцест - стали корневой темой "открытого" Фрейдом Эдипова комплекса. Предполагается, что мальчик изначально, как носитель того же первородного греха, умом страшится двух вещей - отцеубийства и инцеста с матерью, но тайно жаждет этого, что способствует развитию у него невротического расстройства. Далее схема была распространена и на девочек, образцом снова послужила трагедия Софокла - комплекс Электры. Именно эта схема была положена в основу классического психоанализа, так что царя Эдипа можно в какой-то мере считать крёстным отцом сегодняшних психоаналитиков.
Образ Эдипа стал одним из архетипических в мировой литературе, первым после древних греков к нему обратился римлянин Сенека, позднее Корнель, Вольтер, Кокто. Сильнейший роман о средневековой вариации Эдипа - "Избранник", написал Томас Манн.
.
Читать далее
157 понравилось
0
3K
Sandriya
20 октября 2021
Невыносимая истина
Данная книга включает в себя одновременно стандартный привычный нам миф об Эдипе и версию Софокла. Первую часть я оцениваю на 10, но основная оценка выставлена мною конкретно по второй - Софоклу, а не Эдипу, не совсем понимаю смысл переписывания античным драматургом этой истории, поскольку особой разницы между мифом и трагедией (для различия буду называть так) - нет, скорее, отличие состоит в том, что пересказ - это собственная интерпретация Софоклом Эдипа, собственное его восприятие данного героя. Как каждый читатель акцентирует свое внимание на разных чертах персонажа истории, так и Софокл просто сфокусировался чуть на иных характеристиках того же самого Эдипа.
Мне жаль (зато благодаря этому рада, что в издании представлен и первоисточник - смогла перечитать), что при изучении мифологии в школе никто нам даже не намекал, что суть мифа заключается не в поверхностной событийности "заслал коня/убила детей", а в психологии персонажей (будучи ребенком я не умела (не додумывалась) искать скрытые смыслы). Именно по этой причине, прочитав множество таких сказаний, я практически ничего не помню о них, кроме той самой поверхностной событийности, если не перечитывала, не вникала заново, повзрослев. Теперь же я будто в первый раз окунаюсь во многие истории, обнаружив неразрывную часть мифов с архетипами и прочими атрибутами психологии, чтобы восполнить пробелы, "подаренные" образованием.
Комплекс Эдипа, думаю, знаком сегодня всем (слишком попсовым стало его упоминание) - поэтому взгляд на историю возникновения, на предпосылки, на, возможно, потерявшиеся доп. смыслы для меня стал важным - отсюда и наличие данного мифа в теперь уже прочитанных. Поскольку Эдип - отцеубийца, совершивший инцест с собственной матерью, который бессознательно ее желал, ощущая конкуренцию, и потому уничтоживший соперника, я ожидала от мифа чуть большей приближенности к этой информации. Однако, на самом деле Эдип даже не ведал, что стал убийцей и инцестником, так как считал своими родителями других людей, женой не родственницу, а убиенного просто хамом, помешавшим продолжить свой путь. И именно здесь возникает разница между мифом и трагедией Софокла - как только Эдип узнает эту жуткую истину в мифе он мечтает об изгнании и торопит его, а у Софокла переживает о том, что оказался осквернен - т.е. в мифе он уже перепрыгивает к наказанию, ощущая его как единственное спасение от стыда, пытаясь не проникаться им, а в трагедии позволяет себе чувствовать, опускаясь на дно "постыдной скверны", не теряя, как в мифе, шаг в алгоритме проживания травмы.
Конечно, софокловский взгляд более верен с психотерапевтической точки зрения, но правильнее смотреть на прототип, на исходник, на первоначальную версию, а не чью-либо, пусть и достойного представителя человечества, трактовку. Тем более правдивее именно первоисточник, показывающий скачок Эдипа от скорби за народ к стыду, дополняющемуся виной, который заставляет бежать, не оглядываясь и не вникая в свалившуюся на голову мысль о перевернутости жизни, оказавшейся совсем не той, за какую ее принимали. Именно в этом случае история становится толчком к исцелению, вариант же Софокла, скорее, выступает уже примером попытки прохождения самолечения, уже индивидуальной осмысленностью.

Читать далее
91 понравилось
0
1,2K