Цитаты из книги Роб Рой. Квентин Дорвард

— Прекрасно это выходит и вполне благоприлично, что я у вас жду полчаса за дверьми, капитан Стэнчелз, — сказал он, обращаясь к старшему тюремщику, который показался теперь в дверях, готовый составить свиту великого человека. — Чтобы войти в тюрьму, мне пришлось ломиться с такой силой, как ломились бы другие, чтобы выйти отсюда, — несчастные люди, сбившиеся с пути!

— Я ценю искренность выше вежливости, сэр, и вам это известно, — был ответ мисс Вернон. — Вежливость — приятная особа, царедворец по призванию, — сказал Рэшли, — и потому в будуаре леди ей честь и место. — А искренность — верный рыцарь, — возразила мисс Вернон, — и потому я приветствую ее вдвойне, мой любезный кузен.

Белые плечи да чёрная бровь, Верное сердце и в сердце любовь - Лучше, чем злато и знатная кровь.

— А преследование... делает и мудрого безумным.

... какое нам дело до его средств, если он у нас с вами ничего не просит?

—У кого нет имени, нет друзей, нет денег, нет родины, тот вправе всё-таки называться человеком; и у кого всё это есть - тоже не более как человек.

Он не вовсе сумасшедший, нет: иногда у него как будто бы и появляются проблески здравого смысла, то есть так, знаете, сверкнула искорка и погасла, но голова забита трухой: помешался на стихотворстве. Увидит какой-нибудь корявый, разлапый дуб и заглядится на него, точно на грушу, увешанную сочным дюшесом; а голая скала и какой-нибудь ручеек под нею ему любезней огорода с цветущей гречихой и самыми деликатными овощами.

Как может иногда то, что мы больше всего ненавидим и презираем, принять внешний вид того, что мы больше всего почитаем!

Надмірна забобонність - хвороба, якою небо часто наділяє людей, що відмовляються виконувати приписи релігії.

Высокий замок впереди встаёт С железными решётками ворот, Которые вторжению врагов Дадут отпор. Внизу - глубокий ров, И медленно вокруг течёт поток, А в башне стражника мерцает огонёк.

Хорошая пища лучше хорошего платья. (Французская пословица).

Мы не можем (как говорит слуга в одной старинной комедии) припомнить в точности ложь, которой баран-вожак одурачил свое стадо; но ведь ничего нет легче, как обмануть невежественную толпу, когда предвзятая мысль уже наполовину убедила ее прежде чем обманщик успел сказать слово.

По словам Плиния, в Италии встреча с волком считается очень опасной; говорят, что человек перестает владеть языком, если только волк увидит его раньше, чем он волка.

Кто не умеет притворяться - тот не умеет и царствовать; что касается меня, то узнай я, что моя шапка проведала мои мысли, я в ту же минуту бросил бы ее в огонь. (Людовик одиннадцатый).

Они не осмеливаются заглядывать в библиотеку, я думаю, из страха, что старые фолианты упадут с полки и проломят им череп: иного действия на их головы книги оказать не могут.

— Добрый друг, — ответила Диана, — мой вам совет: не надевайте на крючок удочки слишком большую дозу самоумаления. Десять шансов против одного, что на такую приманку вы не выудите ни одного комплимента. Вы знаете, я принадлежу к непопулярному племени правдивцев и самому Аполлону не стала бы льстить насчет его лиры.

Нужда научит всему...Нужда - мать смелости...

Какая беда, если посланный будет убит, исполнив свое поручение? Это то же, что разбить бутылку, когда вино из нее выпито...

Умеренность - мать всех добродетелей.

- Я человек, - был ответ, - а мои намерения дружественны. - Человек! - повторил я. - Это слишком короткое определение. - Оно достаточно для того, кто не может предложить иного, - сказал незнакомец. - У кого нет имени, нет друзей, нет денег, нет родины - тот всё-таки вправе называться человеком; а у кого всё это есть - не вправе.