Цитаты из книги Выстрел в спину

Ты зайди в обувные магазины, к примеру. Погляди, чем торгуют. Летние туфли, по пяти килограмм каждая, на пластике, походишь в таких месяц, без ног останешься. Никто не берет, полки обваливаются от товара, склады забиты, а твои порядочные гонят план, расходуют сырье, получают прогрессивки. Вот где убытки! Ты их к ответу призови. Рискни!

Павел часто задумывался: почему люди не выносят за столом человека непьющего? Видимо, они воспринимают его как укор себе. Вот, братец, и тебе давно бы пора бросить, видишь, сидит человек, пьет боржом. А ты?

– Я все вспомнил Константин Константинович. Таких совпадений не бывает, мы вышли в цвет. Не употреби Гуров жаргонное словечко, Турилин промолчал бы, сейчас не утерпел и заметил: – В жизни все случается, все абсолютно.

Жизнь в уголовном розыске – сплошные парадоксы. Уверен, что задача проста, а она оказывается неразрешимой, ты считаешь, что она неразрешима – задачка решается сама.

Ради таких минут Ванин и жил на свете. Ему нужны были женщины, не их любовь земная, в постели он себя чувствовал неуверенно, не женское преклонение и восхищение, которого он добиться не мог. Он любил женское унижение, он упивался им, вдыхал, пьянея, цедил сквозь зубы.

«Разматывай, Орлов, – сказал начальник. – Только помни, они все разные и вина у них разная. Каждый в суд должен принести только свое. Не меньше, но и не больше. По справедливости. Ты запомни, тебе с этой публикой работать долго, до пенсии. Шарик круглый, вертится, все дорожки пересекаются. Ты к ним по справедливости, они к тебе по справедливости. Люди на порядочного сыщика, даже когда он в тюрьму сажает, зла не держат».

Гуров умница, в интуиции ему не откажешь, в людях разбирается, но уж больно он эмоционален, порой наивен, в результате многие люди не принимают Гурова всерьез, ведут себя с ним необязательно, снисходительно.

К Павлу Ветрову Ирина приходила бездумно, как кошка, инстинктивно чувствуя: здесь согреют, погладят, дадут спокойно поспать. Здесь здорово, только родной дом у нее в другом месте.

Олег Перов оказался не тем человеком, в которого Ирина влюбилась до беспамятства и за которого, до последней минуты не веря в собственное счастье, вышла замуж. Прошло время, исчезла загадочность, за стальными мускулами оказался далеко не стальной характер.

Павел искренне полагал, что на многие вещи существует один-единственный, абсолютно правильный взгляд. Он, Павел Ветров, так на это дело и смотрел, так же, естественно, смотрели и остальные разумные люди. Если же они задавали вопросы, то либо притворялись, либо были глупы непроходимо, и в том и в ином случае отвечать им не требовалось.

У него существовала отвратительная привычка не отвечать на вопросы. Однажды Ирина, выйдя из себя, схватила Павла за плечи, потребовала ответа на свой вопрос. – Ведь и так ясно, – наконец сказал он, – зачем колебать воздух?

Мужчину выдают глаза и руки. Павел смотрел бесстрастно, подавая пальто, не придерживал его, не искал прикосновения. Однако она ничуть не сомневалась, этот человек ее любит, и с радостью приходила сюда отдыхать от безделья и суеты дня и напряженного ожидания вечера, потому что каким вернется с работы Олег и чем кончится вечер, Ирина никогда не знала.

– Турилин выдержал паузу, подождал, пока все не посмотрят на него… – звания и титулы людей из окружения Ветрова не должны влиять на качество вашей работы.

... майор Кирпичников, сидел, листая толстое «Дело». Он всегда ходил с папкой под мышкой, чтобы никому и в голову не пришло поручить Кирпичникову новое «Дело».

В магазине идет обмен новостями. «Еще одного прирезали!» – «Одного? Утром вывозили на трех машинах». – «Куда милиция смотрит?»

Прослышав о совершенных, еще не раскрытых преступлениях, озорники порой начинают хулиганить, хулиганы наглеют, они теперь могут вырвать у женщины сумку, снять с подвыпившего часы.

... победа приносит счастье, даже когда у тебя один зритель – ты сам.

Гению необходимо одиночество.

Сидел бы на диване, не ушибся бы.