Отзывы о книге Нудота

-Что, дорогой Антуан Рокантен? Тошнит тебя по утрам? Ну-ну. Небось и на солененькое потянуло? Забеспокоился, да? Занервничал? Вспомни-ка, ты же весь последний месяц сам себе трахал мозг не предохраняясь. Отрицаешь? Напрасно. Сам же все в свои дневники записывал; читал я их. Ну стал, наверное, чреват какой-нибудь мыслью, дело-то житейское. Только я бы тебе, Антуан Рокантен, посоветовал аборт. Учитывая то, какие дозы экзистенциализма ты принимал, мысль наверняка родится нежизнеспособным уродиком. Расслабься, тебе от этого станет не более паршиво, чем обычно. Скоро сможешь опять предаваться постоянным занятиям мизантропией. Просто некоторые не способны породить ничего хорошего, и ты из их числа. О, да ты уже успел обзавестись тестом из аптеки на углу, пока я тут перед тобой распинался? Ну-ка, ну-ка, что у нас там? -Четыре звездочки.

Сложно расслоить книгу на ощущения - собрана-прошита-связана-скручена так туго,  с таким обилием деталей, что слишком долго распутывать. Моя попытка - скорее нетерпеливое разрезание узла, при котором что-то непременно оборвется, нарушит узор, будет понято не так.

Существование, жизнь, время, искусство. Автор не избивает эти темы тупым мыском пера - наоборот, оживляет, воскрешает до какого-то нового свойства. Весь текст - полнокровный, дышащий. Своим даром владения словом он вырывает из недр мира что-то особенное, непривычное, странное. Пугающее. То, на что немногие обращают внимания.

Попытка прочтения произведения - как хождение по талому весеннему льду. И вроде пару шажочков выдерживает - а потом ты проваливаешься, и тебя тянет на какую-то особенную глубину. Холод, темная вода, зыбкий свет. И мысли автора потоками хватают, и тянут куда-то, закручивают, толкают, уносят. И даже выплыв из книги, схватившись вновь за реальность, еще долго не можешь отойти. Знобит и дрожит, и кажется, что бьется не только сердце - все внутреннее содержимое, звенящее от заледенелости.

Книга - о Тошноте
Об осознании существования. Бессмысленности. Обезвременности.
Того, что прошлое, которое люди хранят на полках, зажимают между страниц книг, развешивают по стенам - мертво. Не существет. И будущее - тоже.
Есть только настоящее. Точка. Как крохотное насекомое, которое в любой момент может оказаться раздавленным могильным камнем, точно пальцем.
О том, что нам нравится сочинять истории, приключения - наделять бессмысленную чехарду событий смыслом, собирать их в сокровенный порядок. Но на деле это мы сами придумали и за этой выдумкой ничего нет. Есть только существование - и несуществование.

Думаю, книга произвела такой эффект оттого, что попала в нужный момент жизни. Мои мысли нашли собеседника в этой книге, слушателя, какое-то понимание, и согласие, и темное - и светлое. Нечто хрупкое и отвратительное, уродливое и прекрасное. Скорее, порекомендую тем, в ком проснулись экзистенциальные вопросы.

ВЕСЬМА ПОРОЙ МЕШАЕТ МНЕ ЗАСНУТЬ ВОЛНУЮЩАЯ, КАК НИ ПОВЕРНИ, ОТКРЫВШАЯСЯ МНЕ ВНЕЗАПНО СУТЬ КАКОЙ-НИБУДЬ НЕМЫСЛИМОЙ ХЕРНИ Игорь Губерман

Есть книги, которые ни уму, ни сердцу. А есть те, которые удовлетворяют потребности только одного из названных выше органов. В данном случае "подпитку" получил мозг, а сердце так и осталось на сухом пайке, ждать, когда я вернусь в Чернильный мир.

На "Тошноту" очень сложно писать рецензию, ведь есть всего три пути: а) разложить все-все по полочкам - это сделано 100500 раз до меня и делать плохо то, что уже сделано хорошо до меня, я не вижу смысла; б) восторгаться - не смотря на четыре звезды я отнюдь не в восторге. Напротив, книга мне совсем не понравилась; в) хаять и поливать грязью - но это же знаковая вещь. Она может быть не понятой, может быть не близкой - но она уж никак не заслуживает ушатов грязи. Это не "Голодные игры" в конце-то концов:)

Поэтому пришлось идти по альтернативному четвертому пути и абсолютно сумбурно набросать сюда ощущений и размышлений, которые появились после того, как Антуан Рокантен наконец стал Творцом самого себя.

“У меня самого никаких неприятностей, я богат как рантье, начальства у меня нет, жены и детей тоже; я существую – вот моя единственная неприятность…”

Каждый ищет свое место в жизни по своему. Кто-то довольствуется карьерным признанием, кто-то семейным уютом, кто-то посвящает себя без остатка эксцентричному хобби. А кто-то пытается вывернуть себя наизнанку чтобы понять, зачем все-таки пришел в этот мир.

Антуан Рокантен - из последних. Одинокий в своем одиночестве, он доходит до крайней точки - жизнь начинает казаться ему пресной. До тошноты. Все, что приносило раньше радость и удовольствие, кажется бессмысленным, более того - противным и мерзким.

«Так вот что такое Тошнота, значит, она и есть эта бьющая в глаза очевидность? А я-то ломал себе голову! И писал о ней невесть что! Теперь я знаю: я существую, мир существует, и я знаю, что мир существует. Вот и всё. Но мне это безразлично. Странно, что всё мне настолько безразлично, меня это пугает. А пошло это с того злополучного дня, когда я хотел бросить в воду гальку. Я уже собрался швырнуть камень, поглядел на него, и тут-то всё и началось: я почувствовал, что он существует. После этого Тошнота повторилась ещё несколько раз: время от времени предметы начинают существовать в твоей руке»

“Я живой мертвец… Больше никто и ничто не сможет внушить мне страсть… Теперь я живу в окружении моих усопших страстей”

************************************************************ Вообще, из всех философских течений экзистенциализм всегда был от меня примерно на таком же расстоянии, как Марс или Сатурн. Ибо познание себя через страх и кризис я считаю противоестественным. Вот через счастье или любовь - это другое дело:)

Меня "Тошнота" привлекла лишь тем, что в некотором роде эта книга знаковая, да и познакомиться с Сатром лично, а не через учебники философии уже давно было интересно. Ну что ж, любопытство удовлетворено, два вечера тошноты успешно пережито, четыре звезды Сартру проставлено. На сем знакомство и завершим)

До Апокалипсиса осталось 4/26 книг

Есть спойлеры! Как относиться к этой книге? Если рассматривать с обывательской точки зрения – это история человека, который с каждым днем все глубже «уходит в себя», погружается в омут своего одиночества. Он понимает, что с ним что-то происходит и начинает вести дневник, «чтобы докопаться до сути» и «попытаться разобраться в самом себе». В романе мало событий. Антуан Рокантен живет во Франции, в Бувиле, в начале 1932 года. Ему нет необходимости работать, жизнь его обеспечена пожизненной рентой. Он путешествовал, но теперь живет здесь и пишет книгу о заметном в истории Франции 18 в. персонаже маркизе де Рольбоне. В своем дневнике он рассказывает: « А я живу один, совершенно один. Не разговариваю ни с кем и никогда; ничего не беру, ничего не даю». Герой замечает, как с каждым днем в нем происходят перемены, которые его пугают. Он пытается остановить этот процесс, идет туда, где много людей, стремясь укрыться в толпе от своих мыслей, но это ему мало удается. В кафе он видит оживленных молодых людей. Они восхищают его: тем, что веселы, что рассказывают друг другу смешные истории из своей жизни, громко выражают свои эмоции. «Когда живешь один, вообще забываешь, что значит рассказывать: правдоподобные истории исчезают вместе с друзьями», - замечает Рокантен. На него навалилось равнодушие и реальность теряет свои четкие очертания, уступая место условности: «события тоже текут мимо : откуда ни возьмись, появляются люди, что-то говорят, потом уходят, а ты барахтаешься в историях без начала и конца – свидетель из тебя был бы никудышный…» Отмирают и живые человеческие реакции: «одинокого человека редко тянет засмеяться…», «вот уже три года, как я слишком спокоен». На смену всем чувствам и эмоциям, которыми живет нормальный человек, приходят страх, навязчивые мысли и …тошнота. Гл. герой прекрасно осознает, что одиночество – зло, и, как всякое зло, оно опасно и имеет отталкивающий вид. Ему вспоминается, как в детстве, когда они играли с друзьями в Люксембургском саду, приходил и сидел на скамейке один очень странный человек, ни с кем не разговаривал, но он пугал их своим непонятным состоянием: «Он внушал нам невыразимый ужас, потому что мы чувствовали, что он одинок …мы чувствовали: в его голове шевелятся мысли краба или лангуста». Не хотелось бы Рокантену наводить страх на детей, но сделать он ничего не может. Каждый день приносит новые, неприятные открытия. Он смотрит на свое лицо в зеркале и ужасается: в его чертах нет жизни. Это плоть, просто плоть. И это отражение тоже вызывает тошноту. Не только Рокантен одинок. В романе есть и другие персонажи, которые по разным причинам тоже страдают от одиночества. Их души тоже становятся похожими на выжженную пустыню. И они пытаются бороться, но в итоге становятся еще более одинокими. Это его любимая в прошлом девушка Анни и его приятель Самоучка. Как же он стремился к встрече с Анни, после долгой разлуки! Он с надеждой восклицает при встрече: «- Я тебе необходим? Я был тебе необходим все четыре года, что мы не виделись? Хорошо же ты скрывала свои чувства.» Но Анни как будто нарочно явилась к нему из прошлого, чтобы отнять последнюю надежду, она тоже разочарована в жизни. Анни любила ловить и создавать «совершенные мгновения», в которых жизнь предстает во всей красе. Но… она устала и больше не хочет ничего. Так же и Рокантен когда-то искал в жизни приключений, пока не понял, что приключение возникает уже в сознании человека, когда он рассказывает о событиях. И оттого, как он относится к ним и зависит, будет ли это названо приключением. Короче, в итоге у обоих полный крах надежд и разочарование и оба чувствуют себя стариками. Если уж рассуждать обывательски, хочется сказать, что истоки одиночества, на мой взгляд, всегда надо искать в детстве. Хотя бывают в жизни ситуации, когда человек волею судьбы оказывается одиноким. Это и одинокая старость, когда друзей и близких уже просто нет в живых, или инвалидность, когда человек выпадает из жизни, оказывается запертым в четырех стенах. В любом случае, это страшно. Но помнить об этом надо и стараться всеми силами избежать. С другой стороны, эта книга – опыт художественного исследования Сартра, философа – экзистенциалиста. На глазах читателя разворачивается работа его мысли и из обстоятельств жизни героя рождаются уже знакомые нам понятия «абсурд», «лишний», «ситуация», «свобода»,«существование и сущность» и др. Итак, отправной точкой является тот день, когда ГГ начал вести дневник. Он хочет понять причины этой странной тошноты, которая стала с некоторых пор его постоянной спутницей. Лишив себя общения с людьми, он вскоре начинает замечать, что вещи, которые его окружают, очень сильно влияют на него: предметы… «беспокоят, и это невыносимо». И не просто беспокоят, а вызывают отвращение, тошноту. К тому же случается событие, которое окончательно делает его жизнь бессмысленной. В один из понедельников, ГГ понимает, что Рольбон его больше не интересует: «Я был всего лишь способом вызвать его к жизни, он – оправданием моего существования. Он избавлял меня от самого себя. Что я теперь буду делать?» Жизнь потеряла смысл, но не прекратилась. Осталось СУЩЕСТВОВАНИЕ. А вокруг множество других, таких же бессмысленных существований людей и предметов: «Все заполнено, повсюду существование,плотное, тяжелое, мягкое». Он все повторяет и повторяет, что вещи давят на него, чужое существование «проникает в меня через все поры, через рот, через нос, через уши». И вот он приходит к очень важному для себя выводу: все эти разнообразные существования никак не связаны друг с другом и они мешают друг другу, а, значит, они все ЛИШНИЕ, а следовательно они АБСУРДНЫ. А самое главное, что и себя он считает лишним в этом мире:«И я сам – вялый, расслабленный непристойный, переваривающий съеденный обед и прокручивающий мрачные мысли, - я тоже был лишним» .Что же остается, когда нет смысла в жизни? Ну, да, прекратить самому это бессмысленное существование. Но он рассуждает дальше, и приходит к выводу, что и смерть его тоже будет лишней, а, значит, и не имеет смысла! Вот тихий ужас! В какой-то мере, я думаю, можно рассматривать этот роман и как еще одну историю жизни представителя интеллигенции. То, что волнует Рокантена повторяется у многих писателей 20 века. Многое из его философских рассуждений я угадывала в образах недавно прочитанного М.Кундеры в «Невыносимой легкости бытия». Там тоже герои стремятся к свободе, но иногда, когда они ее достигают, она оказывается подобной смерти, как для Сабины. Или та же теория случайности нашего существования…Среди отечественных – у Ю.Буйды в его романе «Синяя кровь», оччень много от Сартра.) Сейчас, когда я пишу эту рецензию, за окном солнечный летний день, много людей, смех, радостные голоса. День города. С главной сцены звучит громкая музыка… И верить не хочется, что такое бывает, что где-то есть люди, которых не трогает ничего, их душа мертва, жизнь потеряла всякий смысл. Надеюсь, никогда не стану одной из них!))

Смешно. Я так много ожидала от этого романа. Все кругом говорили "Это же Сартр! Квинтэссенция поиска истины!" И я уже было думала, что найду в этой книге что-то до одури близкое, что я буду петь восхваленные оды Сартру, а Рокантен станет моим братом по горю. Но, увы. Весь роман такой... очевидный? Да, да, Тошнота - это и есть очевидность, как говорит в конце главный герой, и я с ним согласна. Я киваю всему, что он говорит. А он говорит много и это многое такое же очевидное. Оттого и киваю я как-то неохотно. Смешно. Рокантен поет о бессмысленности существования, о бессмысленности любви к людям, однако сам пишет для них книжки, чтобы стать в их глазах кем-то (спасибо Самоучке; дурак-дураком, но потроллил во славу!). Смешно. Я прочитала эту книгу относительно давно, и только сейчас я поняла свое отношение к ней. Она мне безразлична. Я не впадаю в восторг от потока мыслей, которые, может быть, да - похожи на мои, в одинокие часы, когда мне нечем себя занять. Я осознаю - книга глубока. Но мне она безразлична. Антуан Рокантен мне безразличен. Так же, как и всему окружающему его миру. Так же, как я безразлична ему. И знаете, меня даже не тошнит. Меня наполняет Тошнота, но меня не тошнит. Думаю, в этом и заключается экзистенциализм - держать в себе желчь и не выпускать ее. И всего то. А слово-то какое яркое, уж точно обещает чего-то большего. Но, увы и ах. Да и от чего вся эта Тошнота? От одиночества, которого ты не хочешь лишаться, и свободы, которая так похожа на смерть? Рокантен - ты кэп. Но ты хороший кэп. Однако, как я говорила прежде, мне на тебя наплевать.

P.S.: Благодарю за внимание, сэр.

Крепкий и вязкий литературный коктейль, от которого точно будет похмелье. Похмелье тяжёлое и беспощадное. Будет тошнить, кружиться голова, мучить тахикардия. Потому что смысл прочитанного не будет понятен до конца, но тебе непременно нужно всё понять, всё объять и обдумать.

Тошнота не физическая, а душевная изводит героя романа. Он в поисках смысла жизни, которого нет. Он в поисках себя. Он пытается понять кто этот "Я"? И как только он подбирается близко-близко к ответу, накатывает Она, Тошнота..

События сами по себе ничего не значат. Важно отношение человека к ним. Только отношение придаёт смысл событиям. События происходят здесь и сейчас, важно только настоящее. Прошлого и тем более будущего не существует. Но всё равно важно зачем-то оставить свой след. Книгу, ребенка, предмет искусства, что угодно, но после смерти должен остаться шлейф. Да и смерти тоже нет, потому что нет жизни.

Герой Сартра ведёт дневник, откровенно, но сдержано. Отдельные мысли, вспышки памяти, лучи света, темные пятна, но многое остаётся нерасчлененным, не до конца выраженным в слова. Только быстрые мазки, как на полотнах абстракционистов. Мне нравится искать то, что осталось за кадром, искать между строк потаённые места.
Роман хладнокровный, трезвый, апатичный. Роман размышлений и ощущений. Такие книги я называю "книга моей группы крови". Обожаю!

Я ведь прекрасно знаю, что ничего делать не хочу: что-нибудь делать – значит создавать существование, а его и без того слишком много.

Какая необыкновенная, прекрасная, сложная книга... И как необыкновенно трудно о ней писать, хотя очень хочется поделиться впечатлением. Я прочла её в июне, перечитала через несколько месяцев - но всё только больше запутывалось и ускользало... Наверное, буду читать ещё, хоть и нескоро - она того стоит. Прекрасный стиль, мастерское владение словом, дар заглядывать в самые глубокие тайники человеческой души. Герой, который мне абсолютно не близок, но так хорошо понятен, а главное - в нем так много человечности, несмотря на его отчаянные филиппики в адрес человечества. Этим он выгодно отличается от таких же "странных" героев Макса Фриша или Хавьера Мариаса. Но главное, конечно, тема романа, от которой, если вдумываться серьезно, становится очень не по себе и хочется скорее вернуться в свой уютный, терпеливо выстроенный вокруг себя мир. Ведь мы и впрямь строим его всю жизнь, и не только в материальном плане. Мы заводим друзей и семьи, думаем о хлебе насущном, занимаемся массой повседневных дел, изучаем законы бытия, правила и нюансы человеческих взаимоотношений. Тщательно, по кирпичику, отбираем то, что нам хочется иметь в себе, чтобы жить в согласии с собственной душой и сердцем, и возводим из этого свою крепость. И редко думаем о голом, неприкрытом смысле человеческого существования: кому-то всю жизнь просто некогда об этом задуматься, а кто-то сознательно прячется от подобных мыслей, занимая себя любыми пустяками. Герой Сартра остается с этим самым существованием, очищенным от шелухи каждодневной суеты, один на один, и вступает с ним в жестокую борьбу. Рокантену нечем защититься - у него нет ничего, что спасает нас. Ни семьи, ни забот, ни страха остаться без средств, ни врагов, ни друзей, ни привязанностей... Одна за другой рвутся последние тонкие нити, удерживающие его на плаву - теряет смысл историческое исследование, отнимает призрачную надежду на что-то любимая в прошлом женщина... Слабые люди в такой ситуации часто спиваются или впадают в забытье каким-то другим образом, но Рокантена не назовешь слабым человеком, и ему не укрыться даже так. И вот уже предметы, вещи, явления, сама природа - всё то, с чем мы дружим и что каким-то образом заставляем служить себе, - ополчаются на Рокантена, становясь его врагами и мучителями... Существование, в смысл которого он так отчаянно-безнадёжно вдумывается, надвигается на него всей массой своей невыносимости и вот-вот раздавит, и нельзя ни убежать, ни спрятаться... спасения нет. Потрясающая вещь, одна из лучших, что я прочла за этот год. Кто не читал - поверьте, она стоит прочтения, даже если вам и не понравится! А я вот пойду сейчас гранатовый сок доваривать и по банкам разливать, и станут эти банки тоже... кирпичиками... в моей личной крепости. Потому что я не хочу - вот так, как Антуан Рокантен.

Одна из самых сложных книг на моей памяти. Книга требовательная, жадная до омерзения. Книга, которая сопротивляется читателю; которая хочет насмехаться над тобой; которая «задирает нос» и заявляет с извращенным удовольствием: «Да ничего у тебя не получится, ничего ты не поймешь, ума не хватит, силенок не хватит!» Закончив с ней, с облегчением выдыхаешь и говоришь: «Я шмог, шмог, невероятно!..»

Не могу описать, до чего измучил меня Жан-Поль Сартр. Из злости на автора меня бросало в безграничное фанатское восхищение. Омерзение к описываемому у меня сменялось пониманием, с мыслью: «Ну словно обо мне написано!» У меня развилась почти физическая тошнота, мне было тяжело возвращаться к чтению и хотелось от книги поскорее «уехать в Америку». Только бы ее в глаза не видеть. https://u.livelib.ru/reader/ShiDa/r/x2waqco9/x2waqco9-r.jpg"> Несмотря на оптимистичный финал, в итоге «Тошнота» меня почти лишила воли к жизни. Я мучилась. И все. И все.

I walk a lonely road The only one that I have ever known Don't know where it goes But it's home to me and I walk alone I walk this empty street On the Boulevard of Broken Dreams

Персонаж, которого «тошнит», – это Антуан Рокантен. Человек, если смотреть на внешнее, благополучный. Финансово независим, может позволить себе не работать. Лучшие молодые годы провел в путешествиях по дальним странам. Пережил сильную влюбленность и горькое расставание. И в свои тридцать лет обосновался в скромном буржуазном Бувиле, поселился в небольшой гостинице и сел писать исторический труд о маркизе 18 столетия. Казалось бы, все хорошо у человека, должен быть доволен собой и жизнью. И так и было… пока на Антуана не нашло странное, необъяснимое чувство, и названное им «тошнотой».

«Тошнота» в его понимании – это болезненно-неестественное понимание жизни. Это болезнь, близкая к депрессии, имеющая схожие корни, но в большей степени созерцательная. Проще сказать – болезнь экзистенциальная. На Антуана плохо повлияло его расставание с любимой (та его бросила, не вынеся их «отношений-поединка»). Потом – длительное одиночество, чувство отстраненности от остального мира, острое переживание бессмысленности жизни. Антуана бесит его невозможность понять и осмыслить «существование». Он считает себя «лишним», неспособным к нормальной жизни. Само «существование», из-за того, что существует без внятного смысла, его раздражает.

«…Я существую, потому что мыслю, и я не могу помешать себе мыслить. Вот даже в эту минуту – это чудовищно – я существую ПОТОМУ, что меня приводит в ужас, что я существую».

В каком-то смысле «тошнота» Антуана – это нереализованное творческое чувство. Сначала он спасался от «тошноты» в работе, но потом и она отталкивает его; он не может больше писать о «мертвом», о том, чем стать невозможно. Работа Антуана – историческая, а не творческая. Это вызов покойника, а не создание чего-то живого и нового. Книга о «мертвом» не удовлетворяет его сложное творческое чувство. И все же Антуан до последнего цеплялся за нее, потому что «она была единственным, что оправдывало мое существование».

Антуан попытался обрести иную опору в жизни. Может быть, дружба? Или любовь? Но его окружают такие же изломанные, «полумертвые» люди, которые не могут помочь даже себе, что уж о других говорить. Антуан хочет сбежать из своей «тошноты» к другим – но его попытки оборачиваются фарсом. Любовь оказывается чем-то жалким, опошляется глупостью и бессмысленными «философскими» разговорами, в которых влюбленные не слышат друг друга. Дружба раздражает, в ней сплошное непонимание, злость на того, кто так не похож на тебя, кто не может стать тобою; она – сосредоточение бесконечных обид и унижений. Как бы ни хотел Антуан любви и человеческого участия (и пусть он себе потом говорит, что одиночество есть неизбежность), он понимает, что отношения без крепкого фундамента – это путь в никуда.

Чтобы жизнь стала… терпимой… Антуану нужно понять, чего он хочет. Что «тошнота» – это образ нереализованной страсти, и у каждого она своя. «Тошнота» указывает на неправильность, на неестественность твоей нынешней жизни. Антуан хочет написать книгу. Нет, не исторический трактат. Он хочет быть писателем, как Сартр. Непонимание этого – та самая «тошнота». Неспособность прислушаться к себе, именно к себе – а не к остальным «существованиям». https://u.livelib.ru/reader/ShiDa/r/uosrg8xf/uosrg8xf-r.jpg"> Как это написано?.. Сложно, бессюжетно, с дотошностью в описаниях. Местами книга просто физически невыносима; вот бы отбросить ее, открыть окно, подышать свежим воздухом – она же так душит, сдавливает горло! Но желание закончить сильнее желания все бросить – и гори оно огнем! Хотя Антуан в итоге разобрался в себе и поставил себе новую цель, я лично катарсис так и не испытала. Меня в финале уже трясло. Боже мой, отмучилась! Спасибо тебе, Всевышний, книга эта не на 700-800 страниц!..

Читать стоит лишь любителям по артхауса (гарантированное удовольствие!) и литературным мазохистам (вам будет очень хорошо, я уверена!). Я же ставлю «Тошноте» заслуженные семь баллов из пяти и ухожу лечиться (и тихонько вздыхать о гениальной жизни Жана-Поля).

Вторник. Ничего нового.Существовал.

Я очень долго не решалась взяться за “Тошноту” Жана Поля Сартра - боялась, что роман окажется слишком сложным для моего понимания. Всё-таки экзистенциальная проза - далеко не для всех, и я до сих пор не могу решить, для меня ли она. Но то, что роман Сартра произвел на меня неизгладимое впечатление, и я ничуть не сожалею о затраченном на его прочтение времени, - это бесспорно.

Мне кажется, перед началом чтения “Тошноты” нужно вкратце ознакомиться со смыслом и содержанием экзистенциальной философии. Ее основные принципы сводятся к следующему: человек от рождения обречен на свободу, а значит он несет полную ответственность за свой выбор и его последствия.

Экзистенциалисты отрицают общественные моральные нормы и парадигмы, считая, что каждый человек должен самостоятельно анализировать собственное существование и окружающий мир и только на основе личного опыта выводить для себя персональную систему ценностей.

И именно этим поиском жизненных ориентиров через собственный опыт и занимается главный герой “Тошноты” писатель Антуан Рокантен, от лица которого ведется повествование, представленное в виде дневниковых записей.

С самых же первых страниц Антуан честно признается, что с ним стало что-то не так, причем ему самому трудно выразить, в чем заключается эта внезапная перемена. И по сути его дневник является своеобразным способом переосмысления собственных чувств и ощущений, способом саморефлексии и попыткой заглянуть в собственную душу.

Не стоит ожидать от романа динамики и насыщенности событиями - более того, приготовьтесь к очень медленному и дотошному погружению во внутренний мир главного героя,ю который предстанет перед нашими глазами во всей своей ничем не прикрытой наготе, честности и искренности.

Большинство мыслей и чувств, о которых Антуан рассказывает на страницах своего дневника, прекрасно знакомы любому человеку, хоть раз испытавшему депрессию или ее отголоски.

Он обесценивает весь свой прошлый опыт и воспоминания:

Мои воспоминания — словно золотые в кошельке, подаренном дьяволом: откроешь его, а там сухие листья.

Он страдает от бессмысленности своего существования и не может обрести новый смысл:

Я свободен: в моей жизни нет больше никакого смысла – все то, ради чего я пробовал жить, рухнуло, а ничего другого я придумать не могу.

Испытывает ощущение, будто все дни стали одинаково серыми и тоскливыми:

Пока живешь, никаких приключений не бывает. Меняются декорации, люди приходят и уходят – вот и все. Никогда никакого начала. Дни прибавляются друг к другу без всякого смысла, бесконечно и однообразно.

Не может избавиться от навязчивых тревожных мыслей:

Если б только я мог перестать думать, мне стало бы легче. Мысли- вот от чего особенно муторно... Они ещё хуже, чем плоть. Тянутся, тянутся без конца, оставляя какой-то странный привкус.

С пессимизмом и унынием смотрит в будущее:

Знаю, что больше никто и ничто не сможет внушить мне страсть. Понимаешь, начать кого-нибудь любить -- это целое дело. Нужна энергия, любопытство, ослепленность... Вначале бывает даже такая минута, когда нужно перепрыгнуть пропасть: стоит задуматься, и этого уже не сделаешь. Я знаю, что больше никогда не прыгну.

Испытывает раздражение и агрессия в сторону окружающих:

Болваны! Мне противно думать, что я снова увижу их тупые, самодовольные лица. Они составляют законы, сочиняют популистские романы, женятся, доходят в своей глупости до того, что плодят детей.

Можно найти еще много отрывков, описывающих тот или иной симптом депрессии. Здесь всё ясно и понятно. Тем не менее, в некоторых местах текста мне совершенно не удавалось объяснить для себя ту или иную мысль Антуана, который часто использует мир материального для выражения собственных ощущений и чувств.

Например, когда он описывает свой первый приступ Тошноты, который его охватил при попытке бросить гальку в море. Он смотрит на камень и видит нечто, от чего ему стало противно и тошно. Или когда он начинает размышлять о корне дерева, начиная сомневаться в его неотъемлемых характеристиках и приходя к выводу, что

зрение - абстрактная выдумка, очищенная, упрощенная идея, идея, созданная человеком,

которое в итоге превращается в ничто, а

существование не является необходимостью.

Лично мне очень сложно мыслить настолько абстрактными и отвлеченными категориями на метафизическом уровне. Но кажется, я сумела что-то уловить, хотя бы какой-то отголосок мысли. Возможно, именно окружающие Рокантена предметы и вещи стали для него триггером для тревожащих мыслей о бессмысленности и пустоте собственного никчемного существования. Как будто он ничем не отличается от камня в его руке или темного ствола дерева, рядом с которым он сидит.

Предметы не должны нас БЕСПОКОИТЬ: ведь они не живые существа. Ими пользуются, их кладут на место, среди них живут, они полезны – вот и все. А меня они беспокоят, и это невыносимо. Я боюсь вступать с ними в контакт, как если бы они были живыми существами!

Теперь я понял – теперь мне точнее помнится то, что я почувствовал однажды на берегу моря, когда держал в руках гальку. Это было какое-то сладковатое омерзение. До чего же это было гнусно! И исходило это ощущение от камня, я уверен, это передавалось от камня моим рукам. Вот именно, совершенно точно: руки словно бы тошнило.

В финале главный герой обретает надежду на обретение новых смыслов и спасение от Тошноты, несмотря на тоску, разочарование и полное отчаяние после встречи со своей бывшей любовью, которая страдает той же самой болезнью, но при этом готова продолжать влачить пустое серое существование вопреки всякому смыслу.

Я существо — вот моя единственная неприятность.

В чем же рецепт счастья и надежды для Рокантена? Он очень прост и, наверняка, вы знаете ответ на самый главный вопрос, который издавна мучает всё человечество:

Жизнь приобретает смысл, если мы сами придаем его ей. Сначала надо начать действовать, за что-нибудь взяться.

Но проблема в том, что для каждого человека этот смысл свой собственный, и чтобы его найти иногда нужно приложить очень много усилий и совершить великое множество бесплодных попыток.

Очень иронично, что для Рокантена путь к спасению лежит именно в той сфере, о которой он в одном эпизоде отзывается с таким отвращением и презрением:

Подумать только, есть глупцы, которые ищут утешения в искусстве. Вроде моей тетки Бижуа: "Прелюдии Шопена так поддержали меня, когда умер твой дядя". И концертные залы ломятся от униженных и оскорбленных, которые, закрыв глаза, тщатся превратить свои бледные лица в звукоулавливающие антенны. Они воображают, будто пойманные звуки струятся в них, сладкие и питательные, и страдания преобразуются в музыку, вроде страданий молодого Вертера; они думают, что красота им соболезнует. Кретины.

Но его самого к жизни вызвала музыкальная пластинка, которую он слушал много раз в любимом кафе. Эта мелодия пробудила в нем чувство глубокой признательности и восхищения к автору песни и ее исполнительнице, и заставила понять “какой же он дурак”.

А самое главное, он нашел то, через что может БЫТЬ, а не существовать.

Я тоже хотел БЫТЬ. Собственно, ничего другого я не хотел – вот она, разгадка моей жизни; в недрах всех моих начинаний, которые кажутся хаотичными, я обнаруживаю одну неизменную цель: изгнать из себя существование, избавить каждую секунду от жировых наслоений, выжать ее, высушить, самому очиститься, отвердеть, чтобы издать наконец четкий и точный звук ноты саксофона.