Цитаты из книги Толстый и тонкий

У меня умер ребенок, жена в тоске, одна на весь дом… сам я едва стою на ногах

Что у меня общего с вашими романами? Оставьте меня в покое!

Когда немного погодя доктор сел в коляску и поехал, глаза его всё еще продолжали глядеть презрительно.

Гнев его еще не остыл, но он старался показывать вид, что не замечает своего врага…

Ничего не видя, ничего не слыша, он попятился к двери, вышел на улицу и поплелся... Придя машинально домой, не снимая вицмундира, он лег на диван и... помер.

– Иван Иваныч и отец Христофор приехали! – сказал ему Мойсей Мойсеич таким тоном, как будто боялся, что тот ему не поверит. – Ай, вай, удивительное дело, такие хорошие люди взяли да приехали!

Тетка закрыла глаза, чтобы поскорее уснуть, так как она знала по опыту, что чем скорее уснёшь, тем скорее наступит утро.

Приятели троекратно облобызались и устремили друг на друга глаза, полные слёз. Оба были приятно ошеломлены.

Несчастные эгоистичны, злы, несправедливы, жестоки и менее, чем глупцы, способны понимать друг друга. Не соединяет, а разъединяет людей несчастье, и даже там, где, казалось бы, люди должны быть связаны однородностью горя, проделывается гораздо больше несправедливостей и жестокостей, чем в среде сравнительно довольной.

— Мучительное состояние! Никогда так не любишь близких, как в то время, когда рискуешь потерять их.

Высшим выражением счастья или несчастья является чаще всего безмолвие; влюбленные понимают друг друга лучше, когда молчат, а горячая, страстная речь, сказанная на могиле, трогает только посторонних, вдове же и детям умершего кажется она холодной и ничтожной.

...До водки очень охотник, живет не с женой, а с немкой, ругатель, но, можно сказать, чудодейственный господин!...

- Тоесть, как же в тюрьму? Ваше благородие! Мне некогда , мне надо на ярмарку.

Ежели сказал,что бродячая,стало быть,и бродячая... Истребить,вот и всё.

В центре толпы,растопырив передние ноги и дрожа всем телом,сидит на земле сам виновник скандала–белый боозой щенок с острой мордой и жёлтым пятном на спине.В слезящихся глазах его выражение тоски и ужаса.

Серёжка сам по себе ничтожество, лентяй, пьянчуга и мот, но когда он с суриком или циркулем в руках, то он уже нечто высшее, божий слуга.

"Елдырин,-обращается надзиратель к городовому,-узнай,чья это собака,и составляй протокол! А собаку истребить надо. Немедля!" (после упоминания генерала Жигалова): -"Нешто,она достанет до пальца? Она маленькая,а ты ведь вон какой здоровила! Ты,должно быть,расковырял палец гвоздиков,а потом пришла в твою голову идея,чтоб соврать. Ты ведь... известный народ! Знаю вас,чертей!"