Цитаты из книги Толстый и тонкий

Во всей природе чувствовалось что-то безнадежное, больное;

Если что случится, то… я не переживу, – сказал

У порога этой двери стоял Абогин, но не тот, который вышел. Выражение сытости и тонкого изящества исчезло на нем, лицо его, и руки, и поза были исковерканы отвратительным выражением не то ужаса, не то мучительной физической боли.

– Я не замечал, что он ездит каждый день, не заметил, что он сегодня приехал в карете! Зачем в карете? И я не видел! Колпак!

У меня умер ребенок, жена в тоске, одна на весь дом… сам я едва стою на ногах

Что у меня общего с вашими романами? Оставьте меня в покое!

Когда немного погодя доктор сел в коляску и поехал, глаза его всё еще продолжали глядеть презрительно.

Гнев его еще не остыл, но он старался показывать вид, что не замечает своего врага…

– Иван Иваныч и отец Христофор приехали! – сказал ему Мойсей Мойсеич таким тоном, как будто боялся, что тот ему не поверит. – Ай, вай, удивительное дело, такие хорошие люди взяли да приехали!

Тетка закрыла глаза, чтобы поскорее уснуть, так как она знала по опыту, что чем скорее уснёшь, тем скорее наступит утро.

Несчастные эгоистичны, злы, несправедливы, жестоки и менее, чем глупцы, способны понимать друг друга. Не соединяет, а разъединяет людей несчастье, и даже там, где, казалось бы, люди должны быть связаны однородностью горя, проделывается гораздо больше несправедливостей и жестокостей, чем в среде сравнительно довольной.

— Мучительное состояние! Никогда так не любишь близких, как в то время, когда рискуешь потерять их.

Высшим выражением счастья или несчастья является чаще всего безмолвие; влюбленные понимают друг друга лучше, когда молчат, а горячая, страстная речь, сказанная на могиле, трогает только посторонних, вдове же и детям умершего кажется она холодной и ничтожной.

...До водки очень охотник, живет не с женой, а с немкой, ругатель, но, можно сказать, чудодейственный господин!...

- Тоесть, как же в тюрьму? Ваше благородие! Мне некогда , мне надо на ярмарку.

Ежели сказал,что бродячая,стало быть,и бродячая... Истребить,вот и всё.

В центре толпы,растопырив передние ноги и дрожа всем телом,сидит на земле сам виновник скандала–белый боозой щенок с острой мордой и жёлтым пятном на спине.В слезящихся глазах его выражение тоски и ужаса.

Серёжка сам по себе ничтожество, лентяй, пьянчуга и мот, но когда он с суриком или циркулем в руках, то он уже нечто высшее, божий слуга.