Вашингтонская история

Не люблю произведения, где начинается все с обещаниями держать меня за руку и долго говорить о том, как все плохо с нашим миром, а все в итоге превращается в сопливую мелодраму. Здесь как-раз такой случай и я даже расстроилась по поводу того, как шумно и быстро Дайс слил свою героиню, превратив ее из отличного женского образа в какую-то бросающуюся на шеи мужиков истеричку, которая не может действовать последовательно. И в целом "Вашингтонская история" напоминает тот рисунок коня: меньше половины выписано хорошо, а потом только остается недовольно морщиться и страдать.

Роман начинается в лучших традициях с описания погоды, которая задает тон. В Вашингтоне влажно, душно, грядет что-то плохое, что уже весит в воздухе, но героиня пока еще не осознает ни тяжести, ни масштабов надвигающегося. Пока у нее на уме другие проблемы. Муж Фейс - типичный алкоголик-абьюзер, но не из вида распускающего кулаки. Он очаровал когда-то юную Фейс, а потом начал долгое обесценивание на протяжении 6 лет его брака, а как вишенка на торте - стал причиной всех ее остальных проблем. Кроме того, в дополнении к портрету еще идет и упоминание его отношения к нацистам. В какой-то момент отношения стали занимать столько пространство текста, что вытесняли главную заявленную тему - маккартизм и лицемерие системы, прикрывающейся одеяльцем демократии.

Получив повестку и начав распутывать этот клубок бюрократии, Фейс осознает, насколько слепа система и насколько она равнодушна, так что ей может вертеть тот, у кого больше денег. Ей говорят открытым текстом, что помочь ей может только какой-то магнат, дружбу или родственные отношения с которым нужно держать как туз в рукаве. Ни о каких свободах уже не может быть речи. Чем дальше развивается повествование, тем больше рушится жизнь героини. Только вот у меня это не вызвало какого-то отклика. Ее описание очень противоречиво, во многих местах по ушам проходилась очередная фальшивая нота. Не удалось, мне кажется, Дайсу реалистично показать переживания и ощущения женщины в момент, когда рушиться не только ее брак, муж насильно забирает дочку, увольняют с работы, а потом и лишают свободы. Что делает автор? Вешает ее на шею мужику. Эта сцена просто выворачивает меня наизнанку.

Какой итог - я должна была сочувствовать Фейс, но больше занималась прокачиванием мышц в позиции "рука-лицо".

Ни учитель, ни мусорщик не смогут спокойно работать – над ними будет тяготеть страх, что их могут тайно обвинить, лишить работы и репутации честного человека!

Именно это случилось с Фейс Роблес Вэнс, служащей одного из Департаментов в Вашингтоне. На нее донесли как на коммунистку, она предстала перед комиссией, расследовавшей антиамериканскую деятельность, а затем подверглась всем видам притеснений: на работе, в частной жизни. Потому что Фейс жила в США конца 1940-х-начала 1950-х годов, во время разгула маккартизма. И, кстати, пока она не получила розовую повестку, она не тряслась от страха за свою репутацию и безопасность.

Это не первая книга о маккартизме, которую я прочла: достаточно подробно работа комиссии и ее последствия описаны в романе «Сайлас Тимбермен» Говарда Фаста. Однако героине Джея Дайса повезло гораздо меньше. Сайлас Тимбермен – профессор литературы, белый мужчина, содержащий семью, протестант, житель небольшого города, где его личные связи крепче, чем у Фейс в столице. Фейс же – молодая женщина, которая работает вопреки стереотипам и содержит мужа и дом, хотя должна бы сидеть дома с ребенком и служанкой. Она еще и госслужащая, пусть и секретарь. Она состоит в профсоюзе, пусть и не совсем сознательно поддерживает его ценности. Она живет в Вашингтоне – сердце «красной» истерии и «охоты на ведьм», где у нее нет родных и очень мало друзей. А еще ее девичья фамилия – Роблес, потому что она наполовину испанка.

Если в книге Г. Фаста вы можете почувствовать растерянность и нервозность, которую испытывает герой, то атмосфера в романе Дж. Дайса накалена до предела: Фейс кидает то в ужас, то в паранойю, то в апатию, то в отчаяние, то в ненависть. Все повествование читатель будет раскачиваться с ней на эмоциональных качелях. И этому способствует не только сложное и страшное положение, в котором оказалась героиня, но и ее печальная семейная жизнь.

Благодаря адвокату, Дейну Чэндлеру, Фейс не совсем утонула в пучине ужаса, но, не касаясь их отношений, стоит сказать, что Дейн реализует свои нереализованные дерзания с помощью героини. Он не просто защищает несправедливо обвиненную женщину с поломанной судьбой, он хочет сделать Фейс символом своей борьбы против несправедливости, царящей в США, шкурных интересов корпораций, власть имущих вообще. Фейс окрыляет Дейна, вдохновляет на решительные действия, рискованные и отчаянные, но не такие опасные, как просто пребывание героини в стране, где она родилась и больше никому не нужна. Иронично, что отец героини, будучи испанцем, идеализировал американскую демократию и привил уважение к ней дочери. Господин Роблес был более пламенным американским патриотом, чем члены конгресса, обвинившие его дочь в антиамериканской деятельности, неуважении к конгрессу и распространении ложной информации о себе.

Не менее иронично, что героиню зовут Фейс – Faith. Возможно, Дж. Дайс хотел оставить нам надежду на благополучных исход, веру в справедливость и торжество здравомыслия. Как и в финальной сцене, где луч солнца в сплошной пелене туч озарил статую Свободы. Проблема только в том, что статуя стоит к Фейс спиной: пока что Америка отвернулась от антиамериканки.