Цитаты из книги Стража! Стража!

– Выглядит очень многообещающе, – критически заметил он. – Похоже, мы почти у цели. Думаю, что шанс попасть дракону в уязвимые органы, если лицо у тебя вымазано сажей, язык высунут, а сам ты стоишь на одной ноге и распеваешь «Песню про Ежика», равняется… Эй, Моркоу, чему там он равняется? – Этот шанс примерно один на миллион, – тоном специалиста ответствовал Моркоу.

– Пособничество и подстрекательство, капитан? – переспросил Моркоу, когда Колон увел обезоруженных дворцовых стражников. – Но ведь пособничать нужно кому-то, а подстрекать – к чему-то. – Пожалуй, в данном случае речь идет о подстрекательстве вообще, – Ваймс почесал в затылке. – О систематическом и злостном подстрекизме!

– Мне кажется, жизнь для тебя так трудна, потому что ты считаешь, что есть хорошие люди и есть плохие люди, – пояснил Патриций. – Но ты, разумеется, заблуждаешься. Есть, всегда и только, плохие люди, однако некоторые из них играют друг против друга.

Если и было на свете что-то, что угнетало его больше, чем собственный цинизм, так это то, что сплошь и рядом этот самый цинизм оказывался менее циничным, чем реальная жизнь.

— Ха! Полкоролевства, — пробормотал патриций. — И рука вашей дочери в придачу, — закончил Воунз. — Насколько я понимаю, тетушка здесь не подойдет? — с надеждой в голосе спросил патриций. — Традиция настаивает на кандидатуре дочери, ваша милость.

— А чем питаются эти драконы? Вор пожал плечами. — Лично мне припоминаются истории о прикованных к скалам девственницах, — высказался он. — Тогда у нас эти драконы подохнут с голоду, — хмыкнул убийца. — Тут скал отродясь не бывало. Равнина.

— <...> И они (драконы) любят золото. — В самом деле? А на что они его тратят? — Они на нем спят, ваша милость. — Ты хочешь сказать, они держат золото в матрацах? — Нет, ваша милость. Они спят прямо на нем. Патриций покрутил этот факт у себя в голове. — А им не жестко? — осведомился он. — Видимо, нет. Но сомневаюсь, что когда-нибудь им задавали этот вопрос.

Есть что-то правильное в гражданском населении, которое, оказавшись перед лицом катастрофы, думает о продаже горячих сосисок участникам сопротивления.

Потому что плохие люди умеют планировать. Это, можно сказать, неотъемлемое их свойство. У любого злого тирана есть план, как управлять миром. А хорошим людям, похоже, этим мастерством никогда не овладеть.

— Неужели Так Страшно Быть Свободным? — Заметь, ты сам это сказал.

Если бы его позвали на мировой чемпионат по ничегонеделанию, он бы даже головы не повернул.

Сначала всегда следовало некоторое замешательство, но потом большинство людей, как правило, испытывали облегчение от факта собственной смерти.

Но лайте, собаки! Эта жара сводит всех с ума.

– Это, конечно, ваша точка зрения, – вежливо сказал Леонард Щеботанский.

Все гномы по своей природе исполнительные, серьезные, законопослушные и глубокомысленные люди; их единственный крохотный недостаток сводится к дурной манере: опрокинув стаканчик, кидаться на неприятеля с диким воплем «А-аааааарх-хх!» и отрубать ему ноги по колено.

—Власть бьет людям в голову. — И они потом начинают рубить головы всем подряд.

Своей интонацией владелец голоса очень ясно дал понять: да, он слышал, что благородство бывает самым разным, оно присуще как королям, так и простолюдинам, но чтобы оно еще и на бабуинов распространялось?

Впрочем, отметил слуга про себя, если бы надо было засекретить наследника трона, то лучшей маскировки, чем лицо С.В.Сн.Дж. Шноббса, придумать было невозможно.

Монархия, она как сорняк. Сколько бы голов ты ни отрубил, до корней тебе не добраться: они вьются под землей, готовые пустить новые ростки. Все это очень похоже на хроническую болезнь.

Благородные господа носят всякие там рыгалии, длинные одеяния и прочее. Это добро кучу денег стоит. Да и обязанностей по горло. — Он сделал еще один глубокий глоток. — Даже выражение есть такое, что-то там с веревками… — Положение обвязывает, — откликнулся Колон.