Цитаты из книги Le Lit defait

- А тебе ведь очень нравится, что я плачу, - сказала она. - Если из-за меня, то да, - признался он.

она дошла до такой степени самоубеждения, что, когда рассказывала о своем прошлом, иные слушатели, к которым она обращалась, понимая, что должны либо возразить ей, либо отречься от собственной памяти, почти всегда выбирали молчание.

Как все люди, лишенные личной жизни, Тони д'Амбре не предполагала ее у других.

Уважение если и входило в шкалу чувств, испытываемых Эдуаром по отношению к Беатрис, то стояло на последнем месте. Ценностью Беатрис как личности он интересовался столько же, сколько завзятый наркоман молекулярным составом морфия.

Беатрис любила Жолье, потому что он дал ей возможность состояться. Любила искренне, без всякой корысти и темных расчетов. Ведь если случается иной раз полюбить человека так, что лишаешься всего: ума, чувства юмора, отваги - то почему же не полюбить другого так, что в тебе заиграет и ум, и остроумие, и отвага? Скорее уж неестественно любить своего мучителя, чем того, кто дарит вам радость.

Приговоренный к смерти никогда не скучает, но, может быть, зевает палач, поднимая топор?

В том, что делаешь, уверенным быть невозможно.

Последний крупный план, непристойный и ужасный, казался ему чем-то вроде чудовищной ошибки; как если бы между главами книги какого-нибудь утонченного писателя XIX века злой безумец-издатель решил вставить три страницы комиксов.

Искусство - это жизнь. Каждый актер несет в себе своего двойника, который одновременно есть все лучшее и все худшее в нем.

Он страдал, страдал неимоверно, нельзя было поверить, что может быть такое страдание и что от этого не переворачивается мир, не творится безумие, не случаются войны!

Перед лицом смерти не существует уже никакой личности. Остается только соединение клеток, которые упрямо сопротивляются разъединению. Пустота и сердце, которое все еще бьется; биение моего сердца - вот единственная музыка, которую я могу выносить; единственное, на что мне хочется смотреть, - голубая вена на моей старческой руке, она пока еще пульсирует. Единственное прикосновение, которого я жажду, - прикосновение к собственной коже.

К несчастью, друзья давно уже считали ее бесплодной, во всяком случае, в области чувств.

Забавно, как трудно принять решение, если знать, что оно последнее, - сказал Жолье. Здоровый не колеблется ни секунды, прежде чем сделать ребенка или убить человека на войне... А став развалиной, никак не может решиться расстаться с бесполезным мешком костей...

Ты никогда не изменишься, поверь мне. Но не волнуйся, я люблю тебя такой, какая ты есть: потому и люблю, что ты такая...

- Вы счастливы? - Не знаю. Я даже не задавал себе такого вопроса. Не было времени.

"Между мужчиной и женщиной, которые любят друг друга, доверие, уважение и верность так же обязательны, как физическая близость."

Ей было за тридцать, а в этом возрасте память и привычные проявления чувственности ценятся, привлекают не меньше, чем новизна.

У Беатрис было плохое настроение, и это плохое настроение исключало всяческий самоанализ.

Видно было, что к подобным состояниям души она относилась как к явлению природы, непредвиденному и зависящему не от ее воли, а от метеорологических извинений. В этой тональности прошел весь день, в течение которого она накапливала свое раздражение, неудовольствие, досаду и ,вконец измученная, приехала в отель города Лилля, такой же невзрачный, какой был в Амьене.