Цитаты из книги Ремесло

Затем состоялся примерно такой диалог: — Здравствуйте, я — Лине Фарбер. — Очень приятно. Я тоже...

Мой приятель Валерий Грубин деньги на водку занимал своеобразно. Он говорил: "Я уж должен вам тридцать рублей. Одолжите ещё пятёрку доя ровного счёта..."

Уехал Виля потому, что был евреем и страдал от антисемитизма. Пои слове "еврей" он лез драться. Он был уверен, что "еврей" — ругательство...

— Да, организация мгновенно ликвидирует тех, кто её предаёт. Вряд ли можно позавидовать тому, кто нарушит слово, данное организации... — Прекрасно, — вставила моя жена. — Серёжа обязательно что-то нарушит, и его ликвидируют. И останусь я молодой привлекательной вдовушкой. <...> — Должен вас разочаровать, мадам. Ликвидируют всю семью!

Начиналась моя жизнь в Америке крайне безмятежно. Месяцев шесть, как подобает российскому литератору, валялся на диване.

Дельфины нравились Сахарову больше, чем люди. Он этого даже не скрывал. И я его понимаю.

Поэт Охапкин надумал жениться. Затем невесту выгнал. Мотивы: "Она, понимаешь, медленно ходит. А главное — ежедневно жрёт..."

Ты можешь написать «Четырнадцатую симфонию», «Гернику», «Анну Каренину». Создать искусственную печень, лазер или водородную бомбу. Ты можешь быть гением и провидцем. Великим еретиком и героем труда. Это не имеет значения. Материальные плоды человеческих усилий неминуемо становятся объектом рыночной торговли.

Американский юноша стреляет в президента, чтобы обратить на себя внимание малознакомой женщины. Беда угрожает стране, где такое становится нормой!

Мне было непонятно, зачем я им понадобился? Лосев (это было до его отъезда на Запад) пояснил мне: – Вы человек с какими-то моральными проблесками. А это – большой дефицит. Если взять негодяя, он постепенно вытеснит литсотрудника Галину. А может быть, и самого Воскобойникова. Короче, ваше преимущество – безвредность.

Люди меняют одни печали на другие.

Дома бытовало всеобъемлющее ругательство - "империалист". Что не так - империалисты виноваты. Здесь - "агенты КГБ". Все плохое - дело рук госбезопасности. Происки товарища Андропова. Пожар случился - КГБ тому виной. Издательство рукопись вернуло - под нажимом КГБ. Жена сбежала - не иначе как Андропов ее охмурил. Холода наступили - знаем, откуда ветер дует.

Ловко придумано. Убийца видит свою жертву. Поэтому ему доступно чувство сострадания. В критическую секунду он может прозреть. Со мной поступили иначе. Убийца и в глаза меня не видел. И я его не видел. Даже не знал его имени. То есть палач был избавлен от укоров совести. И от страха мщения.

Бродский создал неслыханную модель поведения. Он жил не в пролетарском государстве, а в монастыре собственного духа.

- Ведьма! - грохотал он, - фашистка! Какать в одном поле не сяду!..

Поэт Охалкин надумал жениться. Затем невесту выгнал. Мотивы: "Она, понимаешь, медленно ходит. А главное - ежедневно жрет... "

А передо мной лист бумаги. И я пересекаю эту белую заснеженную - один. Лист бумаги - счастье и проклятье! Лист бумаги - наказание мое...

Трещит на улице мороз, Снежинки белые летают, Замерзли уши, мерзнет нос... Замерзло все. А деньги - тают

- Думаю, Толстой не согласился бы жить в этом унылом районе! - Толстой не согласился бы жить в этом... году!..

- Истинное чувство не требует слов. Я буду молча дарить ей цветы...