Отзывы о книге Левша

Шедевр, глоток свежего воздуха для всей русской литературы. Удушающая мрачность, гротеск, и при этом честность: Лесков не боится показывать жестокую жизнь в провинции царской России. Печально, но с тех пор мало что изменилось — достаточно выехать за МКАД, и в глаза бросаются обветшалые, пугающе серые дома, в которых по-прежнему живут люди. Кто бы что ни говорил, а социальное неравенство никуда не исчезло. Чтобы убедиться в этом, совсем не обязательно ехать в Африку.

Теперь разберёмся, в чём основной конфликт произведения. На первый взгляд, «Леди Макбет» — это просто жестокая история о женщине, убивающей от скуки. Но рассматривать её только с этой стороны — преступление. Собака зарыта гораздо глубже. Катерина Львовна — всего лишь 24-летняя женщина, оказавшаяся в «неравном браке» с немолодым деспотичным Зиновием Борисовичем. Патриархальный уклад общества и зависимое положение женщины создают гнетущую обстановку, из которой, как кажется, нет выхода. Катерина живёт в пустоте — муж ей неприятен, детей нет, тоска и одиночество съедают изнутри. И вот возникает естественная потребность — быть с мужчиной своего круга, возраста, духа. В стремлении к счастью нет ничего постыдного. Кто-то ищет утешение в книгах или музыке, но это дано не каждому. Леди Макбет — не исключение.

После отъезда мужа судьба (или злой рок) сводит её с Сергеем — дерзким, живым, молодым работником, воплощением той самой жизни, которой ей так не хватало. Всё развивается стремительно — страсть вспыхивает моментально. Для Сергея это шанс — сексуальный и социальный. Через постель он получает доступ к хозяйке, и вместе с этим — к возможному подъёму в статусе. Для Катерины — это передышка, вспышка света, огонь в душной темноте.

Но счастье длится недолго. Свёкор, Борис Тимофеевич, узнаёт об измене и угрожает рассказать обо всём мужу. В условиях того времени это могло закончиться страшной расправой над обоими. Гуманизм в 19 веке — удовольствие не для России. Выход, как всегда в подобных историях, один — устранить угрозу. Борис Тимофеевич платит жизнью за свой длинный нос.

Катерина пытается удержать это хрупкое счастье, но и оно не вечно. Муж внезапно возвращается — встреча с ним короткая. Его не жалко: от его описания буквально морщится лицо.

– А… а, так-то!.. ну, приятель дорогой, благодарствуй. Я этого только и дожидалась! – вскрикнула Катерина Львовна. – Ну теперь видно уж… будь же по-моему, а не по-твоему… Одним движением она отбросила от себя Сергея, быстро кинулась на мужа и, прежде чем Зиновий Борисыч успел доскочить до окна, схватила его сзади своими тонкими пальцами за горло и, как сырой конопляный сноп, бросила его на пол.

Казалось бы, теперь можно зажить спокойно. Все преграды устранены. Но тут появляется ещё один помеха — мальчик Фёдор, племянник покойного мужа. Заурядный, безобидный ребёнок, который просто оказался не в то время и не в том месте. Но даже он становится угрозой.

Катерина Львовна подперлась рукою и стала смотреть на шевелящего губами Федю, и вдруг словно демоны с цепи сорвались, и разом осели ее прежние мысли о том, сколько зла причиняет ей этот мальчик и как бы хорошо было, если бы его не было.

Жалко Фёдора — он ни в чём не виноват. Тем временем Сергей теряет весь пыл, становится пассивным. Несмотря на это, происходит очередное убийство:

– А ну скорее; держи ровно, чтоб не бился! Сергей взял Федю за ноги и за руки, а Катерина Львовна одним движением закрыла детское личико страдальца большою пуховою подушкою и сама навалилась на нее крепкой, упругой грудью.

Минуты четыре в комнате было могильное молчание.

– Кончился, – прошептала Катерина Львовна и только что привстала, чтобы привесть все в порядок, как стены тихого дома, сокрывшего столько преступлений, затряслись от оглушительных ударов: окна дребезжали, полы качались, цепочки висячих лампад вздрагивали и блуждали по стенам фантастическими тенями.

Сергей задрожал и со всех ног бросился бежать;

Катерина Львовна кинулась за ним, а шум и гам за ними. Казалось, какие-то неземные силы колыхали грешный дом до основания.

Катерина Львовна боялась, чтоб, гонимый страхом, Сергей не выбежал на двор и не выдал себя своим перепугом; но он кинулся прямо на вышку.

Взбежавши на лестницу, Сергей в темноте треснулся лбом о полупритворенную дверь и со стоном полетел вниз, совершенно обезумев от суеверного страха.

Оказалось, что какие-то зеваки, увидели через окно всю сцену убаюкивания мальчика, собрали толпу таких же недалёких крестьян и начали осаждать дом. Пару скручивают, наказывают розгами и отправляют на каторгу. Вот так, из богатой помещицы, Катерина скатывается до уровня отребья, из-за такой глупой случайности! Новорождённый ребёнок теперь не нужен, Зачем? Всё потеряно. Всё рушится.

Даже в острожной больнице, когда ей там подали ее ребенка, она только сказала: “Ну его совсем!” и, отворотясь к стене, без всякого стона, без всякой жалобы повалилась грудью на жесткую койку.

Дальше — самая мрачная часть. Безысходность, психическая и физическая деградация. Сергей сходится с двумя осуждёнными женщинами, сначала с меланхоличной и глуповатой Фионой, потом с молодой, раздражающей блондинкой - Сонеткой. Про леди Макбет Сергей, видимо и думать забыл, всё внимание перешло к новым игрушкам. К Фионе Сергей быстро остыл, не даром говорят, что чем женщина неприступнее, тем она привлекательнее для мужчин. Не знаю почему Катерина до сих пор так страстно любит Сергея, такого жалкого простофилю, но тем не менее женщины становятся соперницами.

С приходом их с нар приподнялась Сонетка, молча показала она вошедшим рукою на Катерину Львовну, опять легла и закуталась своею свитою...

Катерину унижают, избивают. Голос, считающий удары — голос Сергея. Предел. Больше терпеть нельзя. Унижение переходит в ярость.

Катерина Львовна узнала хохот Сонетки. Обиде этой уже не было меры; не было меры и чувству злобы...

Кульминация: безумие достигает пика. Всё заканчивается на пароме.

...схватила Сонетку за ноги и одним махом перекинулась с нею за борт парома... ...и обе более уже не показались.

Шок. Конец. Идеальный финал для такой истории. Весь рассказ словно сон при температуре +40 — лихорадочный, тягучий, гротескный, абсурдный и... болезненно реалистичный. Такое действительно могло быть. И, возможно, где-то происходило.

Это выдающееся произведение. Жаль, что ему обычно уделяют мало внимания. Из него могла бы получиться мощная новелла. Хотя понимаю: не каждому такое понравится. Дело вкуса. Но ценность и сила текста — бесспорны.