Утром начался погром. Те люди, которые однажды, растроганный общей чистой радостью и усиленные светом грядущего братства, шли по улицам с пением, под символами завоёванной свободы, - те же самые люди шли теперь убивать, и шли не потому, что им было приказано, и не потому, что они питали вражду против евреев, с которыми часто вели тесную дружбу, и даже не из-за корысти, которая была сомнительна, а потому, что грязный, хитрый дьявол, живущий в каждом человеке, шептал им на ухо:" Идите. Все будет безнаказанно:запретное любопытство убийства, сладострастие насилия, власть над чужой жизнью".