Когда я был ребенком, у нас с Иви был сборник библейских рассказов, чудесная книга с картинками, и мы любили посидеть с ней ленивыми воскресными вечерами. Помню одну иллюстрацию с изображением Бога в виде безмятежного старика со снежно-белой бородой и розовыми щеками (весьма похожего на Санта-Клауса, как я сейчас понимаю). С гордостью он смотрит на только что созданный им мир. Так мог бы смотреть отец на новорожденного ребенка. Эта картинка навсегда отпечаталась в моем мозгу, и, думаю, поэтому я никогда не верил в карающего мстительного Бога. Тот добрый, по-отечески заботливый персонаж не стал бы винить меня за то, что я порой сбиваюсь с пути истинного. Он бы не отвернулся от меня из-за моих мелких прегрешений. Сью, задумайся на мгновение. В годы, когда кайзер совершает немыслимые преступления против человечества, когда здесь сражаются и убивают, разве может Бог направлять свой гнев на одинокую женщину, чей единственный грех в том, что у нее в душе слишком много любви?