Цитаты из книги Ревизор

Вот ещё на днях, когда зашёл было в класс наш предводитель, он скроил такую рожу, какой я никогда ещё не видывал. Он-то её сделал от доброго сердца, а мне выговор: зачем вольнодумные мысли внушаются юношеству.

Что ж вы полагаете, Антон Антонович, грешками? Грешки грешкам – рознь. Я говорю всем открыто, что беру взятки, но чем взятки? Борзыми щенками. Это совсем иное дело.

Насчет же внутреннего распоряжения и того, что называет в письме Андрей Иванович грешками, я ничего не могу сказать. Да и странно говорить: нет человека, который бы за собою не имел каких-нибудь грехов. Это уже так самим богом устроено, и волтерианцы напрасно против этого говорят.

Нет, этого уже невозможно выгнать: он говорит, что в детстве мамка его ушибла, и с тех пор от него отдаёт немного водкою.

Да отсюда, хоть три года скачи, ни до какого государства не доедешь.

Наскучило идти — берешь извозчика и сидишь себе как барин, а не хочешь заплатить ему — изволь: у каждого дома есть сквозные ворота, и так шмыгнешь, что тебя никакой дьявол не сыщет.

Человек простой: если умрёт, то и так умрёт, ежели выздоровеет, то и так выздоровеет

• Как же мы теперь, где будем жить? Здесь или в Питере?- Натурально, в Петербурге. Как можно здесь оставаться?…- Да, там, говорят, есть две рыбицы: ряпушка и корюшка, такие, что только слюнка потечёт, как начнёшь есть.

"Вот, подлинно, если бог хочет наказать, так отнимает прежде разум."

Как бы я желал, сударыня, быть вашим платочком, чтобы обнимать вашу лилейную шейку.

Зачем же, Антон Антонович, отчего это? Зачем к нам ревизор?

Вот недавно один поручик пишет к приятелю и описал бал в самом игривом… очень, очень хорошо: «Жизнь моя, милый друг, течет, говорит в эмпиреях: барышень много, музыка играет, штандарт скачет…» — с большим, с большим чувством описал. Я нарочно оставил его у себя. Хотите, прочту?

Прочие роли не требуют особых изъяснений. Оригиналы их всегда почти находятся перед глазами.  

Кажется, пустая вещь сапоги, а ведь, однако же, если дурно сшиты да рыжая вакса, уж в хорошем обществе и не будет такого уважения. Всё как-то не того… Вот еще гадко, если мозоли. Готов вытерпеть бог знает что, только бы не мозоли. Эй, Степан!

Молодого скорее пронюхаешь.

Беда если старый черт, а молодой весь наверху.

Марья Антоновка(отодвигаясь). Для чего ж близко все равно и делако. Хлестаков(отодвигаясь). Отчего ж далеко? Все равно и близко.

...она немного с придурью, такова же была и мать ее.

Что ни говори, но страшен тот ревизор, который ждёт нас у дверей гроба. Будто не знаете, кто этот ревизор? Что прикидываться? Ревизор этот наша проснувшаяся совесть, которая заставит нас вдруг и разом взглянуть во все глаза на самих себя.

Сосульку, тряпку принял за важного человека!