Цитаты из книги Блистающий мир

Она внимала без упрёков и возражений, но про себя — во всём, что он утверждал как истину своей жизни, — видела лишь игрушки, которыми забавляется её мальчик. Такими игрушками были материки, океаны и корабли.

Нужно уметь закрывать скучную книгу...уходит с плохого фильма...и расставаться с людьми, которые не дорожат тобой!

Вы стояли у памятника, один. Неужели это действительно сделана Фрези Грант? Как странно! Меня всю исщипали, пока дошла. Ох, будет мне от Тоббогана! Побегу успокаивать его.

Я так дышал на лодочника, что человек вспотел от волнения.

Теперь дети не играю, а учатся. Они всё учатся, учатся и никогда не начнут жить.

Склонность к мифотворчеству было сильнее, чем опасение бросить на неизвестную почву семена крупной мечты.

... В те дни жизнь поставила меня перед запертой дверью, от которой я не имела ключа, чтобы с его помощью убедиться, не есть ли это имитация двери. Я не стучусь в наглухо закрытую дверь. Тотчас же обнаружилась невозможность поддерживать отношения. Не понимаю - значит, не существует! <...> Мне хочется всегда быть только собой. Что может быть скромнее, дорогой доктор?

Она побледнела, и глаза ее наполнились слезами. - О, простите меня! Язык мой - враг мой! Ваша сестра очень глупа. Но вы меня вспоминали немного? - Разве вас можно забыть? - ответил я, ужасаясь при мысли, что мог не встретить никогда Дэзи. - Да, у меня сделалась жена, вот... теперь. Дэзи, я любил вас, сам не зная того, и любовь к вам шла вслед другой любви, которая пережилась и окончилась.

- Биче, все открыто для всех. - Для меня - закрыто. Я слепая. Я вижу тень на песке, розы и вас, но я слепа в том смысле, какой вас делает для меня неживым. Но я шутила. У каждого человека свой мир.

- Гарвей, мне девятнадцать лет. Вся жизнь для меня чудесна. Я даже еще не знаю ее как следует. <...> Да, я очень рассудительна, - прибавила Биче, задумавшись, - а это, должно быть, нехорошо. Я в отчаянии от этого!

Я понял, как дорога мне эта, лишь теперь знакомая девушка. Она ушла, но все еще как бы была здесь.

- Это не пустяки, Тоббоган, - живо отозвалась девушка. - Это праздник. Людям нужен праздник хоть изредка. Это ведь хорошо - праздник! Да еще какой!

Главное же, я знал и был совершенно убежден в том, что встречу Биче Сениэль, девушку, память о которой лежала во мне все эти дни светлым и неясным движением мыслей.

... Я верю потому, что от этой истории хочется что-то сделать. Например, стукнуть кулаком и сказать: "Да, человека не понимают".

Откровенно говоря, мне отвратительно, что он ходит вокруг нее, как глухой и слепой, а если она скажет: "Тоббоган, влезь на мачту и спустись головой вниз", - то он это немедленно сделает в любую погоду. По-моему, нужен ей другой муж. Это между прочим, а все пусть идет, как идет.

... не задумывайтесь о мраке. Я повинуюсь себе и знаю, чего хочу. Но об этом говорить нельзя.

Для меня там, - был тихий ответ, - одни волны, и среди них один остров; он сияет все дальше, все ярче. Я тороплюсь, я спешу; я увижу его с рассветом.

Никто не должен знать, что я была с вами, - кроме одной, которая пока скрыта. Вы очень хотите увидеть Биче Сениэль, и вы встретите ее, но помните, что ей нельзя сказать обо мне.