Цитаты из книги День триффидов

- Разве цинично знать, как пастух управляется со стадом?
- Некоторым может показаться, что цинично сравнивать людей с овцами.
- Но это менее цинично и более человечно, чем видеть в них кучу механизмов, приспособленных для управления на расстоянии.

"...нам всем придется многому учиться...тому, что обеспечивает и поддерживает жизнь общины".

-...умеете ли вы готовить?

• Я умею варить яйца...
• Этого я и опасался

Когда подохну я, меня не хороните, возьмите мое тело и в спирте утопите

Я впервые осознал, насколько толпа слепых молчаливее и пассивнее такой же толпы зрячих. Это, разумеется, естественно, ибо чтобы ориентироваться в происходящем, им приходится полагаться почти исключительно на слух, так что все заинтересованы в молчании каждого; но понял я это только теперь.

— Хотелось бы знать... Вы не гражданин Советского Союза, мистер Палангуес?

— Нет, — сказал Умберто. — В этом плане мне повезло.

Старые предрассудки умирают с трудом.

Этакое знамение, предупреждающее о том, что грядет нечто худшее, если буйный мир не исправится и не станет вести себя прилично.

Другими словами, различные обстоятельства порождают различные нормы морали.

Но в одном-то я был уверен совершенно. Реальность или кошмар, а мне хотелось выпить, как никогда в жизни.

Времена изменились довольно радикально. Вы больше не можете сказать: «Ну, в таких делах я ничего не понимаю» – и оставить это дело кому-нибудь другому. Больше нет идиотов, путающих невежество с невинностью, вот что важно. И невежество перестало быть в женщине изюминкой или игрушкой. Оно делается опасным, смертельно опасным. Если все мы как можно скорее не научимся разбираться во множестве вещей, которые прежде нас не интересовали, то ни мы, ни наши подопечные долго не протянут.

– Не пытайтесь всучить мне стряпню из мифов и притворства, это не для меня, – сказал Коукер. – Вам прекрасно известно, что жен

Приз не может достаться всем сразу.

Человеческая натура оставалась прежней - девяносто пять процентов людей жаждали жить в мире, а остальные пять процентов только и ждали случая заварить какую-нибудь кашу. Затишье продолжалось только потому, что такого случая не представилось.

У логики есть один недостаток: она не останавливается на полпути.

— Макиавеллизм какой-то. Я привык видеть цель и идти прямо к цели.
— Большинству людей это не подходит, хотя они и утверждают обратное. Они предпочитают, чтобы их уговаривали и упрашивали или даже погоняли. Тогда они никогда не совершат ошибки: если ошибка случится, это будет чья-то ошибка, а не их.

Мы не просто начинаем заново строить: мы должны начать заново думать, а это куда труднее и неприятнее.

-Бедный Томми. Давайте похороним его, как щеночков.

Я поглядел на Джозеллу. Она не наплакала бочек слез: она вообще не плакала. Она посмотрела на меня, затем на Дэвида, спавшего у нее на руках. – У меня есть все, что мне по-настоящему нужно, – сказала она. – И когда-нибудь ты приведешь нас сюда обратно, Билл. – Это очень славно, когда жена так уверена в муже, радость моя, но… Нет, черт подери, никаких “но”. Я приведу вас сюда снова, – сказал я.