Цитаты из книги Игра в бары

Сейчас уже не важно, чего вы хотите, как шепнула птичка тому парню, который выпал из самолета.

Вульф насупился. – Я всегда крайне неохотно делюсь с кем-либо любыми сведениями. Так же, как вы, например, неохотно расстаетесь с деньгами. Вы банкир, и ваш бизнес заключается в том, чтобы продавать деньги; я сыщик, и я торгую информацией.

Выдай мне три тысячи долларов трешками.

*** В США имеют хождение банкноты номиналом в один, два, пять и т. д. долларов

Вы утверждаете, что не знаете, где искать Зорку. Мой шеф считает, что вы врете. У меня своего мнения нет. Мой мозг девственно чист, но зато я слепо повинуюсь указаниям.

Я его знаю от «А» до «У» как облупленного. «У» для него – последняя буква алфавита. Она означает – «упрямый как осел».

- Вздор! - сказал я, вылез из машины и направился к крыльцу. - Куда ты идешь? - рассердился он. - Взять что-нибудь, куда можно будет положить останки этого чемодана, - бросил я на ходу. - Или вы полагаете, что мне следует повесить его себе на шею?

...it is vainglorious to reproach yourself for lack of omniscience. That is also true of omnipotence. - Nero Wolfe

I carry this fat to insulate my feeling. - Nero Wolfe

I wouldn’t be telling you these things, Army secrets in a way, if there were any chance of your passing them on. But there’s no risk, since in an hour from now, less than that I should say, you won’t be alive. - Nero Wolfe

She seemed perfectly affable, but the door showed no inclination to exercise its hinges. - Archie Goodwin

I admire Stout’s fascinating characters, his innovative plots, the subtle but complete and totally believable world he created. He made it seem easy, and I know it isn’t. - John Lutz (introduction)

The way her eyes darted at me, I had to control an impulse to side-step to get out of the line of fire. - Archie Goodwin

Purley and I had often been enemies, and even friends once or twice. - Archie Goodwin

я совершенно согласен, что даже у адвоката есть право на жизнь, но я свято уверен: когда он откинет копыта, в его гроб не полезет ни один уважающий себя червь. Знаете – почему? Потому что его тут же заставят подписать какую-нибудь идиотскую бумажку.

— Порой мне кажется, что нам следовало бы взять армию под контроль на срок, скажем, в месяц… — Сохрани господь! — … а генералы и адмиралы на то же время возьмут под контроль Капитолий. Что послужит всем нам хорошим уроком.

Я толкнул дверь, вошел в приемную и очутился в царстве роскоши и процветания, судя по коврам, мебели и секретарше. Последняя, казалось, попала в секретарское кресло только потому, что ей до смерти приелось кататься на яхтах или резаться с Монте-Карло в рулетку.

Большинство людей назвало бы такую внешность респектабельной, по мне же такой тип — «мечта камердинера».

Голубоглазая стервочка взяла двадцатку, возвратила мне десятку и отчалила. Приветливости ей, конечно, не хватало, но смекалкой Бог не обидел.

– Что ж, – Барретт улыбнулся, – насколько я понимаю, будучи частным сыщиком, вы беретесь за любую работу, которая сулит принести вам доход, соразмерный вашим способностям.

– Да, сэр, вы правы. В определенных границах, которые я устанавливаю сам. Я стараюсь не бороться с собственными предрассудками: они мне крайне дороги.

– Знаешь, сынок, у тебя есть пара приличных качеств. С одной стороны, ты мне даже нравишься. Правда, с другой – я бы мог стоять столбом, наблюдая, как с тебя сдирают шкуру, и при этом не пролил бы ни единой слезинки. По части наглости тебе вообще равных нет, за исключением разве что самого Вулфа.