В небе Китая. 1937-1940

«-— Избегайте местных ресторанов и других злачных мест. В городе немало японских агентов. Вот сегодняшнее сообщение: пароход доставит сюда около 200 молодых женщин, преимущественно дочерей русских белогвардейцев. Сами понимаете, для какой цели их сюда засылают.» (из инструктажа советских летчиков-добровольцев).

«Американец доллар брал много, а летал очень мало. Русский летчик доллар не берет, а летает так много!»

Книга перекликается с книгой «Китай в огне войны». Состоит из кратких очерков-воспоминаний советских летчиков-добровольцев, воевавших в Китае. Сперва немного цифр:

• соглашение о первом советском кредите Китаю на сумму 50 млн. долл. было оформлено в марте 1938 г., но доставка оружия из СССР в Китай началась уже с октября 1937 г.
• В июле 1938 и в июне 1939 г. в Москве были подписаны соглашения о новых кредитах — соответственно в размерах 50 млн. и 150 млн. долл. В счет советских кредитов, предоставленных в самый критический для страны период, Китай получал вооружение, боеприпасы, нефтепродукты, медикаменты. Всего с октября 1937 по сентябрь 1939 г. Советский Союз поставил Китаю 985 самолетов, 82 танка, более 1300 артиллерийских орудий, свыше 14 тыс. пулеметов, а также боеприпасы, оборудование и снаряжение.
• Грузовые порты Дальневосточного и Черноморского пароходств выделили для доставки вооружения и товаров в Китай десятки грузовых океанских судов; на территории СССР использовалось свыше 5,5 тыс. железнодорожных вагонов; синьцзянский тракт обслуживало около 5,2 тыс. грузовых автомашин ЗИС-5.

Советниками китайской авиации и организаторами боевых действий в небе Китая были выдающиеся советские военачальники: П. Н. Анисимов , П. Ф. Жигарев, Ф. П. Полынин, А. Г. Рытов, П. В. Рычагов, Г. И. Тхор, Т. Т. Хрюкин. Первые поставки самолетов и отправка экипажей летчиков состоялись в адрес правителя провинции Синьцзяна. Правитель (дубань) Шэи Шицай, формально признавая нанкинское правительство, на деле пользовался неограниченной властью, ввел свои порядки, создал местную денежную систему и т. д. «Советский Союз, заинтересованный в длительном и прочном мире на своих границах, видя свой интернациональный долг в поддержке борьбы китайского народа против иностранных поработителей, счел возможным заключить с Синьцзяном ряд соглашений, в том числе торговое.» Самолеты марки «Р-5» собирались летчиками и техниками на месте. А дальше… а дальше начинается не самое приятное. Грустно читать, как наши летчики, выполняя приказы то Чан Кай-ши, то его представителей, бомбили каких-то мятежников-китайцев. «Позже выяснилось, что суеверные вояки генерала Ма Чжуина восприняли падающие с неба бомбы как божью кару.» Если наши летчики-истребители сражались с японцами, с японскими истребителями, то отряды наших летчиков-бомбардировщиков зачастую бомбили непонятно кого. Хотя, были поистине и героические операции. Такие, как бомбардировка японских аэродромов на острове Тайвань. «Долететь на сухопутных самолетах до Тайваня, нанести бомбовый удар и без потерь вернуться обратно — трудно переоценить этот подвиг!» После этого налета японцы потеряли 40 самолетов (не считая тех, что находились в контейнерах); сгорели ангары и трехгодичный запас горючего. Хотя, в местных газетах сообщили, что налет совершили китайские самолеты совместно с американцами. Для китайцев организовывались и летные учебные школы. Для организации авиационной школы в Синьцзяне Советский Союз передал Китаю несколько самолетов Р-5 и По-2 со всем оборудованием. Была направлена и большая группа опытных инструкторов. Здесь работали Т. Мизерский, А. Сорокин, В. Шней, М. Колокольцев, А. Найденко, Г. Андрианов, П. Доброгаев, Калинин и др. Немалая за слуга в организации шкоды принадлежит советникам Г. И. Белицкому, Мамонову, М. Ф. Григорьеву. Справка: находившийся на вооружении японской авиации средний бомбардировщик СБ-96 имел бомбовую нагрузку 1 т, радиус действия — 2 тыс. км, скорость — 330 км. К началу войны на вооружение японской авиации был принят истребитель И-97 (скорость — до 450 км в час). Для сравнения: английский истребитель с громким названием «Гладиатор» летал со скоростью всего до 200 км в час, запас горючего имел на два часа полета. А американский бомбардировщик «Боинг» летал и того медленнее — 170–180 км в час. Проблема заключалась в том, что в Китае не было ремонтных заводов, не хватало запасных частей к самолетам. Поэтому, когда начались решающие бои за столицу Китая — Нанкин, из 520 самолетов в строю осталось всего 20. Главным советником по вопросам использования советских летчиков-добровольцев в Китае был Павел Васильевич Рычагов, который руководил всей их деятельностью. (Рычагов П.В. был расстрелян в 1941 году вместе с его женой Марией Петровной Нестеренко, которая тоже была летчицей). Справка: все военно-воздушные силы Китая в то время подчинялись авиационному комитету, действовавшему на правах главного штаба ВВС. Хотя формально во главе комитета стоял Чан Кайши, фактически авиацией командовал его заместитель генерал Мао Панчу. Сильное давление на руководство китайской авиацией оказывала, жена Чан Кайши Сун Мэйлин. Интересный факт: сестры Сун. Играли большую роль в жизни Китая. Согласно распространённому выражению: одна сестра любила деньги, другая любила власть, третья любила Китай. Каждая была женой крупного политического деятеля.

• Сун Айлин (1890—1973); «любила деньги»; была женой состоятельного бизнесмена и премьер-министра Китая в 1938—1939 Кун Сянси.
• Сун Цинлин (1893—1981); «любила Китай»; была женой первого президента Китая Сунь Ятсена; незадолго до смерти стала почётным Председателем КНР.
• Сун Мэйлин (1897—2003); «любила власть»; была женой лидера Гоминьдана и президента Китайской Республики Чан Кайши.

Для регулярных поставок самолетов в Китай была создана специальная авиационная трасса. В задачу начальника авиационной трассы входило обеспечение не только безопасности перегонки, но и сборки самолетов. Для этой цели были организованы две сборочные базы. Одна из них функционировала в районе Алма-Аты. На сборке бомбардировщиков СБ трудилась целая бригада рабочих авиационного завода. Вторая сборочная база была организована в Хами, на границе пустыни Гоби. Здесь собирали истребители И-15 и И-16. Аэродромы на трассе Алма-Ата — Ланьчжоу, как правило, создавались на месте бывших кладбищ, без искусственных взлетно-посадочных полос. Даже бывали случаи, когда могилы проваливались. Например, такой случай произошел на аэродроме Лянчжоу. При рулении самолет летчика Ф. М. Коршунова провалился в могилу правым колесом. После войны Коршунов был шеф-пилотом Ворошилова. Особенности аэродромного дела в Китае: На аэродроме обычно для заправки наших СБ бензином и маслом местные власти выделяли 200–300 крестьян, и они на себе подносили к самолетам по две-четыре цинковые канистры емкостью 20 л каждая. Не было даже воронок для слива, не говоря уж о бензозаправщиках. А ведь непростое дело — заправить вручную один самолет 1200–1500 л горючего. Бомбы в Китай доставлялись на тех же самолетах. Как и когда доставят бомбы из СССР никто не знал. Непонятно, почему не решался и так и не был решен этот вопрос. Особенно, принимая во внимание тот факт, что в Китае итальянской фирмой «Савойя» был по строен авиационный завод и при нем небольшой аэродром. Завод вступил в строй перед самой войной и выпустил несколько легких самолетов для китайской авиации. Кстати, японские бомбардировщики не бомбили этот завод, так как итальянцы передавали им секретные разведданные (на заводе позднее был обнаружен радиопередатчик). Довелось нашим летчикам сбивать и королей неба – так именовались японские летчики-асы. «Их было четверо в императорском воздушном флоте, титулованных асов Японии, которых величали «непобедимыми», «властелинами неба».» Асы носили рубашку «непобедимого». «Как мне объяснили, такие рубашки раскрашивались причудливыми узорами самыми красивыми девушками Японии и вручались лучшим асам императорского воздушного флота.» Со шпионами китайцы не церемонились: «После короткого допроса его тут же казнили на виду у всех поистине с азиатской жестокостью: подвесили за руки на столб и вспороли живот.» Нашим летчикам, чтобы их случайно не казнили по ошибке, к одежде пришивали полоску ткани. На полоске по-китайски значилось, что людям, предъявившим этот знак, необходимо оказывать содействие. Внизу иероглифы были скреплены большой красной печатью. Китайские аэродромы очень далеко отстояли друг от друга. Перелет между ними был возможен лишь при строжайшей экономии горючего, при хорошей погоде и отличной организации, без потери времени при взлете и посадке. Бензин был на вес золота. Его приходилось импортировать из-за границы. Своего бензина в Китае не было. Оправданный риск или глупость? «Для облегчения самолетов, увеличения их бомбовой загрузки мы демонтировали самолетные радиостанции и оставили их на заводе. Единственными приборами, которыми мы пользовались в воздухе для ориентировки, были магнитные компасы в кабине штурмана и летчика». Китайцы очень уважали наших летчиков: ««Американец доллар брал много, а летал очень мало. Русский летчик доллар не берет, а летает так много!» Но были и такие, которые могли подсыпать сахар в бензобак, что вело к остановке двигателя. Всего в Китае погибло около 200 наших летчиков. Но и это непроверенные данные. Например, из состава одной только группы в 60 человек на Родину вернулись только 16. К декабрю 1938 г. наши отношения с высшим китайским командованием стали ухудшаться. Летчики заметили, что китайский обслуживающий персонал сменился, в столовой появились другие повара и официанты. Питание ухудшилось. На все вопросы они не получали ответа. Им было порекомендовано пореже выходить из общежития, особенно вечером. В городе разрешалось появляться только по три-пять человек. Такова была реальность. В газетах –советских и китайских – все выглядело иначе.

Вот что писала газета «Цзефан жибао» 17 октября 1949 г. о советских добровольцах: «Покинув свою Родину, где они родились и жили, своих родных и близких, они добровольно приехали в пылающий войной Китай… Своими бесстрашными действиями они подымали боевой дух китайского народа. Кровь, пролитая погибшими геройской смертью советскими летчиками-добровольцами за дело освобождения китайского народа, слилась с кровью, пролитой китайским народом».