Цитаты из книги Серебряная пряжа

Самостоятельный мужик. А вот дай ему богатство – тоже испортится.

Меньшенький-то вон тонкогубик. Как бы жадный не оказался.

Чертознаем его считали. Это больше за книжки-то.

Приказчик видит – мало от его толку, и удобрился перевести Левонтия на другую работу, – на Поскакуху отправил, на казенный прииск золотой.

Медь добывал. Так под землей все молодые годы и провел. Как червяк в земле копался.

Не любит, вишь, он, чтобы около золота обман да мошенство были, а пуще того, чтобы один человек другого утеснял. Ну, а если для себя стараются, тем ничего, поможет еще когда, вот как вам. Только вы смотрите, молчок про эти дела, а то все испортите. И о том старайтесь, чтобы золото не рвать. Не на то он вам его указал, чтобы жадничали. Слышали, что говорил-то? Это не забывайте первым делом.

чужое охаять мудрости немного надо, а свое придумать — не одну ночку с боку на бок повертишься

И какое тут может леченье быть, коли такая ваша работа.

Англичане сразу стали показывать разные удивления и пояснять, что к чему у них приноровлено для военных обстоятельств: буреметры морские, мерблюзьи мантоны пеших полков, а для конницы смолевые непромокабли. Государь на все это радуется, все кажется ему очень хорошо, а Платов держит свою ажидацию, что для него все ничего не значит.

Это в ту пору так делывали. Изробится человек, никуда его не надо, ну, и отпустят на вольную работу.

- Ты что же, Степан Петрович, на девичью красу даром глаза пялишь? За погляд-то ведь деньги берут.

На другой день поехали государь с Платовым в кунсткамеры. Больше государь никого из русских с собою не взял, потому что карету им подали двухсестную.

...но как левше после представления государю, по платовскому приказанию, от казны винная порция вволю полагалась, то он, не евши, этим одним себя поддерживал и на всю Европу русские песни пел, только припев делал по-иностранному: «Ай люли — се тре жули».

Платов не мог по-французски вполне говорить; но он этим мало и интересовался, потому что был человек женатый и все французские разговоры считал за пустяки, которые не стоят воображения.

Модницы-чиновницы пришли деньги транжирить - мужья не трудом наживали, жонам нетрудно проживать.

Король и королева ночь не спали, спозаранку задним ходом в театр забрались, чтобы хороши места захватить. Их знакома сторожиха пропустила.

А одежа и верно такая, что другой на свете не найдешь. Из шелкового, слышь-ко, малахиту платье. Сорт такой бывает. Камень, а на глаз как шелк, хоть рукой погладить.

Судно не брЮхо, не раздастся, больше меры в него не набьешь.