Цитаты из книги The Fear Institute

- Твой акцент ужасен. Говори на немецком, английском, латыни, или любом другом языке без этой кошмарной пародии на глоточный фрикатив. Я прекрасно тебя пойму и не буду оскорблен тем, как ты издеваешься над моим элегантным и поэтичным языком. - Вурдалачий язык звучит так, будто кого-то рвет головами палтуса в сиропе, - обиделся Кабал, который очень гордился своими глоточными фрикативами. - Для человека, чей родной язык - немецкий, тебе бы следовало поменьше клеветать на другие наречия. - Это язык Гете! - Это был несчастный случай, а не осознанный выбор.

"Your argument is as specious as it is fallacious. I do not give a damn that we have crossed a sea to be here. By your logic, if one was to circumnavigate the globe before being given the option of jumping off a cliff or not jumping off a cliff, you would fling yourself off immediately because - oh, my goodness - you've gone all that way and it would be a shame not to do something memorably stupid at the end. Not memorable to you, of course: you'd be dead. But everyone for miles around will always remember the day the idiot from afar threw himself to his death because, well, it would have been a shame not to."

- Как там называется это существо, о котором вы говорили на днях, Кабал? Гог, не так ли? - Гуг, - ответил Кабал. - Оно зовется гуг. - Что ж, джентльмены, я размышлял о том, - заявил Корд, обращаясь к Шадраху и Бози, - что мы также должны составить планы относительно уже известных опасностей Страны снов. В конце концов, у господина Кабала имеется вся необходимая информация. - Остальные согласились, мыча и поглаживая подбородки, что реальные опасности действительно заслуживают пристального внимания. Заручившись их поддержкой, Корд повернулся к Кабалу: - Так чтó вы, в таком случае, можете рассказать нам об этом вашем гуге? Вместо ответа Кабал стал листать страницы своего блокнота, пока не наткнулся на один набросок, после чего передал его своим спутникам. Он был вознагражден их внезапной бледностью и расширенными глазами. - Да, - произнес наконец Шадрах. - Ну... с этим вроде бы... можно справиться. - И все трое немедленно начали бормотать о капканах и медвежьих ямах. Кабал мысленно отметил, что "можно справиться", видимо, является эвфемизмом для описания покрытого мехом чудовища с избытком предплечий, вертикальной щелью вместо рта, скверной гигиеной ротовой полости и слепым поклонением темным богам настолько беспутным, что другие темные боги на вечеринках для темных богов обходили бы их стороной. Он решил также не отягощать троицу информацией, что слово "гуг" обозначало расу, а не отдельного представителя, и не приковывать внимание к тому, что у наброска отсутствовало масштабное соотношение, так что их предположение, будто бы рост гуга совпадал с человеческим, было чрезвычайно оптимистичным. Кабал предпочитал подождать, пока они составят свой план, и лишь потом вежливо уточнить, какова будет реакция гуга, когда он окажется по щиколотку в их ловушке, и что на это скажут его многочисленные друзья.

Он призадумался, возможно ли извлечь что-нибудь полезное из прочитанного в детстве "Робинзона Крузо". Насколько он помнил, трюк был в том, чтобы избегать съедения каннибалами, свысока смотреть на любого, кого можно спасти от съедения каннибалами ("Поскольку сегодня Пятница, я назову тебя... Пятница!" - "У меня вообще-то есть имя, ты в курсе? Если ты не можешь его произнести..." - "Молчать! Я еще не научил тебя английскому!"), и потом искусно бездельничать целыми годами, пока тебя не спасут пираты. Нет, так не пойдет. Местные пираты были ничуть не хуже каннибалов, и это еще если предполагать, что они и сами-то не каннибалы. В это было трудно поверить, но у Кабала появилось отчетливое ощущение, что Даниэль Дефо его подвел.