Цитаты из книги The Bell Jar

На смену прежней самоуверенной улыбке, вспыхивавшей у него на лице столь же легко и столь же часто, как магниевая лампа у профессионального фотографа, пришло тяжелое, пожалуй, далее занудное выражение.

У Бадди стало лицо человека, которому часто отказывают в том, чего он просит.

Перед фасадом «Каплана» я простилась с Валерией, спокойное, девически-белое личико которой ясно говорило о том, что с нею ничего особенного — ни плохого, ни хорошего — не может случиться

Я набрала полные легкие воздуха и прислушалась к тому, как отчаянно колотится у меня в груди мое сердце, заводя свою привычную песнь: Аз есмь, аз есмь, аз есмь.

I feel about a hot bath the way those religious people feel about holy water

— Неврастеничка, — презрительно расхохоталась я. — Если желать одновременно двух взаимоисключающих вещей означает неврастению, что ж, ладно, тогда у меня неврастения. Потому что до конца своих дней я намерена метаться от одной такой вещи к другой.

Что по-моему было не так? По всему выходило, что все было так, лишь мне казалось, что что-то не так, с. 171

У меня перехватило дыхание. Весь июнь я предвкушала писательский семинар, воображая его сверкающим прочным мостом, простирающимся над стоячим заливом лета. Теперь я видела, как он рушится и распадается, а тело в белой блузке и зеленой юбке отвесно падает в пропасть, с. 151

Какая же мешанина весь этот мир! с. 149

Я чувствовала себя брошенной и преданной, словно шкура, сброшенная каким-то ужасным зверем. Было бы облегчением избавиться от зверя, но он, похоже, забрал с собой мой дух и все остальное, что смог утащить, с. 136

На меня смотрели пустые, как тарелки, лица, и, казалось, никто не дышал, с 141

В моей голове спокойно, словно словно дерево или цветок, разрасталась мысль о том, что я могу разбиться насмерть, с. 130

... а дни его славы превратились в маленький золотой кубок на камине, с выгравированной на нем датой, напоминающей цифры на надгробии, с 103

Если от кого-то ничего не ждешь, то никогда и не растраиваешься, с. 82

Комната парила надо мной с необычайной легкостью, словно стулья, столы и стены перестали на меня давить из сострадания перед моей внезапной беззащитностью, с. 64

В этот момент меня охватило странное ощущение. Я оглянулась на ряды сосредоточенных на действии лиц, озаренных серебристым сиянием спереди и погруженных в одинаковую темноту сзади, и они показались мне какими-то тупыми лунатиками, с. 60

Я чудово знала, що автомобілі шумлять, що люди в них і за освітленими вікнами будинків шумлять, і що ріка шумить, але я не чула того шуму, хоч як старалася. Місто висіло за моїм вікном, пласке, наче фотоплакат, воно мигтіло й блимало, однак для мене нічого не змінилося б, якби його там не було

– Это танго. – Марко искусно лавировал вместе со мной между танцующими. – Обожаю танго.

– Я не умею танцевать.

– Тебе и не надо. Танцевать буду я. – Марко обвил рукой мою талию и рывком прижал меня к своему ослепительно-белому костюму. Потом сказал: – Представь, что ты тонешь.

Это лицо нуждалось в воде, мыле и христианском милосердии. 

Мене нудить від думки, що жінка мусить жити всуціль непорочним життям, коли чоловікам дозволено подвійне життя: одне порочне, друге - ні. (120)