Цитаты из книги Red Country

— Ты никогда никого не любил, кроме своего кошелька. Если ты предложишь меньше тридцати восьми, то устроюсь рядом с твоей лавкой и начну торговать дешевле, чем ты можешь себе позволить. Клэй не сомневался, что Шай исполнит угрозу, даже себе в убыток. Как говорится, никогда не угрожай другому, если хотя бы наполовину не уверен, что в силах выполнить обещанное.

- Человек может непрестанно обсираться, ожидая неприятностей, а смысл?

Некогда ты молодой и задорный, такой большой, что весь мир маловат для тебя. А потом, прежде чем осознать, что ты состарился, ты понимаешь, что все твои мечты не сбудутся никогда. Все двери, которые казались слишком узкими, чтобы в них протискиваться, теперь просто закрыты.

Плохие поступки въедаются в плоть и кровь.

То, что эти отбросы общества сейчас на ее стороне, заставило Шай усомниться – правильную ли сторону она выбрала? Но она была там, где была. Выбор из двух видов г*вна лучшего проходил красной нитью через всю ее жизнь.

Если Бог есть, то он – жадный ростовщик. Бесчувственный скряга, записывающий все долги в небесную книгу. Все берут у него взаймы, и для каждого приходит срок платить долги.

Only a fool supposes he knows everything.

Conscience is a burden we choose to bear. Morality is the lie we tell ourselves to make its bearing easier.

And Temple always took the easy way. Even when he knew it was the wrong way. Especially then, in fact, since easy and wrong make such good company.

В мире не будет места, куда сможет прийти магия, мистика, странность. Они придут в твои священные места и построят... магазины одежды. И магазины мануфактурных товаров.

- Я считаю, что попытку нудно давать каждому.

Даже самые черствые сердца жаждут чего-то возвышенного.

• Хочу поговорить с ними.
  - С кем?
  - С теми, кто согласится слушать.

— Что ты понял, путешествуя со мной?
— Что в тюрьме лучше.

Это наибольшее предательство из всех возможных. Предательство собственной плоти. Проживешь достаточно долго и увидишь, как она тебе отказывает…

У меня есть чувства, но они должны служить мне, а не я им.