Цитаты из книги Запах страха

- Да уж, в некоторые головы мысли приходят умирать, - пробубнил Генбек.

Да уж, в некоторые головы мысли приходят умирать

Сантьяга извлек из кармана пиджака телефон и набрал номер: – Ортега? – Да, комиссар, – вздохнул помощник. – Вам скучно? – Мне нормально. – Полагаю, вы бездельничаете. – Я нахожусь в гармонии с самим собой. Я размышляю о вечном. – Не берите пример с князя, Ортега, это не приведет вас ни к чему хорошему. – Он тоже находится в гармонии с самим собой? – Он тоже размышляет о вечном. – Я его понимаю.

– Ну, хотя бы дай слово, что… – Не дам! – «Нет», «не дам», – передразнил наемника шас. – Ты только это и говоришь! – Я был шестым ребёнком в семье, – объяснил Кортес. – И «не дам» стало первыми словами, которые я произнёс. – А потом? – заинтересовалась Яна. – Дай. Моё. Мама. Именно в такой последовательности.

Проблема или решается, или откладывается, третьего не дано. Но если ты ее отложил, будь готов к тому, что она вернется. Обязательно вернется. И ударит еще сильнее.

...внутренние отношения в Великом Доме представляли собой дивную смесь военной дисциплины и бесконечной свары базарных торговцев.

Не надо быть жадным. Можно привыкнуть и стать шасом.

– Приказываю найти его еще вчера. – В таком случае результат будет завтра.

- Вам скучно?

• Мне нормально.
• Полагаю, вы бездельничаете.
• Я нахожусь в гармонии с собой. Я размышляю о вечном.

Одно из китайских проклятий звучит так: "Чтоб тебе жить в эпоху перемен".

– Я хочу поговорить о вашем последнем контракте.

– Он еще не закончен.

Сантьяга чуть приподнял брови:

– Неужели?

– Комиссар, вы были в квартире? – ровным голосом поинтересовался Кин.

– Был.

– И ничего не поняли?

Нав улыбнулся:

– Где я допустил ошибку?

– Плохо отыграли удивление.

– Счастье, это когда можешь выбирать удовольствие, не думая, какое из них самое безвредное, – хмыкнул Кортес.

Естественный отбор есть результат борьбы ума с глупостью.

Выстрелы из карабинов прозвучали неестественно. Грохнули гулко, словно пытаясь пробить нависшие тучи, и тут же пропали, не оставив даже эха. Женщины вздохнули, мужчины остались бесстрастны. У могилы стояли офицеры, а потому услышали они не выстрелы, а троекратное: «прощай».