Цитаты из книги Три сестры

Третьего дня разговор в клубе; говорят, Шекспир, Вольтер… Я не читал, совсем не читал, а на лице своем показал, будто читал.

Астров. Что ты сегодня такой печальный? Профессора жаль, что ли? Войницкий. Оставь меня. Астров. А то, может быть, в профессоршу влюблен? Войницкий. Она мой друг. Астров. Уже? Войницкий. Что значит это «уже»? Астров. Женщина может быть другом мужчины лишь в такой последовательности: сначала приятель, потом любовница, а затем уж друг. Войницкий. Пошляческая философия.

Хуже всего, что я в каком-то чаду и часто не понимаю, что я пишу…

Слышно, как храпит Сорин. Дорн. Спокойной ночи! Аркадина. Петруша! Сорин. А? Аркадина. Ты спишь? Сорин. Нисколько.

Умей нести свой крест и веруй.

Людям не талантливым, но с претензиями, ничего больше не остается, как порицать настоящие таланты.

Я был светлою личностью... Нельзя сострить ядовитей! Теперь мне сорок семь лет. До прошлого года я так же, как вы, нарочно старался отуманивать свои глаза вашею этою схоластикой, чтобы не видеть настоящей жизни, - и думал, что делаю хорошо. А теперь, если бы вы знали! Я ночи не сплю с досады, от злости, что так глупо проворонил время, когда мог бы иметь все, в чем отказывает мне теперь моя старость!

Пропала жизнь! Я талантлив, умен, смел... Если бы я жил нормально, то из меня мог бы выйти Шопенгауэр, Достоевский... Я зарапортовался! Я с ума схожу...

Слышится отдаленный звук, точно с неба, звук лопнувшей струны, замирающий, печальный. Наступает тишина, и только слышно, как далеко в саду топором стучат по дереву.

Владеть живыми душами- ведь это перегородило всех вас, живших раньше и теперь живущих, так что ваша мать, вы, дядя, уже не замечаете,что вы живёте в долг,на чужой счёт, на счёт тех людей,которых вы не пускаете дальше передней...

Влюблён? Разве вы можете любить?

Вчера лег в десять и сегодня утром проснулся в девять с таким чувством, как будто от долгого спанья у меня мозг прилип к черепу и все такое.

Епоходов. Собственно говоря, не касаясь других предметов, я должен выразиться о себе, между прочим, что судьба относится ко мне без сожаления, как буря к небольшому кораблю.

Трофимов. Не надо обманывать себя, надо хоть раз в жизни взглянуть правде прямо в глаза. Любовь Андреевна. Какой правде? Вы видите, где правда и где неправда, а я точно потеряла зрение, ничего не вижу.

Не уходите, прошу вас. С вами все-таки веселее… Я все жду чего-то, как будто над нами должен обвалиться дом.

Мне ничего не нужно, но меня возмущает несправедливость.

Ты ведёшь себя на три с минусом.

Если философствует мужчина, то это будет философистика или там софистика; если же философствует женщина или две женщины, то уж это будет — потяни меня за палец.

Прежде очень хорошо было. По крайней мере драли.

Вы, Авдотья Федоровна, не жалеете меня видеть...как будто я какое насекомое. Эх жизнь!