Цитаты из книги Dżuma

Они несчастливы потому, что не умеют плять по течению.

... эпидемия, которая казалось бы, должна была сплотить жителей города, как сплачиваются они во время осады, разрушала традиционные сообщества и вновь обрекала людей на одиночество.

В мире всегда была чума, всегда была война. И однако ж, и чума, и война, как правило, застали людей врасплох

Единственное, что мне важно, - сказал я, - обрести внутренний мир

– Но ясно, болезнь не заразная, – поспешил заверить он. Я сказал, что мне это безразлично. – О, понимаю. Мсье вроде меня, мсье тоже фаталист. Ничего подобного я не говорил, и к тому же я вовсе не фаталист. Так я ему и сказал…

Есть больше оснований восхищаться людьми, чем призирать их

Разве что море там, за шахматной доской тусклых зданий, свидетельствовало, что в мире есть нечто тревожащее, никогда не знающее покоя.

Микроб чумы никогда не умирает, никогда не исчезает, он может десятилетиями спать где-нибудь в завитушках мебели или в стопке белья, он терпеливо ждет своего часа в спальне, в подвале, в чемодане, в носовых платках и в бумагах и, возможно, придет на горе и в поучение людям такой день, когда чума пробудит крыс и пошлет их околевать на улицы счастливого города.

И в конце концов понимаешь, что никто не способен по-настоящему думать ни о ком, даже в часы самых горьких испытаний. Ибо думать по-настоящему о ком-то — значит, думать о нём постоянно, минута за минутой, ничем от этих мыслей не отвлекаясь: ни хлопотами по хозяйству, ни пролетавшей мимо мухой, ни приёмом пиши, ни зудом.

Смотрите, смотрите, вот он, ангел чумы, прекрасный, как Люцифер, и сверкающий, как само зло, вот он, грозно встающий над вашими кровлями, вот заносит десницу с окровавленным копьём над главою своею, а левой рукой указует на домы ваши.

- Могу вам признаться, произошло недоразумение. И если вам довелось хоть немного соприкасаться с жизнью, вас это не удивит.

- Слова о любви, о радости или муке – для меня пустой звук.

- Неблагоразумен вообще весь наш мир, я могу утверждать это с полной уверенностью, ибо я в этой жизни изведала все – и творение, и разрушение.

- Разве может преступница чувствовать боль?

- Как я могла жить без любви моего сына?

- Да, еще одно мгновенье. В этих пределах времени счастье еще возможно.