Цитаты из книги The Thirteenth Tale

Of course all amputees hanker after the state of twinness. Ordinary people, untwins, seek their soul mate, take lovers, marry. Tormented by their incompleteness they strive to be part of a pair.

Берясь за произведение нового автора, всегда ожидаешь чего-то особенного.

С близнецами не все ладно, девочки явно со странностями. Правильнее было бы сказать: «с ними все неладно », ибо они были сплошная странность и ничего кроме странности.

В наступившем молчании ощущалась законченность.

Я умею понимать слова. Дайте мне фрагмент какого нибудь рассказа, и я угадаю, что было в тексте до него и что будет после. Но язык музыки мне чужд. Откуда могли быть выдернуты эти пять нот - из припева колыбельной или, может, из похоронного марша.

Понемногу мир возвращался на круги своя, и я подумала глядя на два листка бумаги "Так вот оно что". Потеря, Тоска, Одиночество. Странному ощущению, всегда бывшему со мной и отдалявшему меня от прочих людей, наконец то нашлось объяснение. Все дело в моей сестре.

...это было всё равно что посмотреть в зеркало и увидеть себя завершенной - такой, какой я должна быть на самом деле.

The mind plays all sorts of tricks, gets up to all kinds of things while we ourselves are slumbering in a white zone that looks to all the world like inattention to the onlooker.

What succor, what consolation is there in truth, compared to a story? What good is truth, at midnight, in the dark, when the wind is roaring like a bear in the chimney? When the lightning strikes shadows on the bedroom wall and the rain taps at the window with its long fingernails? No. When fear and cold make a statue of you in your bed, don't expect hard-boned and fleshless truth to come running to your aid. What you need are the plump comforts of a story. The soothing, rocking safety of a lie.

"В восемь вечера окружающий мир переставал для меня существовать. Наступало время чтения. Период между восемью часами и часом или двумя ночи всегда был моим волшебным временем. На фоне голубого, вышитого "фитильками" постельного покрывала страницы раскрытой книги, охваченные кругом света от ночника, были для меня воротами в иной мир".

«Начало никогда не находится там, где мы рассчитываем его найти. Наша жизнь представляется нам настолько важной вещью, что мы полагаем свою историю начинающейся с момента рождения».

Чтение - занятие не безопасное.

По-настоящему меня раздражают не правдолюбы, а правда как таковая. Почему иные с ней так возятся? Разве кто-нибудь находил в ней поддержку и утешение, какие дарует нам вымысел?

Сэр Артур Конан Дойл. Рассказы о Шерлоке Холмсе. По десять страниц дважды в день вплоть до окончания курса.

Почему иные с ней [правдой] так носятся? Разве кто-нибудь находил в ней утешение и поддержку, которые нам дарует вымысел?

Обычно принятые глубокой ночью решения,теряют свою силу при свете дня.

"Дети вод" - сказочная повесть (1863) английского писателя Чарльза Кингсли, главный герой которой, маленький трубочист Том, свалившись в реку, знакомится с "детьми вод" и совершает путешествия по морям и океанам.

Действительно ли она умерла, покинула нас безвозвратно? Мне было трудно в это поверить. Быть может, она ушла не совсем, оставив что-то после себя в нашем мире? Неужели нет никакого заклинания, волшебного талисмана, магического средства, способного ее вернуть? Неужели мои слова уже не смогут ее догнать?

В тот же день, когда я появилась на свет, в нашу жизнь вошло горе и поселилось здесь навсегда. Оно, как пыль, оседало повсюду; оно покрывало все наши вещи и нас самих; оно проникало внутрь нас при каждом вдохе. Под покровом этого пыльного савана каждый из нас страдал на свой лад.