Цитаты из книги Пьесы

Хельмер: Я б з радістю працював для тебе дні і ночі, Норо… терпів би горе й злигодні заради тебе. Але хто ж пожертвує навіть для коханої людини своєю честю?
Нора: Сотні тисяч жінок жертвували.

я в это больше не верю. Я думаю, что прежде⁷ всего я человек, так же как и ты, или, по крайней мере, должна постараться стать человеком. Знаю, что большинство будет на твоей стороне, Торвальд, и что в книгах говорится в этом же роде. Но я не могу больше удовлетворяться тем, что говорит большинство и что говорится в книгах. Мне надо самой подумать об этих вещах и попробовать разобраться в них.

Хельмер. Я бы с радостью работал для тебя дни и ночи, Нора… терпел бы горе и нужду ради тебя. Но кто же пожертвует даже для любимого человека своей честью?
Нора. Сотни тысяч женщин жертвовали.

Но я не могу больше удовлетворяться тем, что говорит большинство и что говорится в книгах.

Надо постараться воспитать себя самое. И не у тебя мне искать помощи. Мне надо заняться этим одной.

Хельмер. И это еще нужно говорить тебе? Или у тебя нет обязанностей перед твоим мужем и перед твоими детьми?
Нора. У меня есть и другие, столь же священные.
Хельмер. Нет у тебя таких! Какие это?
Нора. Обязанности перед самой собою.

Хельмер. Ты прежде всего жена и мать.
Нора. Я в это больше не верю. Я думаю, что прежде всего я человек, так же, как и ты, - или, по крайней мере, должна постараться стать человеком.

Я хочу сказать, что я из папиных рук перешла в твои. Ты всё устраивал по своему вкусу, и у меня стал твой вкус или я только делала вид, что это так, не знаю хорошенько.

Он звал меня своей куколкой
-дочкой, забавлялся мной, как я своими куклами. Потом я попала к тебе в дом...

Хуже всего в моем положении то, что в душе осаждается столько горечи. Работать не для кого, а все-таки приходится хлопотать и всячески биться. Жить ведь надо, вот и становишься эгоисткой.

ФРУ ЛИННЕ. ... Моя бедная мать не нуждается во мне больше – умерла. И мальчики стали на ноги, сами могут о себе заботиться.

НОРА. Так у тебя теперь легко на душе…

ФРУ ЛИННЕ. Не скажу. Напротив, страшно пусто. Не для кого больше жить.

весь наш дом был только большой детской. Я была здесь твоей куколкой-женой, как дома у папы была папиной куколкой-дочкой. А дети были уж моими куклами. Мне нравилось, что ты играл и забавлялся со мной, как им нравилось, что я играю и забавляюсь с ними. Вот в чем состоял наш брак, Торвальд

Вы никогда меня не любили. Вам только нравилось быть в меня влюбленными.

ХЕЛЬМЕР. Нора, что это за слова?

НОРА. Да, уж так оно и есть, Торвальд. Когда я жила дома, с папой, он выкладывал мне все свои взгляды, и у меня оказывались те же самые; если же у меня оказывались другие, я их скрывала, – ему бы это не понравилось. Он звал меня своей куколкой-дочкой, забавлялся мной, как я своими куклами. Потом я попала к тебе в дом…

Бачите, деяких людей любиш більш за все. А з іншими якось найбільше хочеться бути разом.

Інколи той, хто упав, може знову підвестися морально, якщо відверто визнає свою провину і зазнає покарання.