Цитаты из книги Мать Тьма

Разве без точных записей о прошлом можно ожидать, что люди - и мужчины, и женщины - избегнут серьёзных ошибок в будущем?

Я часть части, которая вначале была всем, часть Тьмы, родившей свет, тот надменный свет, который теперь оспаривает у Матери Ночи ее давнее первенство и место, но, как ни старается, победить ее ему не удается, ибо, устремляясь вперед, он оседает на телах. Он струится с тел, он их украшает, но они преграждают ему путь, и, я надеюсь, недалек тот час, когда он рухнет вместе с этими телами.

- Могу я спросить, кто ваш человек у Джонса? - сказал я. - Кто сунул мне в карман записку? - Спросить вы можете, - сказал Виртанен. - Но вы же понимаете, что я не отвечу. - Вы до такой степени мне не доверяете? - сказал я. - Могу ли я доверять человеку, который был таким прекрасным шпионом? А?

Я, наверное, показался бы в более человечным, вызвал бы больше сочувствия, если бы сказал, что в тот момент у меня голова пошла кругом от ощущения нереальности происходящего. Извините. Ничего подобного. Должен признаться в ужасном своем недостатке. Все, что я вижу, слышу, чувствую, пробую, нюхаю, - для меня реально. Я настолько доверчивая игрушка своих ощущений, что для меня нет ничего нереального.

...крапптауэровская правда, вероятно, будет жить вечно, во всяком случае, пока есть люди, которые прислушиваются скорее к зову сердца, чем к разуму.

—Чувствуете ли вы свою вину за убийство шести миллионов евреев?—спросил я. —Конечно, нет, —ответил создатель Освенцима и конвейерной работы крематория, самый крупный потребитель газа под названием "Циклон-Б".

Как только что-нибудь достойное появляется в этой стране, оно яростно рвется в клочья на потеху толпе.

Если бы я родился в Германии, то мог бы стать нацистом, гонялся бы за евреями, цыганами и поляками, теряя в снегу ботинки и согреваясь от мысли, что творю благое дело. Такие дела!

Я слишком стар, чтобы женщина принесла мне пользу.

Подобно тому, как маргаритки цветут маргаритками, а розы розами, ты должен цвести как писатель, а я как художник. Все остальное в нас неинтересно.

Вообще говоря, шпионаж даёт возможность каждому шпиону сходить с ума самым притягательным для него способом.

[...] ложь ради художественного эффекта - например, в театре или в признаниях Кемпбэлла - в более высоком смысле может быть наиболее интригующей формой правды.

В окопах неверующих нет...

Пожалуй, наиболее поражающее в этой книге - предисловие автора, в котором он пишет о том, как его коснулась Вторая мировая война. То, с каким юмором висельника отозвался о ней участник событий, напугало меня сильнее всякого ужастика. Сама же книга показалась мне более чем достойной как идейно, так и сюжетно, и да, тоже удивила. Воннегут чётко и заодно в интересной форме демонстрирует одну из сторон людей - зависимость от внешней среды и... актёрство. Прекрасная работа.

Оборванные, спотыкающиеся, повенчанные с грязью суки, - говорила она, - вот кто мы были.

Хорошего человека не сломить.

- Терпеть не могу такой дешёвки, а это здесь обычное дело, - объяснил я. - Раньше это был день памяти жертв Первой мировой войны, но живым не терпелось отнять его у мертвецов, присвоить себе их славу.Так типично, так типично. Как только что-нибудь достойное появляется в этой стране, оно яростно рвётся в клочья на потеху толпе

'You hate America, don't you?' she said. 'That would be as silly as loving it,' I said.

Единственное преимущество, которое дает мне умение различать добро и зло, насколько я понимаю, это иногда посмеяться там, где эйхманы не видят ничего смешного.