Отзывы о книге Исэ моногатари

«Забыв про все — „не сон ли это?“ мнится… Иль думал я когда — прийти тебя увидеть, пробившись чрез снега?»

Сложно оценивать подобные произведения по обычной шкале понравилось - не понравилось, увлекло - не увлекло, особенно с учëтом того, что я не большой любитель поэзии. Эта история именно что литературный памятник эпохи, в данном случае Хэйан. И с этой точки зрения она и интересна, особенно с комментариями переводчика-востоковеда, который явно горел своей работой и пытался донести до широких масс и смысл, и красоту этого произведения.

Сюжетно же, если тут вообще уместно это слово, это сборник коротеньких зарисовок, в каждой из которых есть минимум одно классическое японское стихотворение - танка. К тому же на первый взгляд они даже не связаны между собой. Посвящены они в основном любви, но есть и на тему дружбы, природы и прочего. Читать залпом точно не стоит, а вот дозированно очень даже любопытно, если есть интерес к японской культуре и истории.

«Промок я насквозь, но все ж, невзирая, нарвал я глициний! Подумал — не много весенних осталось уж дней…»

Очень необычная повесть, но не в плохом смысле этого слова, а наоборот, что, кстати, бывает достаточно редко. Это произведение столь изящно и эфемерно, что даже трудно подобрать слова для его описания. Столь своеобразно выстроенное, оно изначально даже не поддаётся пониманию и осознанию, а позже раскрывается во всей своей восточной красоте и мудрости.

Сказать тебе — не в силах,
а не сказать — в волненьи
я терзаюсь сам...

«Исэ моногатари» считается одним из основополагающих произведений японской классической литературы. Для меня это погружение к истокам японской классики было весьма сложным и не всегда понятным, но при этом окутанным флёром такой особой чувственности и такой изящности слога, что создавалось полное ощущение полёта над бренностью всего этого мира. Строчки, полные романтики и любви, будто парили над страницами, создавая невероятную атмосферу.

Чтоб забыть в этой жизни,
такой скоротечной,—
столь же короткой
душой обладать
тогда нужно!

Повесть состоит из множества новелл, каждая из которых дополнена японской поэзией. Повествование рассказывает о взаимоотношениях мужчин и женщин на примере одного неизвестного кавалера, проводя их через разнообразную гамму чувств: от любви до ненависти, от обиды до ревности, от тоски до радости — всё то, что может испытывать любой среднестатистический человек в обычной жизни. Разговоры персонажей в виде поэтических ответов — невероятная художественная задумка и великолепное её воплощение.

Ах, если б вновь
с пряжей клубок тот
минувшего нам намотать!
Если б ушедшее
вновь нынешним стало!

Возможно, эта повесть изначально покажется совсем не тем, что ожидалось увидеть, когда берешь ее в руки. Но то, что после прочтения она способна подарить широчайший спектр эмоций, — это непреложный факт. Она способна удивить, очаровать и принести чувство умиротворения в мысли и сердца. Как точно подмечаются многие детали и какая используется краткость для подчёркивания самого главного. Всё это очень трудно выразить словами, тут, скорее всего, в дело вступают более тонкие и чувственные материи. Моё неожиданное и прекрасное открытие первого весеннего месяца.

Так и оставлю,
никому не сказав,
свои думы!
Ведь нет никого,
кто был бы со мною...

В связи с отсылками на Исэ-моногатари в Любовных похождениях одинокого мужчины Ихара Сайкаку не мог пройти мимо. Давно у меня в хотелках Исэ-моногатари. Повесть представляет сборник записей о чувствах некоего мужчины. В тексте он зовётся «кавалером». Как сказано в статье Конрада так переводят термин «отоко», и, как понимаю, в оригинале 男 (мужчина) с именно таким нижним чтением. В целом это самостоятельные истории, относятся, скорее всего, к одному мужчине. Все прочие «кавалеры» именуются по фамилии и имени.

Авторство приписывается Аривара-но Нарихира, который жил в 9 веке, хотя произведение датируется Х веком. Видимо, «репост» позднего века, если автор он. Он являлся поэтом, включённым в одну из антологий. Произведения можно объединить в повесть об одном человеке, который ухаживал за разными женщинами, которые можно даже перетасовать, Внутри у некоторых можно найти логику, относящиеся к разным стадиям жизни: одиночество, после свадьбы, после ухода жены в монастырь и прочее. Своеобразные любовные похождения Аривара-но Нарихира и «Модель для сборки» эпохи Хэйан, если вспомнить об экспериментах Кортасара. По идее можно также перетасовать. Возможно раньше порядок был другой.

Внутренняя структура каждого «любовного кейса» представляет собой прозу плюс поэзию. Проза в структуре всегда как вступление. Поэтическая часть может перемежаться с прозой, когда происходит диалог между «кавалером» и «дамой».

На похождения Аривара-но Нарихира или кого-то другого мог ориентироваться Ихара Сайкаку при написании своего романа. На его похождения могла ориентироваться и Мурасаки Сикибу при написании Гэндзи-моногатари, так как предполагаемый автор также, как и представители Тайра/Минамото, ненаследственный сын императорского рода. Ещё одно из системно-значимых произведений в японской литературе.

Интересно почитать как-минимум со всеми этими «Мукаси-мукаси» (давным давно) в начале каждого нового элемента как минимум в современном японском переводе. Подойдёт для более или менее лёгкого чтения.

"В давние времена жил кавалер..."

У малой прозы также есть свои прелести. Но то, что я прочитал здесь – сборник из более сотни (если быть точным – 125) мелких историй, новелл настолько коротеньких, что буквально не дают настроиться «на нужную волну». Понятно, что для своего времени это было вполне нормально. И основная идея сборника также вполне понятна. Но всё же я не смог прочувствовать книгу. Это своего рода притчи. Иногда настолько завуалированные, что истинный их смысл проходит мимо понимания. И дело не только в Востоке, душе загадочной и не всегда понятной для европейского человека. А в том, что истории выглядят оборванными. И довольно часто.

Следить за описанием любовных приключений кугэ — японской аристократии было довольно увлекательно. Особенно интересно, учитывая время написания и возможность взглянуть на жизнь Страны восходящего солнца X века (напомню, повесть датируется 922 годом). А также некоторую правдивость истории. Взглянув на критику уже после прочтения, узнал, что сам автор является прообразом главного героя. И это подкупало. Конечно, в своё время читал и знаменитую «Повесть о Гэндзи» - классику, ставшую образцовой для многих поколений. Удивительно, что именно это произведение-моногатари японского поэта, художника и аристократа Аривара-но Нарихира заложило идею построения повести как собрания новелл, посвящённых одному герою, и впоследствии было использовано другими японскими авторами.

Поскольку эта страна, её история и культура интересовала меня уже очень давно, прочёл множество книг, как художественных, так и научных, немало знаком с той эпохой и нравами – на подстрочные пояснения особо не отвлекался, ведь довольно часто в этом не было нужды. Рискну предположить, что в противном случае не смог бы настроиться на общее повествование. Нельзя не согласится, что «Исэ моногатари» — не только книга далёкой эпохи, в ней отчётливо выражены многие черты будущей японской национальной культуры. И внимательный читатель вполне это заметит. Хотя и не так, как вышло у меня с той же «Повестью о Гэндзи», которая показалась мне в этом плане гораздо богаче и ярче. Заметил, кроме всего прочего, здесь несколько весьма интересных идей: это и показ контраста столицы Хэйан-кё («город мира и покоя) и всей остальной страны, и акцент на атмосфере мира и покоя (сама эпоха Хэйан (794-1185), как вы уже, наверное, догадались) в переводе и обозначает мир и спокойствие), определённое влияние Китая.

Не оценила по достоинству это творение, потому что не воспринимаю стихи как надо до сих пор. Необычная книга, переводчик действительно очень постарался, сначала идет внушительное предисловие, которое настраивает на то, что предстоит читать, и о самом процессе перевода рассказывает. После идет само произведение из 125 частей, в которых описываются любовные отношения того времени между женщинами и мужчинами. Самое интересное, что сначала эти части кажутся вполне самостоятельными и отдельными частями, но позже понимаешь, что многие из них имеют одного персонажа и они взаимосвязаны. Потом идут примечания, в данном случае они обязательны, ибо японский язык коварен.) И послесловие закрывает эту книгу, в нем уже полностью разбирается произведение, что оно из себя представляет, его тема и т.п., т.е. всё подноготную.

Ценителям стихов, в частности танка, средневековой литературы и вообще японской литературы советую к прочтению.

Лучше всего читать эту книгу на природе, когда никто не беспокоит, кроме легкого ветра, да и сам ты никуда не спешишь. Первый взгляд изящно, но будто бы просто, еще раз прочитаешь - почувствуешь, представишь - задумаешься. Форма - проза + танка. Экспозиция в несколько строк, и то, что твориться с героями, что они чувствуют. (Ценность эпохи хэйан - "рафинированные чувства" - пожалуй, верно.) - а вслед за этой сценой - поэтические строки, словно выжимка, эссенция, вершина чувств героев, заключенная в строгую форму и тонкие образы. Простота, изящество, точность, эмоция, образность.

О ревности, например, сказано так:

"Пусть будет, что росинки утра останутся и днем... Но кто ж будет верить мужчины чувствам?"

и ответ:

"Пусть возможно, что вишен цветы, хоть ветер и дует, не осыплются с прошлого года,- увы, трудно верить женскому сердцу!"

Чудесный сборник коротких историй. Прекрасные стихи пропитанные двусмысленными значениями.

Первоначально я думала что это достаточно трудное занудное чтиво, но уже спустя несколько минут сидела, сдерживая улыбку и поражаясь остроумием пятистиший-посланий. Пропуская через себя все эти рассказы, ты проникаешься культурой Японии того времени. Их поверьями, традициями, мировоззрением. Все это оставляет ощущение тепла внутри и немого восхищения.

О чем? О любви. Не только о любви мужчины к женщине, но и о тоске по родине, по друзьям. Данная книга подарит вам весь спектр чувств - от нежных романтических отношений, до ощущения опустошающего одиночества в чужом городе, от томления двух влюбленных сердец, которым не суждено быть вместе, до разрушения дружбы, которая, казалось бы, была непоколебима.

Чувствую, что это именно та книга для меня, к которой я буду часто возвращаться в поисках внутреннего умиротворения.

Повесть очень сложна для восприятия, слишком многое недосказано. Браться за такое следует, только прочитав все хэйанское, что только есть в доступе, чтобы мясо проступило. Переводчик сделал все, что мог, - это несомненно; также несомненно, что удовольствие от игры слов в изысканных и сложных стихах, доступное читателю, ни в какое сравнение не идет с удовольствием переводчика. К счастью, большая часть игры слов объясняется в комментариях. Но вот ирис, например, Конрад испохабил и не сознался, так что веры переводу мало.

Редко теперь встретишь перевод, одной из задач которого декларируется следование синтаксису оригинала. Сейчас бы за такое не похвалили. Конрад, видимо, перевел так, желая сохранить временную дистанцию между оригиналом и читателем, но это, как мне кажется, излишне - о ней и так ни на минуту не забыть - зато дистанция между временем перевода (1923) и нашим временем ощущается очень явно.

Аривара Нарихира, главный герой и предполагаемый автор - типичный самодовольный самец, талантливый поэт и безудержный бабник, а весь текст - череда ситуаций, в которых он прежестоко страдал по бабам и сложил удачные стихи; или же хлестко ответил очередной ревнивой возлюбленной, сложив удачные стихи; или же просто с друзьями сложил удачные стихи, и все молча восхитились. И такое кукареку всю дорогу. Придворных дам он компрометирует под предлогом неуемной страсти; кто-то там из-за него принимает постриг, кто-то в припадке мужецентризма убивает себя; всем несладко.

Примечания переводчика - ради них, собственно, и стоит читать. "Недоумение читателя несомненно...", "И немудрено...", "При чем здесь первые три строчки - скажет недоуменный читатель...", "Опять проявление скромности, паче гордости..." Особенно прелестно об опьяневшем принце: Так сказал он, и принц эти стихи несколько раз повторил, ответа же дать не мог он...* Примечание:

*Не мог или потому, что не сумел сложить удачное стихотворение, или же просто ввиду сильного опьянения.

Дальше там кавалер снова стихи сложил, и почтительно от имени принца Ки Арицунэ ему ответил. Примечание:

*Причина, почему и здесь пришлось Арицунэ вступиться за принца, разумеется, объяснения не требует.

При всем восхищении стоит помнить, что коммунист Конрад травил коллег в годы террора и порядочным человеком считаться не может.