Цитаты из книги До поезда оставалось три часа

Женская природа иная. Женщина, особенно одинокая, она незащищенная. Ее узнать потруднее, чем прибор…

Правду говорят: в любви добро не живет.

Отныне он будет автор, передовик, новатор. Творческая личность. Это с одной стороны. А с другой — прохвост, предал женщину, которую любит. Он мог гордиться собой, а мог стыдиться. На выбор. Как повернуть.

Нужно ли навещать жен и матерей наших погибших товарищей — вот вопрос… Всегда чувствуешь себя виноватым. А в чем? Что остался жив? Виноват, что здоров, что смеюсь.

Старые вещи всем посторонним кажутся рухлядью.

Забавно действует механика репутации. С годами человек как бы играет все меньшую роль в своей жизни. Уже сама сложившаяся репутация работает вместо него

Слава, она только путает. Слава чаще достается ловкачам.

Прошлое меня влекло больше, чем будущее. В стране будущего мы никого не знали и нас тоже. <...> Прожитые годы были полны загадок, мы жили наспех, не всегда понимая то, что творилось вокруг. Теперь же, когда мы стали кое в чем разбираться, прошлое было недоступно.

Ньютон однажды заметил: «Надобно чувствовать в себе силы, сравнивая себя с другими».

Гениальность — это как раз то, что не укладывается ни в какие правила.

«Наука — это то, что можно опровергнуть», — сказал Вадим. Он умел поворачивать привычное неожиданной стороной. Раз нельзя опровергнуть, следовательно, это уже перестаёт развиваться, перестаёт быть наукой

Нас мало занимали взрослые, мы спохватываемся, когда их уже нет; ах, какие замечательные люди жили, оказывается, рядом, а нам и дела не было…

Приподняв брови, Дробышев удалился в ледяные выси своего авторитета.

"Самые лучшие советы - это всего лишь слова"

«Не принимайте всерьез» — более всего обидело Щербакова. Среди этих красных, лоснящихся, поглупевших от водки физиономий он не находил ни одной, где мелькнуло бы хотя бы сочувствие. У него не было здесь друзей. Жалость к себе пронзила его — ни одного друга, в сущности, нигде у него нет, друга, которому интересны его чувства и мысли. Господи, как он одинок!

— Вы когда-нибудь лично знали великого человека? — Не приходилось, — сказал Щербаков. — Хм, а откуда вам это известно? — Не понимаю. — Может, он рядом жил. Или живет. По вечерам вы с ним в картишки играете. Может, он в долг просил? А? Потом, после его смерти, откроется вам, что приятель ваш школьный был великий человек, а вы и не подозревали. Может такое быть?

- А зачем фотографируете?

• Исчезает все. Страшно.
• Что исчезает?
• Стало вдруг исчезать....Однокашники...Ситный...Лошади...

В искусстве тот, кто не напоминает о себе, быстро перестаёт существовать.

Кто мог знать? - надежный, надежно-безответственный вопрос, не вопрос, а извечное оправдание, убежище для всех людей при всех неожиданностях.