The Murderess

Влажная темнота крестьянской хижины, где только что появился на свет ребенок. Роженица в беспамятстве. Старуха у колыбели новой хиленькой внучки.

Она в который раз уже бабушка, и снова, как жернов осельский на выю — девчонка. На что она родилась? Какие страдания предстоят родителям, какие усилия, чтобы только сбагрить ее замуж, а если нет — кормить, изнемогая, и тащить на горбу до смерти?

Странные мысли кружат в голове старухи, их можно было бы назвать философскими, если бы не тот страшный вывод, к которому она повернула.

И вот морщинистая рука тянется к горлу ребенка.

***

Александроса Пападиамантиса называют отцом греческого романа, а "Убийцу" — одним из лучших его произведений. И, как утверждают греки, иностранцам его никогда не понять.

Публикацией этой повести в 1903 году писатель прервал традицию романтической писанины типа "Робин Гуда" и ввел в греческую литературу реализм, обнажая ежедневные горести крестьян и безысходность их жизни.

Другой заслугой писателя стал великолепный язык.

Современный греческий распадается на обиходный и высокий литературный, и разница между ними столь велика, что отличается даже грамматика.

Мысли старухи переданы языком рассказчика, высоким, а речь — народным, и из-за этого приема ты погружаешься в голову главной героини, в ее мысли, и лишь потом спохватываешься: куда же меня все это ведет? Неужели и я согласна?

И, наконец, неожиданным для современников оказалось исследование автора о природе зла. В то время как, например, Золя считает внутренний мир человека прямым следствием социальных условий, а иногда ставит между окружением с наследственностью и характером знак равенства, Пападиамантис показывает, что зло возникает там, где нет добра, заполняя пустоты души.

Хадула по традиции, по видимости — христианка, но ни одна христианская идея к ней не прилепилась, не вспомнилась ни во время чудовищных преступлений, ни после. Не случайно книга кончается так, как кончается.

Читать было трудно, но я все еще под впечатлением.

Перевод на русский есть в открытом доступе, и он хорош. Теперь буду читать в оригинале.

Это шикарнейше написано! Сюжет раскрывает свои потаенные недра не сразу, медленно - но неотвратимо.

СПОЙЛЕРЫ.

Старуха у постели дочери-роженицы качает слабую новорождённую внучку. И вспоминает, сумбурно, сквозь одолевающий сон, свою судьбу, свою молодость, своё прошлое - всё то, что было ужасным, по её мнению, в жизни. И по большей части потому, что она - девочка. Старуха думает сквозь одолевающий сон, что внучка родилась страдать и мучать своих близких, как любая "девка". И как бы было хорошо, коли бы она не выкарабкалась бы... всем было бы так хорошо.

После того, как бабка удушила младенца, я думала, что книга будет об этой тайне, что это-то и есть суть её названия. Но книга куда страшнее. Старая Хадула сходит с ума окончательно. Во всех девочках вокруг видит она будущие страдания - их и их окружающих. Её непрестанно одолевают мысли о том, как бы хорошо помогли всякие несчастные случаи семьям девочек. И берётся помогать сама.

Топит ещё двоих, уже вполне взрослых, девчонок. Не спасает свалившуюся в колодец девочку. Душит младенца - и повезло, что одного. Всё это - во благо. Старуха свято верит, что делает колоссальную услугу семьям девочек, и даже самим ним.

Еще часть книги старуха бежит от жандармов. Неистово и упорно, до самой своей смерти в приливе. Иногда её преследуют призраки убиенных девочек. Но она толком ни разу не пожалела о содеянном.

Книга страшная, правдоподобная, глубоко психологическая, и плюс ко всему набросками рисует и местность, и время (начало двадцатого века, я так понимаю, Греция). Язык восхитительный. Сюжет увлекательный. И волосы, волосы шевелятся по всем телу от того, что творится в голове старой знахарки Хадулы...

1001 books you must read before you die: 280/1001.