Цитаты из книги Darkness at Noon

Партия не признавала человека личностью, отрицала его право на свободную волю — и требовала добровольного самопожертвования. Отрицала способность человека выбирать — и требовала выбора правильных решений. Отрицала, что человек способен отличать правду от лжи, добро от зла, — и постоянно твердила про виновность и предательство. Индивидуумом управляли экономические законы, он был безликим винтиком механизма, на который совершенно не мог влиять.

На Глеткина не давили воспоминания: у него не было прошлого. Чистый в своей безродности, он не ведал ни грусти, ни иронии.

Он сел на койку и, посматривая в очко, чтобы его не застали врасплох, вынул бумажку, развернул ее и прочел. В ней торопливо-неразборчивым почерком было написано: "Умрите молча".

«Пока абсолютная цель не достигнута, путь к ней, даже перед самым концом, зачастую представляется абсолютно бесцельным. Борец за правое дело может доказать, что выбрал правильный путь, только завершив его».

Можно отречься от своей юности, но избавиться от нее нельзя.

История по существу своему аморальна: совесть никак не соотносится с Историей.

Когда-то человека искушала плоть. Теперь его искушает разум.

История учит нас, что ложь служит ей значительно успешней, чем правда, ибо человек слаб и к каждому этапу в своем развитии должен быть подведен насильно - через сорокалетние скитания по пустыне. К этим скитаниям его приходится принуждать угрозами и посулами, мнимыми наградами и воображаемыми карами - чтобы он не остановился преждевременно, ибо, остановившись на отдых, он снова начнет поклоняться золотому тельцу.

Почему, когда мы говорим правду, она неизменно звучит как ложь?

Жалость неминуемо губит человека. Муки совести и самобичевание - вот оно, наше национальное бедствие.

Когда Церкви угрожают враги ее, она освобождается от велений морали. Великая цель будущего единения освящает любые средства, которые применяет она в борьбе с врагами своими, вплоть до коварства, предательства, подкупа, насилия и убийства. И отдельного человека приносит она в жертву всеобщему благу людскому. Дитрих фон Нигейм, Епископ Верденский

Революционная мораль однозначно доказывает, что общественная польза — коллективная цель — полностью оправдывает любые средства и не только допускает, но решительно требует, чтобы каждая отдельно взятая личность безоговорочно подчинилась всему обществу, а это значит, что, если понадобится, ее без колебаний принесут в жертву или даже сделают подопытным кроликом.

Какой-то математик однажды сказал, что алгебра - это наука для лентяев: она оперирует неизвестной величиной - Иксом, - словно обычным числом. В нашем случае неизвестное - Икс - представляет собой народные массы. Политик постоянно пользуется Иксом - не расшифровывая его природы, - чтобы решать частные задачи. творец истории определяет Неизвестное и составляет принципиально новые уравнения.

....ваше диктаторство, творимое именем народа, кощунственно. Массы подчиняются вашей власти покорно и немо, но она чужда им — так же, как в любом буржуазном государстве. Народ опять погрузился в спячку: этот великий Икс истории сейчас подобен сонному океану, равнодушно несущему ваш корабль. Прожекторы освещают его поверхность, но глубины остаются немыми и темными.

"Почему Государственный Обвинитель не спросил его: "Подсудимый, что вам известно о вечности?" Ему бы нечего было ответить - вот где источник его виновности. Может ли быть что-нибудь серьезней?"

"Как избежать бессмысленных страданий? Человека заставляет страдать природа - биологических страданий избежать нельзя, поэтому бессмысленными их не назовешь: но человек и сам себе создает страдания - социальные - и вот они-тоо бессмысленны".

Все это походило на гигантский фарс: разговоры о "мощной руке врага" велись, по существу, для усиления диктатуры.

Возможно, Революция была преждевременной — и поэтому обернулась кровавой бойней.