Цитаты из книги Взломщик, который цитировал Киплинга

«Понтиак» по-прежнему ждал нас на автобусной остановке. Его никуда не отогнали. Не было даже штрафной квитанции. Чемоданчик никто не трогал, он так и лежал там, где я его оставил. Все это изумило Каролин, но не меня. В этой машине было что-то внушающее доверие.

– Вообще-то я совсем не против барабанного боя, – сказала Герта. – Я сама музицирую, и в это время барабанный бой даже бывает кстати: получается музыкальный дуэт. По-настоящему он мешает мне только посреди ночи, но я не хочу жаловаться.

На этот раз я был великолепно экипирован. Со мной были алмаз для резки стекла и клейкая лента. С их помощью я быстро и бесшумно вынул оконное стекло мисс Порлок. Потом я повернул щеколду, поднял окно и вошел в квартиру.

Что подготовить? – Ловушку. Однако сделать это будет не просто, так как я не знаю, для кого из них ее готовить и что использовать в качестве приманки. Остается только одно средство. – Какое же? – То,к которому я всегда прибегаю в особо напряженной ситуации. Подкупить полицейского.

Они были симпатичной парой. Оба ростом около пяти футов шести дюймов – коротышечки, напоминающие медведей панда. У обоих были темно-коричневые вьющиеся волосы; он, правда, большую часть их надо лбом уже потерял.

И знаешь что? Вероятно, для нас обоих опаснее торчать в вестибюле, споря друг с другом полдня. Если уж ты так волнуешься об опасности, то звони,и хватит болтать без толку!

Ну и почерк! Как у доктора. Тебе кто-нибудь раньше говорил об этом?

Я был в самой сердцевине торговли мехами. Этот бизнес занимал несколько кварталов, созерцание которых было бы сущим кошмаром для человека, по-настоящему озабоченного проблемами экологии.

Ты здорово с этим справилась, Каролин. Я поражен. – Я тоже, – сказала она. – Если можно сказать так о себе самой. Но я не одна это сделала. Мне бы никогда этого не сделать без мартини.

Полагаю, вы уже встречались с моим агентом. Если я угадал, то вы не так давно здорово надули его во время одной сделки. Он заплатил пятьсот долларов за книгу, которая стоила доллар девяносто пять центов. – Я невиноват. Он убежал, не взяв сдачу.

И я повернулся к аппарату, надеясь быть услышанным. Тот,однако, оставался безмолвным еще не менее получаса. Зато уж, когда он начал звонить, я думал, что он больше никогда не остановится.

Алло. Ответа не последовало. Я еще несколько раз ровно и однообразно произнес «алло», но отреагировал разве что один Арчи.Поглядев в задумчивости на трубку, я сказал «алло» в последний раз, потом сказал «до свидания» и повесил трубку. – Интересный разговор! –сказала Каролин.

Я еще немного почитал. Что-то не давало мне покоя. Я вернулся к началу и еще раз прочитал сделанную от руки дарственную надпись Райдеру Хаггарду. Мне представился Киплинг за столом в Суррее. Как он опускал перо в чернила, склонялся над книгой и надписывал ее для своего самого близкого друга.

– Кошки должны обожать Киплинга, – сказал я. – Помнишь его «Сказки»? «Я, кошка, хожу где вздумается и гуляю сама по себе». Арчи громко замурлыкал.

– А что касается этого Роденбарра, – продолжал сотрудник «Дейли ньюс», – то его схватят завтра или послезавтра, чем и завершится вся эта история. В ней нет ничего примечательного: ни сексуальной интриги, ни скандальных подробностей, ни вообще чего-нибудь этакого,цветастого.

– Вместо этого ты ходишь и обчищаешь дома. – Не так уж часто. – Только в особых случаях. – Вот именно.– Чтобы сводить концы с концами.– Угу.

В вестибюле нас встретил швейцар, стоящий на страже, как шекспировский Горацио. Лицо его напоминало кусок антрацита, а ливрея была цвета переспелой клюквы.

На площадке я попросил Каролин подержать дипломат, а сам, достав связку отмычек, аккуратно запер все три замка. В школе нам настойчиво внушали быть прилежными. А уроки детства не забываются.

Мы вышли из дома тем же путем, что и вошли. Само собой, можно было вылезти через световое окно, но зачем?

Сейчас вот еще пару цифр наугад поставлю. – Я набрал по порядку весь четырехзначный шифр, услышал легкий щелчок – то ли в голове, то ли в замке, – повернул ручку и открыл дверцу сейфа.