Отзывы о книге The Golden Notebook

Эта книга стала для меня самым важным открытием прошлого года. Совершенно случайно она была куплена мною на книжной выставке, а теперь уже и не верится, что я могла тогда просто пройти мимо и не узнать о существовании замечательной и безмерно талантливой Дорис Лессинг.

Эта книга очень тяжелая и читала я ее долго. Она тяжелая и великолепная. Читать ее нужно в тишине и лучше всего, когда ты один в комнате. Потому что эта книга по-своему очень откровенна.

Я читала ее с наслаждением. Огромным-преогромным. Там каждое слово стоит на нужном месте. Несовершенства нет. Ни капли.

10 из 10.

У меня полный сумбур в голове после прочтения этой книги. Что это было - попытка написать женский "Улисс"? Я бы определила "Золотую тетрадь" как исповедальный современный актуальный роман. Актуальный - для времени, когда он был написан. В нем много политики, но на сегодняшний момент детали этой проблематики уже устарели. Что касается потерянного смысла политических действий, паралича воли умных и достойных людей, полагающих, что не в их силах что-либо изменить в глобальном смысле, однако продолжающих предпринимать усилия по помощи конкретным людям, - все это очень узнаваемо и сейчас. Так что "Золотая тетрадь" - это еще и социальный роман.

Феминистский? Да, конечно. В центре внимания автора - судьба двух женщин, которых Лессинг определяет как современных. Современные, в ее понимании, значит - разведенные, свободные, заводящие как серьезные романы, так и легкие интрижки. Анна, альтер эго автора, писательница, ничего не опубликовавшая после выхода единственной книги много лет назад, чаще всего влюбляется в женатых мужчин, а затем страдает от их необязательности и равнодушия. Лессинг на примере своей героини удалось показать, как в женщине могут уживаться стремление к независимости и женственность, - в ту эпоху, да и сейчас, многие противопоставляли эти понятия. Анна в глубине души - настоящая женщина, чувствительная и верная, все, что ей надо, это находиться в гармонии с единственным мужчиной, которого она любит. Однако эгоизм мужчин заставляет ее страдать и в конечном итоге терять любовь и терять себя. Ибо Анна видоизменяется под действием любви, в ней рождается некое новое существо, любящая Анна, которая готова стать ее новой личностью. Но это ранимое существо всегда засыхает от недостатка любви и взаимности.

Тут напрашивается еще один вопрос: направлена ли книга против мужчин? На первый взгляд, да. Здесь очень мало мужских образов, которые можно было бы охарактеризовать как положительные. И в то же время, мне кажется, книга правдива в том, что определенное количество таких мужчин действительно существует, и именно мужчины такого типа почему-то оказываются притягательными для Анны. Я вынуждена согласиться, что женщины в личной жизни очень часто наступают на одни и те же грабли, поэтому то, что Анна оказывается окружена черствыми и неспособными на любовь представителями противоположного пола, меня не удивляет.

Анна проходит через многие стадии обретения себя, в том числе через некое психическое состояние, которое сродни безумию. В финале она вроде бы обретает цельность. Символизируется это тем, что Анна, ранее ведущая записи в четырех разных тетрадях, теперь начинает писать о себе в одной - золотой. Это означает, что она перестает дробить свою личность и приходит к принятию себя со всеми своими сомнениями и разнообразными мыслями и интересами.

Безусловно, мне показалось, что "Золотая тетрадь" - интеллектуальный роман. Он лучше, чем то, что выдается за "интеллектуальность" такого автора, как Айрис Мердок, потому что в нем идет обсуждение по-настоящему важных, сущностных вещей, чего у Мердок нет. Язык книги повседневный, очень современный, Лессинг не задумывается над стилем, она признает за словом прежде всего его функциональность. Сейчас таким образом рассматривают язык многие писатели - по форме, это роман скорее публицистический, чем литературный. Так что книга эта важная, предвосхитившая форму современных романов.

Однако что касается смыслов, заложенных в текст, тут я не могу сказать, что "Золотая тетрадь" мне до конца близка. Во-первых, это касается психоанализа - этот метод использует Анна для поиска смысла жизни в своих воспоминаниях, и мне это показалось нарочитым, безвкусным и неубедительным. Я не очень-то снисходительна к идеям "венского шамана" (так называл Фрейда Набоков). К тому же, текст явно затянут и многие идеи в нем повторяются, так и не выходя на новый уровень. Мне, пожалуй, по душе романы Лессинг, написанные в более традиционной форме, такие, как "Марта Квест" или "Любовь, опять любовь". И все же я всегда приветствую эксперимент в литературе, попытки писателя привнести что-то новое в творчество.

Если вы любите разговорные драмы, фильмы Вуди Аллена, Жака Риветта, а также глубокие, умные пьесы, то эта книга для вас. Однако наберитесь терпения. К какому-то моменту она может и надоесть, как случилось со мной. Да и финал, честно говоря, оказался не таким, на какой я настраивалась. Он не слишком убедителен, хочется его переписать. Да, сумбур, хаос - это и есть жизнь, но остановка, придание формы бесформенной массе, попытка уловить смысл, значение - это и есть искусство.

Прошло уже десять дней с тех пор, как я перевернула последнюю страницу этой книги, а я так и не знаю, как рассказать о своих впечатлениях. Мне кажется, лучше всего о ней написала сама Дорис Лессинг во введении, когда поведала о том, что разбирая приходившие ей письма обнаружила, что какие-то читатели восприняли эту книгу как феминистскую, другие - как прокоммунистическую, третьи - как посвященную психологическим проблемам, четвертые - как историю о муках творчества... Большинство читателей вопринимали части. Не целое. Да, там есть все это, но еще и многое другое. Как минимум, совершенно изумительная цитата о том, как надо читать:

Есть только один способ читать книги, а именно — надо ходить по библиотекам и книжным лавкам и пролистывать множество книг, выбирая из них те, которые вас привлекают, и читать надо только их, бросая их, когда вы почувствуете скуку, перескакивая через те части, которые покажутся вам затянутыми, — и никогда, никогда не читайте книг из ложного чувства долга, или из-за того, что они принадлежат какому-то течению или направлению. Помните о том, что книга, которая кажется вам скучной в двадцать или тридцать лет, откроет для вас свои двери, когда вам будет сорок или пятьдесят, — и наоборот. Не читайте книгу, если ее время для вас еще не настало.

А вообще - это роман. История любви, разочарования, дружбы, материнства, ответственности, творчества... Вместе с нами все восемьсот страниц Анна Вулф думает, пишет, рассказывает, ошибается, то увлекается политикой, то устает от неё, то бросается давать советы, то отчаивается найти ответы в самых простых ситуациях, то влюбляется, то разочаровывается... Казалось бы, в чем сложность этой книги? Не в сюжете, и даже не в поднятых темах. Нет. А ведь я просто не договариваю одну вещь: Анна пытается спасти свою личность от распада, она тщится удержать свою целостность... И это дается ей совсем непросто. Да что там, если смотреть правде в глаза - это ей практически не удается. Надо сказать, что и читателю приходится столкнуться с той же проблемой. Ну, возможно, есть особо стойкие, которые все это нипочем, но меня изрядно проняло. Да, правда. Эта книга растаскивала меня по частям, и мешала ощутить себя цельной. Не только цветом тетрадей отличались грани жизни Анны... Возможно, это происходило со мной еще и потому, что параллельно я взялась за роман "Годы" Вирджинии Вулф. Мало того, что тут протянулась параллель фамилий, к тому же добавилась личность реальной писательницы, которая, как известно, имела проблемы с психикой, но еще и повествование во втором романе велось в рваном, фрагментарном стиле... Словом, периодически я ощущала себя пассажиром корабля во время страшной морской качки - опора ускользала, как только я пыталась поверить в то, что нашла устойчивость. Так что для меня, пожалуй, это оказалось книгой о цельности, о необходимости собрать вместе все части собственной личности, чтобы увидеть себя, как есть. О самоидентификации, о самопознании... Но я уверена, что каждый, кто этот труд осилит, прочтет в нем что-то свое... Какую-то совершенно уникальную, собственную золотую тетрадь.

Дорогой дневник, сегодня я подозрительно криво пукнула. Кажется, мне не стоит общаться больше с моей подругой Тамарой и носить бордовый цвет. Вполне возможно, что этому поспособствовал митинг в Гане и моя потаенная женская сущность. Все связано. Пожалуй, посижу еще на полу. Поразмышляю о своей незначительности и о том, как я схожу с ума. Все мои друзья сходят с ума. Просто они очень тонко чувствуют. Не то чтобы ни у кого из нас не было работы и занятий, и мы целыми днями воображали, что спасаем мир и кому-то чем-то помогали. Честно-страшно скучный (но на 5% страшно интересный) поток сознания, переполненный мерзенькими чувствами, которые возникают у каждого многоклеточного с определенным количеством извилин, если его оставить без занятия на несколько дней. Такими, которые появляются, если начнешь надумывать, почему жизнь-говно и ты говно (и находишь 145 тысяч причин только за завтраком).

Если вы ведете дневник- постарайтесь калякать максимально красочно и убедительно, чтобы, когда вы помрете, его нашли и опубликовали, поразившись размаху вашей захватывающей жизни, и решив, что вы точно недооцененный художник (пусть вы и работали смм-щиком или посудомойкой).

А если собираетесь размазывать интеллектуальную соплю-возьмите сразу коричневую тетрадь советских годов с антресоли и не портите качественную современную канцелярию.

Почему-то мужчины думают, что женщины им все должны и всем обязаны, что они существуют только для того, чтобы удовлетворять потребности мужчин, в то время как сами мужчины никому ничего не должны, вольны сами распоряжаться собой, тем, что им делать и как выглядеть. Никого не волнует, что после тяжелого рабочего дня женщина приходит домой и ДОЛЖНА работать еще и там: убирать, готовить, стирать, воспитывать детей. В то время как среднестатистический мужчина ляжет на диванчик с пивом и будет смотреть футбол или, если он не любит спорт, будет сидеть за компьютером. Ну и изредка, после долгих упрашиваний, так и быть вобьет какой-нибудь гвоздь в стену или еще как-нибудь соизволит помочь, а потом будет год ходить и припоминать, какой он молодец. И мы это терпим. Тысячи женщин живут так и даже не задумываются о том, что это как-то странно и несправедливо получается.

Она ничего не имела против того, что он регулярно напивался, что он ходил небритый и выглядел при этом действительно неприятно с этими его двумя полузажившими шрамами, просвечивавшими сквозь желтую щетину, что он везде слонялся в расстегнутом военном кителе без воротничка. Все это было в порядке вещей; настоящий мужчина и должен напиваться, ходить небритым и пренебрегать заботой о своей наружности. Она обращалась с ним мягко и даже как-то по-матерински.

Анна Вульф делит свою жизнь на четыре тетради (тем самым разграничивая четырех себя), в которые записывает свои мысли и чувства. Это помогает ей переосмыслить людей вокруг и, главное, саму себя. Она пытается понять, кто же она такая, что же она делает в этом мире. Анна знакомится с разными мужчинами, вступает с ними в различные отношения, но каждый раз происходит одно и то же: как только они удовлетворяют свои потребности в ней, они уходят.

Окружающие по-прежнему оценивают нас исключительно с точки зрения наших отношений с мужчинами. Так делают даже лучшие из них.

Именно об этом книга Доры Лессинг: о многоплановости жизни женщины, ее желании и невозможности целостности. Еще со школы девушкам вдалбливают, что главное - удачно выйти замуж, потом детей родить, и вот она - счастливая жизнь женщины. Ни про какую карьеру и речи не идет. Нет, женщина, конечно, должна зарабатывать (главное, чтобы не больше мужчины), но если она вдруг думает о работе больше, чем о семье, то сразу предстает черствой и холодной старой девой, которую не хотят мужчины, поэтому она и "утешается" в работе. Для того, чтобы понравиться мужчине, ты должна быть красивой и, конечно же, худенькой. Эталоны красоты со временем меняются, но главное, что женщина всегда должна следить за ними и вписываться в современные 90-60-90. И не важно, что мужчины непоследовательны в своих желаниях: по их логике, если тебя изнасиловали, значит, ты сама спровоцировала мужчину своим внешним видом, а если ты одеваешься в длинную юбку (или рваные джинсы, или во что-нибудь, в чем тебе удобно), то ты сразу серая мышка, либо пацанка (а ведь еще в школе учат, что девушки должны быть женственными), либо еще кто-нибудь, но главное, что не секс-символ. Таким образом получается, что женщина работает в три смены: основная работа, на которой ей платят деньги (хотя не всегда столько же, сколько представителям "сильного" пола); домашняя работа, от которой устаешь еще больше, которая не оплачивается и отпуск на ней только раз один день в году - восьмого марта; поддержание привлекательного для мужчины внешнего вида (и все равно он будет смотреть на моделей и сравнение с ними пройдет не в твою пользу).

В идеале то, что нужно повторять каждому ребенку, и далеко не один раз, на протяжении всей его или ее школьной жизни, звучит примерно так: «Ты проходишь процесс обучения, а это означает, что тебе внушают разные идеи. Мы еще не разработали такую систему образования, которая не была бы системой внушения. Нам очень жаль, но это самое лучшее из того, что мы можем тебе дать. То, чему тебя здесь учат, представляет собой смесь из современных предрассудков и предпочтений именно этой культуры. Даже поверхностное обращение к истории покажет, насколько недолговечным все это может оказаться, а, скорее всего, так оно и будет. Тебя учат люди, которые сумели приспособиться к режиму мысли, установленному их предшественниками. Эта система устроена так, что она увековечивает саму себя. Тем из вас, которые сильнее и оригинальнее других, будет предложено уйти и поискать путей самостоятельного обучения — обучения тому, как вырабатывать собственные суждения. Те, кто останутся, должны будут всегда и вечно помнить, что их вылепливают и формируют по шаблону для того, чтобы они смогли вписаться в узкие и частные потребности именно этого общества».

В конце книги появляется пятая тетрадь Анны - золотая. Самая главная, та, ради которой писались предыдущие тетради. Это как бы символ объединения ее личностей, наконец-то она начинает понимать себя, свое место в жизни. Феминизм - это не ненависть к мужчинам, не желание доказать, что женщины лучше (хотя я не отрицаю, что и такие разновидности феминисток бывают и да, я отношу себя к ним), это просто борьба за равноправие, чтобы женщин не унижали из-за их "слабого" пола, чтобы при приеме на работу не принимали во внимание твой пол, чтобы тебя просто принимали как ЧЕЛОВЕКА.

Очень неоднозначные у меня сложились отношения с этой книгой. В ней переплетаются по сути две книги: одна - достаточно крепкий роман, другая... другая собрание мыслей о политике, истории, психологии, отношениях, писательском ремесле. Мыслей иногда сумбурных, нестройных, уходящих и возвращающихся в новой ипостаси, но не оставляющих ни равнодушной, ни замороженной в анабиозе слов без проблеска мысли. Эта книга ТРЕБУЕТ и думать, и чувствовать. Вот так вместе: и, и. Иначе потеряется одна из необходимых составляющих.

Первые две третьи книги прошли у меня как миг, поглотив практически полностью, вырвав из времени. Я жила там, в "Золотой тетради" (хотя именно она появилась только в конце), пропуская все чувства героини через себя, через собственный эмоциональный опыт (что в общем-то может быть очень нелегким испытанием для оного, дабы он вообще имеется), думая с ней, терзаясь, формируя все предпосылки для последней третьи. Но на ней моя психика отказалась сотрудничать, вернее отказалась принять опыт безумия, "распада". Я не сумела отказаться от своих границ, своего опыта, своих собственных отношений с миром.

В предисловии к книге Лессинг так говорит про эту часть книги:

Анна и Савл Грин, «сорвавшийся» американец. Они помешанные, сумасшедшие, безумные — как ни назови. Они «срываются», «врываются» друг в друга, в других людей, ломаются, ломают фальшивые сюжеты, в которые они загнали свое прошлое; шаблоны, формулы, придуманные ими для того, чтобы хоть как-то упорядочить, определить себя, расшатываются, растворяются и исчезают. Они слышат мысли друг друга, узнают в другом себя.

По мнению автора эта часть является ключевой в книге (по крайней мере я именно так поняла ее слова), и далась она мне очень тяжело в плане "продраться через". Было постоянное ощущение, что герои проходят через семь кругов ада, но круги эти как день сурка - одни и те же, но поскольку приходят они в каждый из этих дней уже с опытом предыдущих пережитых, то каждый новый день становится все более безумным. Однако с моей точки зрения слом, о котором говорит Лессинг в предисловии, он неотъемлемая часть самого Дня сурка, а потому возвращается к читателю снова и снова (день за днем), заставляя переживать его в общем-то один и тот же эмоциональный опыт, даже если на уровне разума отличия и очевидны. Ощущение бега по кругу, на протяжении которого тебя колят все более острыми иголками, мне оказалось достаточно неприятно. Возможно, это моя рациональная часть сопротивлялась все больше и больше тому слому границ, который автор описала очень убедительно. Не знаю.

Эта тема «срыва» — мысль о том, что «внутренний раскол, распад на части» может оказаться путем к исцелению, к внутреннему отказу от ложных дихотомий и от дробления, — разумеется, неоднократно развивалась и другими авторами, да и я сама писала об этом позже. Но именно здесь, помимо изложения странного короткого сюжета, я это сделала впервые. Здесь это грубее, ближе к жизни, здесь опыт не успел еще облечься в мысль и форму, — возможно, здесь он обладает большей ценностью, поскольку материал еще не обработан, он еще почти сырой.

Сумбурно получилось описать собственные ощущения от книги. Но именно здесь рационализация временем, как мне думается, не сработает. Поэтому пишу сразу по завершению, еще не полностью "остыв" и "одумавшись".

Книга, на мой взгляд, must read для тех, кто имеет (или ищет) собственный опыт познания себя и расширения своих внутренних границ.