- Вам плохо?
- Да.
- Хотите, чтобы стало ещё хуже?
- Конечно, хочу. Я за этим и пришла.
- Хм... Тогда вот. Читайте.
- Спасибо, сэр. А вы точно психотерапевт?
Здесь не будет ничего нормального и стоящего, только мои личные ощущения.
Я читала этот ад месяц.
Месяц.
Ну, почти.
Двадцать восемь дней и сколько-то часов, включая те, когда я пыталась себя убедить, что надо перестать реветь над очередным насилием над бедными девочками/девушками/женщинами и читать дальше. Потому что потом будет описание строительства собора на несколько страниц, или спокойная жизнь монахов, на которых можно морально отдохнуть.
Коротко о том, что я чувствую после прочтения (спасибо словарю синонимов):
Боль, тоска, истощение (эмоциональное, физическое, духовное), опустошение, боль, горечь, трепет (не только перед масштабом), благодарность, боль, пустота, скорбь, печаль, безысходность, боль, уныние, меланхолия, сожаление, фрустрация, боль, разочарование, тревога, беспокойство, отчаяние, безнадёга, боль, мука, страдание, терзание, боль, содрогание, ужас, немота, тишина.
И будьте вы прокляты, Фоллетт, но это было чудесно (никогда не перечитаю).
Итак, где мы? А это Средневековье, XII век. Люди живут в грязи, умирают от чиха, боятся воды и рожают в лесу. И это только типичные выходные, а вы как проводите уикенды?.. Короли воюют, епископы плетут интриги, потом снова короли воюют, а потом воюют епископы, ну а простые люди пытаются не помереть с голоду в очередной неурожайный год, смотря под пиво и чипсы, как воюют епископы и короли.
Несколько хижин вокруг церкви - город, центр цивилизации, вон та куча грязи – дорога, постарайтесь не утонуть, сантехники нет, поэтому стоит приятное амбре. Правосудие? Ха-ха. Ну, правосудие будет, если у тебя за пазухой имеется меч, а у соседа нет меча. Или когда ты дружишь с шерифом ( а ещё лучше, когда ты сам шериф).
Всё происходит в Англии, которая только-только приходит в себя после нормандского завоевания, но, честно говоря, не очень-то и приходит. Или приходит, но немного не в себя. В стране гражданская война, действует один закон - кто сильнее, тот и прав, а стабильность представляет из себя цирк с королями и епископами (всё смешалось - кони, люди).
И посреди войны, эпидемий, голода и соседа, который хочет тебя убить, потому что ты не продал ему овец или не дал пощупать дочь, люди пытаются построить собор.
Конечно, я предполагала и ожидала, что Фоллетт сделает больно. Но меня толкнули в спину, надели на голову мешок и провели через все круги ада, которые только придумало средневековье. А оно действительно придумало многое. На втором курсе в универе мы изучали это тёмное время. Правда, умытые факты в учебниках не идут ни в какое сравнение с историческими источниками, а источники не идут ни в какое сравнение с художественной литературой по средневековью, которую я одновременно люблю и ненавижу (Собор у моря, мне кажется, ничто не переплюнет. Самые дичайшие события именно там). И так по кругу.
О строительстве здесь действительно говорится много: как делают раствор, поднимают камни, высчитывают углы или что там они высчитывают, чтобы на головы молящихся не рухнула стена (спойлер - она рухнула). И это самое спокойное, что есть в книге, душа тут отдыхала.
А остальное...
Агнес? Умрёт в лесу, рожая ребёнка. Бедная, голодная, истощённая женщина. Муж, кстати, в эту же ночь найдет другую. Классный план, сам придумал?
Том? Ему размозжат голову копытом, когда вы будете думать, что он наконец-то зажил спокойно.
Алина? Её на глазах у брата по очереди изнасилуют двое мужчин. Она выйдет замуж за брата того, кого любит и будет беременная девять месяцев, как собака, спать на полу у его кровати. Сопутствующие унижения идут бонусом.
Любимый, дорогой Уильям заслуживает отдельного словаря синонимов, но все они будут непечатными.
Бедность? Есть. Голод? Пожалуйста, на три года вперёд, берите не смущайтесь. Война, предательство, пытки, казни, пожары, обрушения, эпидемии, изнасилования, насилие? Не вопрос, нате на сдачу. Нервные клетки, а вы живы?
С каждой главой ты сидишь и думаешь: «Ну ладно, хуже вот этого уже быть не может.
А Фоллетт услышал и такой: «Подержи-ка моё пиво».
Я ведь уже говорила, что Уильям это животное (простите, все животные) в человеческой шкуре? Кажется, упоминала. Но мало. Потому что словарного запаса не хватает, чтобы описать омерзение, которое поднималось в горле каждый раз, когда Фоллетт пускал его на страницы. Каждый раз, когда на горизонте появлялся Уильям с факелом, у меня физически начинало дёргаться веко, потом не только веко. Потому что почти любое его появление означало, что сейчас будет смерть. Или насилие. Или пожар. Или всё и сразу. В основном, всё и сразу, а чё вы возмущаетесь?
И после каждой такой сцены хотелось вымыть и руки, и душу, и глаза, и никогда больше не читать Фоллетта.
И так же отвратительно, как написано всё самое мерзкое, что только может делать человек (не человек, Уильям), так же прекрасно и нежно написана любовь Джека и Алины, и когда они наконец-то поженились, я выдохнула так, что, наверное, соседи услышали. К концу круговорот из насилия, собора, любви, снова собора, насилия, любви, потом все вместе, потом Уильям, снова собор, так надоедает, что кажется из этой ямы уже не выползти. И я стрелял, и по мне стреляли, как говорится.
Книга начинается с повешения: казнь бедного парня, несправедливое обвинение.
Книга заканчивается повешением, только вешают уже моего любимого персонажа с нестандартным, любительским подходом к женскому счастью. Ему бы курсы пикапа открыть, да и семейный психолог из него просто во!
В общем, терпи, страдай, теряй всех, кого любишь, а в финале тебе кинут кость в виде трупа главного мерзавца. И когда я эту кость зубами поймала, то была счастлива, потому что за эту почти тысячу страниц стандарты счастья упали ниже плинтуса.
Итог?
Добро пожаловать в Средневековье, здесь весело, познавательно и умеренно травматично. Наслаждайтесь.
Итс ми:
81 понравилось
