
История одной неперерезанной пуповины
Калифорнийское побережье. Биг-Сур. Тишина, океан, скалы, небо. На пустынном пляже, лежит человек и смотрит на тюленей, на птиц, на пеликанов. Ему сорок четыре. Он герой войны, писатель, дипломат. Он столько всего успел, что хватило бы на несколько жизней. Этот человек - Ромен Гари. Мыслями он возвращается в детство, в Вильно, в Ниццу, в войну, к Ней. К матери. К женщине, бежавшей из России с чемоданом иллюзий, внушившей своему сыну, что он станет французским посланником, великим писателем, героем...и он стал. За каждым его шагом, за каждой победой стояла Она, её голос, её безумная, удушающая, великая любовь...
Эта книга считается биографической. Однако известно, что Гари - мистификатор. Человек, который получил Гонкуровскую премию дважды: первый раз под своим именем, второй - под псевдонимом. Человек, который всю жизнь что-то придумывал. И этот текст, конечно же, тоже вымысел. Или полувымысел. Или правда, пропущенная через множество слоёв художественной оптики...
Это история о любви. О материнской любви, о любви сыновьей. Читая книгу, почти всю дорогу я бесилась. Просто жутко раздражала мать героя со своими выходками, вечными манипуляциями, неадекватным поведением. День за днем она встраивалась в сына, прорастала в каждую его клетку, вытесняя место для личного - для собственной семьи, для собственной мечты...
Францию она называла "страной торжествующей справедливости и вознагражденных матерей". Для нее это государство стало буквально религией, которую она навязала и сыну.
Кто-то видит в поступках матери подвиг, и такое мнение имеет место быть, хоть оно мне и не близко. Она вытащила сына из нищеты, из безвестности, из обыкновенности. Она дотянула его на своих плечах туда, куда сама не дотянулась. Однако это обернулось долгом, который ребёнок обречён выплачивать всю жизнь. Всю жизнь выполнять обещание, всю жизнь быть связанным пуповиной.
Финал, конечно, очень пронзительный, очень сильный. И та самая женщина, которая бесила сотни страниц, вдруг стала очень близкой, родной и светлой. Её любовь, такая удушающая, такая неправильная, оказывается спасительной. Она не отпустила сына при жизни. Но и после - не бросила. И это прекрасно и чудовищно одновременно.
И кто знает, как могло бы все сложится, если бы все было по-другому...
Я очень рада, что прочитала эту историю. Буду советовать ее всем матерям. Где грань между любовью, которая даёт крылья, и любовью, которая их обрезает? Как легко можно ненароком внушить ребенку, что его жизнь - это продолжение твоей. Есть ли счастье в том, чтобы стать тем, кем хотели, чтобы ты стал, без права на собственное "я"?
Такая любовь может быть и спасением, и приговором. И кажется, сам герой романа "Обещание на рассвете" так и не понял, чем именно она была для него.
Невольно думаю о тех, кто растит сейчас своих деток, о тех, кто вырастил нас. Родительская любовь так часто похожа на жадность.
Так трудно отпустить маленькую теплую ладошку. Так сложно поверить, что мир без твоей руки не раздавит, не сломает, не убьет. Что твое дитя справится.
Когда-нибудь я найду в себе мужество разжать объятья, остаться рядом, но уже не держать - с болью, но с гордостью наблюдать, как сын уходит из моей жизни в свою, спотыкаясь, падая, но на своих ногах. Ведь его путь - это только ЕГО путь.










